Чтение онлайн

Мощенная дорога кончилась сразу после моста через мелкую речку, у и которой случился бой. Дальше она была разбитая грязью от утреннего дождя со следами редких телег и отпечатками местной живности. Местами сужалась настолько, что казалось дилижанс и вовсе не сможет проехать, не зацепив бортами небольшие деревья или кусты, но слава богам, обошлось. Взобравшись на небольшой холм, сверху открывался замечательный вид на пристань и три небольших замка. Даже неискушенному в военном деле человеку было понятно, что они разные настолько, насколько могли быть. Не только расцветка крыш внутренних строений, но и сами превратные башни и донжоны отличались формами размерами и назначением. Будто зодчие, что трудились над строительством, устроили соревнование между собой на самую величественную постройку в условиях дефицита материала.

– Великая троица. Оплот, Цитадель и Куватт. Вечные соперники и заклятые друзья, -восторженно произнес Игнат, широко распахивая дверцу дилижанса. – Смотри, молодой Князь. Редкая возможность разглядеть их троих сразу. Туман или тучи тут обычное дело, а лишь на солнце и только после дождя открывается такое великолепие. Земли нашего Княжества, Южан и Запада сошлись в одном месте. Жёлтая слева крепость, Куватт. По центру стены из чёрного драконьего камня, Оплот. Серая твердыня, Цитадель. Три культуры, религии и уклада жизни воплотились из камня и глины в одном месте. Минарет ли в центре, Церковь или Храм, то неважно. У каждого сильные стороны и есть слабые. Великолепная алхимия южан, свет наших весталок или чумные доктора запада. Воители, мастера копья и крестоносцы. Бретеры, охотники за головами и Арбалетчики. Замыкают список охотники за сокровищами, прокаженные и дрессировщики. Есть и более редкие и экзотические классы, но у тебя будет возможность с ним познакомится. Это единственное место, где ты можешь заночевать у южан, не опасаясь за свою жизнь. Отсюда нет выдачи, здесь не действуют законы государств, лишь собственные правила и истины. Но, береженного Отец бережёт, беспокойного Мать обнимает. Вечером сможем сбить грязь в купальнях и расслабиться последний раз перед Гамлетом.

Олег заворожено смотрел на превосходную картину, даже не имея художественных навыков, хотел запечатлеть для потомков увиденное. Душевный настрой обломал Мирон.

– Здесь заканчивается Ваша светлость, и начинается история новичка Олега. Все регалии и привилегии более не действуют и вспоминать о них не следует. В Оплоте князь, судья и бог воплотились в одном человеке, начальнике гарнизона. Не знаю, кто сейчас назначен, но прошу Вас, Светлый Князь, проявите все свое терпение и самообладание. Не хотел бы Я висеть у границ в назидание. Придорожный камень слева в кустах указывает на начало Проклятых земель. Историю этого края Вам уже поведали, а теперь Вы должны пересечь черту за которой ждет новая жизнь, – Мирон примирительно склонился, пока Молодой Княжич примет свой выбор.

Стоя на границе между двух миров, Олег тянул сладкий воздух свободы и опасности, затем смешно подпрыгнув, прокатился колесом, переходя условную границу.

–Позер! —произнес Мирон, усмехнувшись.

–Весь в отца… – задумчиво ответил Игнат.

***

На воротах стояла стража и подозрительно осматривала приближающийся дилижанс. Несмотря на духоту после дождя, стражники держали пост в полной броне и с тяжелыми алебардами. Заметив на козлах знакомого возничего, слегка расслабились, но оружие из рук не убрали.

– Мастер Мирон Четыре глаза, рады тебя видеть в этом богом забытом месте. С чем пожаловал? – спросил старший из Стражи.

– Гостей Барону везу. Ежели примет, – с хитринкой в глазах ответил ямщик.

– Много гостей? Да и время странное выбрали, кто же летом гостить приезжает? Время гона и жатвы, – изумился второй стражник.

– Везу двоих, а время не мы выбираем, время нас выбирает. Ты скажи-ка мне, служивый. Кто сейчас начальник? Старый проказник или кого нового выбрали? – поинтересовался Мастер.

– Старого пожрала лихоманка, он возглавил личное кладбище два года назад. Сейчас начальник гарнизона другой, себя он милостиво разрешил называть комендант Егор Иванович Майдель*, – с легкой улыбкой доложил старший. – Порядки особо не изменились да и никто их поменять не сможет. Кабак и Срамной дом на том же месте. Зверинец сожгли. Езжай уже, нечего у ворот стоять, вечером посидим немного, поговорим. Расскажешь, чем большая земля живет.

Коротко отбив приказ, стражник проверил содержимое ящика и осмотрел вновь прибывших гостей. Кивнув своему напарнику, направился открывать тяжелые ворота, чтобы пропустить повозку в замок.

– Что значит, возглавил личное кладбище? И к какому Барону мы едем? – спросил новичок Олег.

