Проклятые короны
Шрифт:
Роза покинула Гленбурк под одобрительные возгласы, но она слишком погрузилась в глубокий сон, чтобы их услышать. Ненадолго остановившись, чтобы накормить и напоить лошадей, они двинулись дальше в Хорслип. Стояла прекрасная погода, и Роза вышла из кареты погулять перед посещением детского дома, где провела весь вечер с детьми, читая им книги. Роза познакомила ребятишек с Эльске, дружелюбной белой волчицей, которая перевернулась на спину и радостно засопела, когда все бросились ее гла- дить.
Когда Роза наконец вернулась в карету, было уже очень поздно. Ее сердце переполняли эмоции, и она расплакалась. Всю жизнь она изучала бескрайние равнины Эаны и ее многочисленные шумные города, но ничего не могло подготовить ее к волнующему впечатлению от посещения новых мест или к удивлению от общения с людьми, которые здесь жили, прикосновения к ним, узнавания их.
– Ты была великолепна, – сказал Шен, которому удалось незамеченным проскользнуть в заднюю часть кареты, и теперь он смотрел на нее с удивлением, в его глазах отражался звездный свет. – Ты великолепна.
Роза замерла:
– Что ты здесь делаешь? Это совершенно неприлично!
– Тогда прикажи мне уйти.
Роза поджала губы:
– Шен!
– Мне нравится, когда ты называешь меня по имени.
– Не понимаю почему, ведь я делаю это, только когда отчитываю тебя.
– Может быть, именно поэтому, – подмигнул он, – позволь мне доехать с тобой до Миллиса. Обещаю вести себя прилично.
Роза сдалась, ее решимость рухнула. Она села на скамейку рядом с Шеном, и дрожь пробежала по ее телу, когда его нога коснулась ее ноги. Такое восхитительное чувство!
– Ладно, но не слишком прилично, – пробормотала она. – Я рада, что ты здесь.
Шен повернулся к девушке и провел пальцем по ее подбородку.
– Как вам угодно, Ваше Величество.
Роза закрыла глаза и прижалась к его губам. Он застонал и приоткрыл рот, углубляя поцелуй. Роза расслабилась, зная, что это противоречит всем возможным правилам, которые она установила для себя перед отъездом. Но в объятиях Шена это, казалось, не имело значения.
Наконец Роза отстранилась от Шена. Она отяжелела от усталости.
Шен обнял ее одной рукой и поцеловал в макушку.
– Спи, Роза, я буду рядом.
Роза вздохнула и положила голову ему на плечо. Убаюканная в его объятиях, она быстро заснула и унеслась далеко от забот.
Она проснулась почти в полночь, а Шена рядом уже не было.
Карета замедлила ход. Должно быть, они подъезжали к городу Миллис, где планировали остановиться на ночь, чтобы Роза смогла принять ванну, поесть и поспать на настоящей подушке, а с первыми лучами солнца снова отправиться в путь. Королевская свита остановилась в самой большой гостинице города. Агнес поднялась наверх, чтобы привести в порядок комнату и распаковать кое-какие вещи Розы, оставив ее беседовать с Чапманом за поздним ужином из тушеной курицы с луком-пореем.
Пока что тур проходил успешно, о Бэрроне и его «Стрелах» они ничего не слышали. Роза знала, что должна быть довольна и испытывать облегчение, но, оглядев переполненный обеденный зал, обнаружила, что беспокоится.
– Ты видел Шена?
Управляющий вздохнул:
– Разве вы должны думать об этом беспокойном мальчишке? Я спрашиваю вас, королева Роза, как воин-ведьмак, не имеющий официальной подготовки или даже верности королевской гвардии, может целыми днями безнаказанно командовать капитаном Деверсом и его солдатами?
Роза сделала глоток вина.
– Ты прекрасно заешь, что он лучший воин в Эане.
– И обладает достаточным высокомерием, чтобы доказывать это, – фыркнул Чапман. – Отвечаю на ваш вопрос: он патрулирует внешние стены Миллиса по собственному настоянию.
Роза ухмыльнулась в бокал:
– Ты должен восхищаться его дотошностью.
– Вы правы, – сказал Чапман с немалой долей неодобрения.
После ужина Роза отправилась в свои апартаменты на третьем этаже: большая, хорошо освещенная спальня с огромной кроватью под балдахином и примыкающая к ней ванная. Королеве предоставили самый роскошный номер гостиницы, в нем же стояла раскладушка для Агнес, которая открыла дверь, чтобы поприветствовать Розу.
Девушка переоделась в ночную рубашку и села за туалетный столик, чтобы Агнес расчесала ей волосы.
– Вы хорошо справились сегодня, королева Роза. Все так говорят.
Роза улыбнулась служанке в зеркале:
– Я никогда раньше не разговаривала со столькими людьми, Агнес. Думаю, я потеряю голос.
– В таком случае мы быстро его вернем, – сказала Агнес. – Я спущусь на кухню и принесу чашку имбирного чая с медом и лимоном. К утру вы будете в полном порядке.
– Ты сокровище, Агнес. Что бы я без тебя делала?
Стоило Агнес выйти из комнаты, как раздался стук в окно. Роза вздрогнула, увидев в темноте лицо Шена. Она бросилась к окну и распахнула его.
– Что ты здесь делаешь? – прошипела она, когда он влез внутрь. – Мы на третьем этаже!
Шен выпрямился и отбросил прядь волос с лица.
– Ничего такого, с чем я не смог бы справиться.
– Ты не можешь здесь оставаться. Агнес вернется в любую секунду.
– Значит, Агнес – наше единственное препятствие? – При этих словах глаза Шена сверкнули.
– Что? Нет! Конечно, нет. Я просто хотела сказать… – Роза застонала. – Ой, не дразни меня. Я слишком устала.
– Я не посмел бы, – сказал Шен, даже не улыбнувшись, – я пришел пожелать тебе спокойной ночи. И хочу подарить это. – Он полез в карман и достал тщательно завернутый пирог в форме сердца.
Роза недоверчиво уставилась на угощение.
– Пожалуйста, только не говори мне, что ты улизнул, чтобы испечь его для меня.
– У меня много талантов, но точно не этот, Роза. – Шен засмеялся. – Тея рассказала мне, что пекарня в Миллисе славится пирогами с джемом. Я решил лично убедиться в этом.
Роза посмотрела на него:
– Но сейчас полночь. Где ты нашел открытую пекарню?
– Разве я говорил что-то про открытую пекарню? – На щеках Шена показались ямочки. – Абсолютно уверен, что не говорил.
Роза взяла пирог.
– Вор, – прошептала она. – Поэтому ты оставил отряд? Чтобы принести мне пирог?
Улыбка Шена погасла:
– Я подумал, кто-то мог выслеживать нас. Я заметил всадника, следовавшего за нами через перевал сразу за Миллисом. Уверен, что видел его и в Гленбруке.