Чтение онлайн

Мост закончился с моими воспоминаниями. Нужной молитвы я не помнила, чтобы избавиться от преследователя. Хотя, возможно, он мне померещился. Под ногами стелился туман, а вдалеке показался светящийся свод — выход из пещер на другую сторону горы.

Переступая последний рубеж, подумала, что снова осталась одна. И идти не знаю куда. Отчаяние накатило с новой силой, а хлынувшие слезы распечатали ключ, который держала в руке.

Яркий белый свет ослепил, перенося душу к Демиду и Дарку. Мужчины разбили лагерь у подножья Весенних гор, где ждали нас с Влади.

— Дарк, ты уверен, что девушки поняли твой намек и придут сюда? — Демид волновался. В голосе чувствовались хрипящие нотки.

Я попыталась крикнуть, привлекая внимание, но из открытого рта не вырвалось ни звука. Чувство паники и беспомощности охватило душу. Неимоверным усилием удалось взять себя в руки и прислушаться к разговору.

Темноволосый служитель храма мертвых долго с прищуренными глазами смотрел на друга. В них читались жалость со злостью.

— Я первоначально был против опеки над проклятыми! Одна с красотой, от которой глаз не отвести. Даже сквозь детскую личину проступает манящий свет. Другая, — грубый голос в миг смягчился и наполнился теплыми нотками, — в образе мальчишки, который замер в возрасте двенадцати лет.

Демид посмотрел на друга, улыбаясь, но промолчал. Симпатия Даркирия к Влади бросалась в глаза, словно она предназначена ему судьбой. От мысли такой стало не по себе.

— Ты же знаешь, почему я помог девочка. Тем более они связаны с Ростиславом. Думаю, оттого амулет Марты сработал, когда Кати повесила его на шею.

Дарк снова нахмурился, спрашивая, почему Демид не отступится от поисков. Долгие года напрасно ожидая возвращения женщины.

— Прошло почти двадцать лет, а ты никак не успокоишься, — ругался служитель, выплескивая раздражение на друга.

— Но ты не видишь ее в храме мертвых, значит, Марта жива, — настаивал Демид, становясь похожим на упрямого ребенка.

— Я не вижу и Ростислава, хотя тот для богов давно умер.

Мужчины замолчали, а я, как наяву, увидела крошечную комнатку, в которой сидела девушка с глазами, так похожими на очи черного колдуна. Стук в дверь отвлек ее от тягостных размышлений. А зовущий от порога голос заставил мое сердце биться быстрее.

— Марта, пора отправляться! — Сказал мужчина, которого я не видела, но слышала. Интонация и тембр принадлежали Ростиславу, — или останешься с родителями в Черноморье?

Сестра колдуна вздрогнула, опасаясь, что брат не станет дожидаться и уедет один. Она быстро надела дорожное пальто, поправила волосы перед зеркалом и практически закрыла за собой дверь, но вспомнив о цветном рисунке, который остался лежать на кровати, вернулась.

На карточке по пояс был изображен Демид Горский с молодым улыбчивым лицом и озорными глазами.

Схватив рисунок и сделав жест почтения для богов, Марта взглянула на себя еще раз. Повертелась в новом платье, что плавно обрисовывало тонкий стан. Схватилась за расческу и с волнением убрала назад русые волосы, не распуская косы. Отчего торчащие в прическе волосы взъерошились еще сильнее. Девушка завыла в отчаянии, швырнула расческу на пол. В карих глазах заблестели слезы.

Время поджимало, а теперь необходимо переплетать косу. Щелчок от двери заставил девушку оглянуться. Ростислав томно вздохнул. За дверью я не могла разглядеть его. Но ярко-голубую нить магии видела четко. Она закрутилась вокруг головы Марты, вспыхнула искрой и угасла. А на голове девушке красовалась вновь заплетенная коса.

Девушка запрыгала, выражая радость, и бросилась к двери, обнимать брата.

Картинка поплыла туманом, а в следующей — увидела Марту рядом с Демидом.

Марта помогала молодому магу в сложных экспериментах, следя за каждым действием с придыханием. Я видела ее со стороны наблюдающей за Демидом, который неторопливо перемешивал в стеклянной колбе зеленую жидкость. Но стоило юноше перевести взгляд на Марту, та отвернулась, смущаясь.

Демид, явно, знал о чувствах девушки, но сам не любил. Юноша горел амбициями и жаждой знаний. Его глаза светились магией. Сила переполняла и меняла восприятие реальности. Такое часто бывает с неокрепшими умами. Кто-то загорается безумной идей, а кто-то влюбляется в колдуна в полной уверенности, что чувства взаимны. А если нет, то она сможет все изменить с годами. Глупость, которая выльется слезами.

Марта владела зачатками магии. Все, что ей светило — основы ведовства и знахарство, больше основанное на интуиции. Демид уверенный, что сможет изменить природу и божественный дар, начал изучать об обрядах обмена магической силой, которые не имели положительного исхода для пустых оболочек.

“Никто не получает больше того, чем сможет владеть” — этот закон магии казался юноше смешным. Он читал книги и рассказывал Марте о том, как обманет богов и отдаст ей часть своей магии.

Я увидела перед собой белый туман, а потом Марту в полутьме, где угадывались только очертания девушки и ее собеседника.

— Не смей! — Крикнул раздраженно Ростислав. Его тень мельтешила. Мужчина сильно волновался, но не хотел признавать слабости, которая являлась женским уделом.

— Но я, — Марта попыталась рассказать брату о любви, которая рождается на доверии, но маг не желал слушать.

Ни слезы, ни уговоры не помогли. Утром Ростислав собирался вернуть взбалмошную девчонку родителям.

— Зря послушал твои восторженные лепетания о развитии семейного дара рядом с талантливым магом. Он безумец! — Мужчина бессильно вздохнул и выдохнул, поняв, что словами больно ранит сестру.

Два силуэта слились в один. Ростислав обнял девушку, успокаивая и напевая грустную песню, что больше походила на колыбельную.

А Марта после встречи с братом отправилась к Демиду и поведала тому о планах Ростислава.

Горский изменился в лице. Злоба с досадой отразились на мгновении во взгляде. А Марта плакала, прося прощения у мага и не замечая его реакции.

— Я не смогу помочь, вам господин.

Демид коснулся плеча. Девушка вздрогнула, оторвала руки от зареванного лица, которое опухло. Глаза и нос покраснели. А губы дрожали. Мужчина провел ладонью, вытирая соленую дорожку из слез, а затем наклонился и поцеловал Марту.

За окном разбушевался ветер. Порывы заставляли дрожать стекла. А гроза с громом пугали до дрожи. Казалось, природа отговаривает безумца от преступления. Но Горский горел желанием, а девушка со страстью отвечала его напору.

Я закрыла глаза, не желая мешать танцу тел. Но слух остался при мне. Краснея от стыда, пыталась вырваться из чужих воспоминаний, но они, словно паутина, окутывают все сильнее и сильнее.

В ту же ночь. Демид, взяв часть собственной силы, попытался вложить в сосуд, которым стала Марта. Чтобы магия сразу не покинула девушку, создал специальный магический кулон, который удерживал бы рассеивание энергии. Не было никаких, присущих черному обряду, кругов на полу и страшных слов заклинаний. Достаточно оказалось добровольно отданной крови и желания мага.