– Проклятое поместье возникло не просто так. Историю этого места такая: Один Барон потеряв свою семью, пытался вернуть их к жизни. Якшался с сомнительными личностями, шарлатанами и оккультистами. Собирал по миру трактаты и запретные знания, в общем жил лишь одним этим желанием. Его двое детей и жена не были погребены, а дожидались своей участи на леднике в фамильном замке. Что ему попало в руки доселе неизвестно, но очередной эксперимент стал удачным. Постаревший за долгие годы поисков барон вернул семью, вернее будет сказать, вдохнул жизнь в сосуд. Только заполнил не душами своих родных, а тварями с Темной стороны Грани. Радость от воссоединения с семьей была недолгой. В поместье стали пропадать люди средь бела дня, а земля меняться. Чуть позже из провала у горного хребта вырвались первые твари, что и ознаменовало окончательную порчу поместья. Любой честный человек на его месте сжёг бы до тла свои ошибки и грехи, но в место этого Барон продолжил жить с новой семьей, меняясь в тёмную сторону. Я его не осуждаю, отнюдь. Мир странная штука. Из одного дерева может родиться тысячи спичек, одна спичка может сжечь тысячи деревьев, – Игнат вздохнул, задумчиво потёр подбородок. – Желание вернуть троих близких людей, привело к смерти тысяч и тысяч других. В тот костёр по прежнему ссыпяться люди, чтобы он не погас. Кто-то становиться сильнее, кто-то остаётся безымянными костями в тёмных руинах, а есть и те, что оставляют в памяти людей свою историю. Судить о добре и зле легко, когда не владеешь полнотой картины. Позже, уже не все так однозначно. А мы, гости на земле Барона. Что касается личного кладбища… Когда лидер набирает команду и выполняет задание, временами случаются потери. Лидер приносит тело к городу и хоронит на освященной земле. Чем дольше командир бьётся в фамильных склепах, на побережье или в лесу, тем больше список погибших. Рано или поздно, глава отряда погибает или умирает после ранения. Тогда его хоронят на личном кладбище, что уже успело разрастись. В том момент он вновь воссоединяется с погибшими и опять возглавляет свой отряд. У меня в деревне тоже есть свое личное кладбище… Пойдём уже в трактир, смердим хуже протухшей рыбины.

****

– Нравы тут и прям свободные, – сообщил о своих наблюдениях Олег. – Такое распутство даже в домах покойной мадам Франко не увидеть.

Напарившись в бане и разомлевший от пенного напитка его пестун лишь хмыкнул, провожая взглядом очередную подавальщицу. Та, увидев заинтересованных взгляд, призывно завиляла бёдрами, рассчитывая на чаевые или продолжения общения в более интимом месте.

Мирон сидел отдельно, рассказывая группе стражников об изменении большого мира, не скупясь на подробности и грязные мелочи. Меньше всего людей интересовали политические интриги и будущая война. С огромным удовольствием интересовались ценами на жилье и продукты, стоимостью ужина в корчме и по чем нынче продаётся любовь и меч.

– Почему он хулит наше Княжество? – спросил Олег.

– Завтра на разведке, наши конные дозорных пересекутся с разъездами соседей. Им расскажут историю и события в не лучших красках. Второе, не нужно местным знать о том, как хорошо в столице. Побеги отсюда не редкость, а дома их ждёт бедность и пороки. Каждый день они мечтают, о том, как закончится их повинность, и они вернуться в родные края. Скорые на расправу, десятки лет живущие в ожидании смерти и сечи. Их уже не приучить к мирной жизни, а самое лучшее, что с ними может произойти на Большой Земле, это наемничество. Большинство пополнит общество лихих людей или лесных братьев. Умеющие и любящие убивать, жёсткие и протертые через сито местных земель, они наведут ужас и утопят мир в крови. Но эта не наша история.

Княжич продолжал жадно разглядывать легендарный Оплот. Каждая стена, кирпич и кусочек черепицы несли в себе великую память о тех, кто смог. Преодолел и выжил, предал, но остался в живых. О трусах и подлецах, о героях и святых.

Это место навсегда меняло людей и давала Дар или Проклятье. Всё те, о ком помнят на большой земле прикоснулись к проклятым землям. Умеющие врачевать руками, убивать словом. Видеть скрытую ложь или спрятанное злато. Возможно за тем столом когда-то сидел великий Зодчий Марсель, что возвел лучшие дома в стольном граде. А там тискал подавальщицу, печально известный дрессировщик Грегор Волчья голова. Приручить любую тварь мог играючи. Говорят на Юге его кинули в клеть с крокодилами, уставшие от его хвастовства султаны. Но смерть он принял не от пасти животных, его убила собственная жена.

– А кто тут такой любопытный? – раздался пьяный голос одного из местных. – Глазами зыркает, будто лазутчик.

– Гость Барона, новичок Олег, – ответил за Княжича пестун.

– Я не тебя спрашиваю, одноглазый, – насупился пьянчужка, нарываясь на драку. Таверна притихла, ожидая продолжения представления.

– В жизни не видел более отвратительной рожи, вот и пытаюсь понять, тебя стоя рожали? – ответил бреттер. Игнат печально хмыкнул, отодвинув табурет. А таверна покатилась от смеха.