Чтение онлайн

— Ясно, валютчики действовали, и не своими руками, у них на то спецмолодчики имеются! Всякие наёмные гориллы. А хуже всего, что мы же должны желать им доброго здравия — если милиция засечёт, через них выйдут на нас…

— А мне без разницы, — совсем сник Мартин. — Я, пожалуй, все деньги отошлю…

— И что? Вальдемара воскресишь?

— Не знаю. Марок нету и не будет, а сидеть придётся. Государственное имущество на сумму свыше полумиллиона — пожизненное заключение обеспечено. И вообще ничего больше не понимаю.

— Может, обойдётся, милиция их найдёт, а нас нет? — уныло пробормотал Павел.

— Совсем свихнулись! — рассердилась Баська. — Что только у вас в башке делается? Вы Вальдемара не знали, ведь не вы же его кокнули! Убили беднягу бандиты, нанятые мерзавцами, о которых мы и представления не имеем. Мы ведь даже не в курсе, кто мерзавцев обирал!

— Зато знаем, кого обирал. И для нас обирал…

— Как ни крути, а убили из-за нас. Мы его уговорили, из-за нас все.

— Не вы, а я…

— А Дуткевич ни про нас не знал, ни про афёру. Убийцу найти — значит раскопать наше предприятие. А так все будет шито-крыто.

— Боже праведный, ну и кашу мы заварили…

— Давайте потолкуем логично, — вступил Донат. — Прежде всего, надо отдать себе полный отчёт в нашем положении. Во-первых, кто убил Дуткевича?

— А черт его знает…

— Какие-то двое. Не поручусь, что не наша парочка, — съехидничал Мартин. — Ведь сказал же он по телефону: «Те самые двое». Что бы это значило?

Все молча уставились на него, Баська похолодела.

— И что же это значит? — растерянно переспросил Донат.

— Не знаю. Естественное соображение: узнал неких двоих, с кем уже имел дело. Далеко идущие выводы ни к чему, но и сами напрашиваются — постоянно нападавшая пара…

— Совсем сдурел! — завопила Баська. — Эти парни с прихвостнями валютчиков ничего общего не имеют!

Из всей компании один Донат умудрился сохранить трезвость ума.

— Да, не похоже. Скорее всего, Вальдемар обратил на них внимание при сделках: либо они выполняли функции телохранителей, либо за ним следили и преследовали… Предположим, обстояло именно так. Предположим, охранников схватят, они признаются — наняты валютчиками. Валютчики свалят на Вальдемара — дескать, наводчик, повязан с бандитами. Вальдемар умер, круг замкнулся, и мы ни при чем.

— А если его убили не гориллы, а наш, так сказать, персонал…

— Тогда возникает полная бессмыслица. Я отказываюсь понимать. Разве что Баська распорядилась его убрать, в чем сомневаюсь.

Баська пожала плечами, подумав, постучала ещё и пальцем по лбу. Павел взглянул на неё, потом на Доната.

— Сдаётся, все так и произошло, как он говорит, — показал он трубкой на Доната. — Если наши махинации не откроют, до нас не доберутся. Но все равно Вальдемар на моей совести. Мартин, поступай как хочешь, только выкупи марки, хоть какой-то толк будет из этой заварухи.

— А как? Отсюда?

— Через своего приятеля. За деньги последний болван купит. На счёту пятьсот семьдесят с чем-то тысяч, не хватает всего ничего, какой-то пустяковины…

— У моего шурина в Лондоне знакомые филателисты, — сообщил Донат. — Возьму адреса, а твой приятель попытается с их помощью…

Началось обсуждение покупки марок на расстоянии. Баська молчала. Она одна знала — сумма на счёту значительно меньше, ведь следует учесть и долю Гавела. А Гавел своего ни за какие коврижки не упустит…

Гавел не только не упустил своего, но и повысил требования.

— Кто-то наследил, — разразился он, как только Баська вошла. — Больно уж быстро вычислили Вальдемара. И ко мне больше не шляйся, легавые и так повсюду околачиваются, а из-за ваших глупостей я не собираюсь нести убытки. Значит, так: или мне половина прибыли, или взаймы все деньги на полгода, потом получаете свою половину с процентами. Скажем, шесть процентов. Что предпочитаешь?

— С ума сошёл? — Баська была вне себя. — За какие это заслуги — половину?

— А за такие, что мои расчёты того требуют, и баста. Вы отправили двести восемьдесят тысяч, для моих целей необходимо сто пятьдесят. И за несколько недель я сто пятьдесят заполучил бы, не подложи какой-то стервец свинью. Опять же чем черт не шутит — вдруг Вальдемар сам проговорился…

— Да не мог он проговориться, ничего не знал. Был жертвой грабителей, и только.

— Ну, тебе видней. Может, ты сама где-нибудь трепанула. Или кто из твоих дружков. Подпортили мне дело, и, хочешь не хочешь, я убытки себе возмещу. Выбирай: или половина, или все взаймы, мне без разницы.

— Ничего ты не получишь, понятно? — осатанела Баська.

Гавел смерил её странноватым взглядом.

— Понять-то понятно, только ведь нехорошо получится… — несвойственно вежливым тоном протянул Гавел. — И отчего бы это вдруг ничего?

Тон Баську образумил: не то время выбрала для войны с Гавелом. Тяжело вздохнув, она откровенно призналась, в чем беда. С покупкой марок тянуть нельзя — и так все осложнилось, а денег не хватает, вот она и понадеялась на Гавела, мол, поймёт и откажется от своей доли. Иначе все их подвиги насмарку.

Гавел спокойно выслушал, не высмеял, не придушил, даже заинтересовался и ответил уже в своей обычной манере:

— Ваши идиотские заботы мне до лампочки! Идиотов надо топить смолоду. Но ты баба хорошая, и потому предлагаю скомбинировать. Меня не проведёте — кое-что без меня сколотили, и я не совался. Давай всю сумму на полгода. Через полгода, максимум через три квартала будете иметь нужные деньжата на вашу священную макулатуру, да ещё и останется. Прибыль с вашего без моего участия заполученного капитала — фифти-фифти.

— До тебя не доходит, что ли, ведь по-польски объясняю! Через полгода наша афёра выплывет на свет божий — и все полетит к чёртовой бушке.

— Подумаешь, эка важность, выкупите с опозданием. У меня свои интересы, я от них не отступлюсь. Ну хватит, решай.

Баська начала лихорадочно соображать в поисках выхода… Гавелу, как и Мартину, за границу не выехать. В ближайшее время уж точно. Значит, главное — выиграть время, а позже поставить Гавела перед свершившимся фактом, и все тут. Не передушит же он их, а уж с голоду наверняка не помрёт…