Проклятие зеленоглазое, или Тьма ее побери!
Шрифт:
– Чем могу быть полезен короне? – даже угрюмого Райса пробрало, и он ссутулился над кушеткой.
– Вы – ничем, – поморщила носик «Элси». – Я ищу мастера Рэдхэйвена… Прибыла в Анжар по другому делу, но мне срочно понадобилась его консультация.
– Разве вы не увидитесь с ним вечером? – растерянно выдохнула мисс Лонгвуд и виновато прикрыла рот рукой.
– Увижусь, – удивленно улыбнулась королева. – Вы слишком осведомлены… эмм… мисс. Но до вечера я, боюсь, не дотерплю.
– Мастер Рэдхэйвен занят дверью в лаборатории, рядом с питомником, – выдавила я из себя.
Я ничего не знала о перемещениях Ее Величества, но была хорошо осведомлена о том, где в тот или иной момент найти Даннтиэля. Сама себе удивлялась. Сегодня утром, разбудив меня поцелуем в плечо, он сообщил, что у него осталось всего три двери. И если он справится с ними до вечера, то завтра вызовет воздушное судно и «увезет меня из этого бардака».
Я зажмурилась, пряча нос под варховым одеялом, чтобы Рэдхэйвен не увидел мой помятый сонный вид. И почему-то не стала протестовать.
– Вы меня не проводите туда, мисс?..
– Ламберт, – дрожащей рукой поправила верхнюю пуговицу на платье. Она нестерпимо давила на горло, и мне с трудом удавалось дышать. – Разумеется, Ваше Величество.
Она зашуршала юбками по направлению к двери, и я не могла от них взгляда оторвать. От юбок. Да вряд ли под ними что-то уж совсем необычное и другим несвойственное! Со стороны королева ничем не отличалась от меня и мисс Лонгвуд.
Рэдхэйвен нашелся там же, где и ожидался. Если он удивился нашему с королевой совместному визиту, то виду не подал.
– Ваше Величество, – он склонился в глубоком, изысканном поклоне и коротко улыбнулся мне.
– Ты дурно выглядишь, Данн… Хуже меня, ей Варху, – пробормотала королева, по-хозяйски поправляя на нем перекосившийся от борьбы с Тьмой мундир.
Вот и я ему о том же твержу! Каково бы ни было самомнение хитанского сноба, эти проклятия его доконают.
– Мне нужно твое внимание, – добавила девушка, распрямляя воротник проклинательской рубашки.
– Сейчас? – напряженно уточнил Рэдхэйвен.
– Я сюда не по коридорам походить прилетела, – она поджала губы и дождалась послушного кивка от своего мастера.
– Мисс Ламберт… Прошу нас извинить. Дела короны, – Даннтиэль резко развернулся и повел королеву в сторону… в ту самую сторону, в которой я сегодня ночевала. К своим покоям.
Я растерянно прикусила губу и посмотрела вслед уходящему «жениху». «Дела короны»… Ну просто огхарреть!
Они уже давно скрылись за поворотом, а я так и стояла, хлопая ресницами. Все-таки я слишком многого не понимаю в этом мире. Потому и предпочитаю ограничивать свой круг общения скучными трактатами и формулами бытовых плетений: от них я никогда не жду подвоха.
По коридору вдалеке брела расстроенная Кили, отмахиваясь от Лети свернутой в трубочку газетой.
– Отстань! – несильный хлопок «трубочкой» по белокурой голове.
– Ай! – Летисия отпрыгнула. – Ну и кому нужны твои высочества, когда есть величество?
– Твои золотые кудри, судя по всему, тоже никому не сдались, – процедила Килира, хмурясь грозовой тучкой.
– А я вам говорила! – встряла Иллона, пытаясь не попасть под газетные удары, щедро раздаваемые подругой. – Там все очень серьезно, и не стоило туда даже нос совать… Чтобы Ее Величество – да сама прибыла к мужчине?
– Эх… Я тоже говорила, – бурчала Кили, – что он высший класс…
– Королева с тех пор, как овдовела, ни одному мужчине столько внимания не уделяла, – продолжала бить по больному Иллонка, не замечая, как чернеют ее спутницы. – И знакомы они гораздо дольше, чем он служит при дворе…
– Да замолчи ты уже! – рыкнула Кили, орудуя газетой с особым усердием.
Моя юбка колыхнулась, и щиколотку согрело чем-то знакомым. Я скосила глаза и увидела торчащий из стены черный хоботок.
– У-у-у? – тихонько предложил Рок.
– Это дурная затея, – прошептала в ответ, приподнимая юбку. – И я не хочу выглядеть глупой ревнивой девочкой…
– Ууу! – заверил морок, щекоча ногу. – У-у-у-у…
– Но хотелось бы, конечно, узнать, какого гхарра там происходит, – согласилась, пожимая плечами.
– Уу! – одобрительное из стенки.
– И где они должны были вечером увидеться? И почему она не дотерпела? – задавалась вопросами, машинально топая к комнате проклятого рабовладельца. – И если «дела короны», то причем тут спальное крыло?
– У-у-у! – с присвистом согласился морок, черным облачком перемещаясь за мной.
Внутри скреблось очень неприятное чувство. Очень. Неприятное.
– Разве можно вот так… «Прошу нас извинить, мисс Ламберт»! – сопела озадаченно. – Может, я все не так поняла? И дела короны – это правда дела короны?
– У-у… – скептически колыхнулся туман, не особо поддерживая оптимистичную мысль. Он-то Рэдхэйвена знал получше моего.
– Но подглядывать неприлично, – вздохнула тяжело, позволяя Року впитать меня в себя и задерживая дыхание. – Хотя ты прав. Я могу закрыть глаза – и тогда это не будет считаться подглядыванием.
Меня окутало черной вязкой дымкой. Нос уперся в твердую деревянную преграду, и я приоткрыла один глаз. Обнаружила перед ним кусок ткани с золотой эмблемой, стукнулась виском о пустую вешалку… Я снова была в шкафу.
– Ах! – раздалось тем самым бархатным голосом, и я старательно зажмурилась.
Я не подглядываю! Не подглядываю…
– Потерпи, Элсинор, – строго велел Даннтиэль, чем-то шурша.
Вероятно, юбками. Или документами. Вполне мог и бумагой, конечно…
– Сегодня ты грубее, чем обычно, – сдавленно прохрипела королева, и я еле поборола желание прижаться носом к щели между дверец.
– Мысли… другим заняты.
– Я получила твое письмо… о внезапной помолвке… – шептала она сбивчиво, шелестя чем-то… вроде простыней. С вензельками. – Если ты уверен, что это то, что тебе надо…
– Уверен. А теперь помолчи.
Это ж насколько надо быть самоуверенным квахаром, чтобы затыкать саму королеву?
– Мне не стоит спрашивать, какой тебе в том интерес? – не послушалась Ее Величество.
– Не стоит.
– Но между нами все останется по-прежнему? – спросила с надеждой. – С нашим необычным… кхм… «времяпрепровождением»…