Чтение онлайн

По спине пробежал холодок. Кристина знала что это возможно. Во время подготовки особое внимание уделяли последствиям нарушения техники безопасности. Мало того, что им приходилось обрекать на гибель ни в чем не повинных проклятых, так еще и сами они рисковали закончить свои дни в психушке. Но кто-то должен был сделать эту работу. Рискнуть собой и парой проклятых, чтобы все остальные могли и дальше вести своё бесцельное существование, самостоятельно решая на что тратить жизнь.

— Но если вы правы и мелкие кости не просто затерялись, а были присвоены одним из проклятых, то пока мы будем ждать и гадать, сущность подчинит себе новое тело. Проклятье сдержит ее, но лишь на время.

Проблема — я схожу с ума, из-за несоблюдения техники безопасности, резко переросла в “весь мир может сойти с ума”. А все из-за Кристины. Недоглядела, плохо подготовилась.

Он говорил что-то еще, но Кристина едва воспринимала сказанное. Ужас затопил сознание. Она обрекла мир только из-за того, что чуть увлеклась мужчиной, окутанным ореолом таинственности.

— Кристина, вы слышите меня?

— Да. — стараясь собраться, кивнула она, чувствуя, как тело бьет мелкой дрожью, а вспотевшие руки то и дело комкают подол майки.

— В Ордене считают, что вас следует запереть, но у нас иное мнение на сей счет. Сущность будет стремиться к объединению. Ей потребуется энергия, чтобы побороть проклятье и занять новое тело.

Холод пробежал по спине. Оцепенев, она не сразу поверила в услышанное.

— Вы хотите, — медленно проговорила она, — меня отпустить?

— Да. Наши агенты будут наблюдать за вами. Мы надеемся что то, что отравляет ваше сознание, приведет нас к сущности и мы сможем ее изолировать.

Стало тихо. Присутствующие внимательно следили за её реакцией и Кристина медленно кивнула.

— У нас всего трое подозреваемых. — с готовностью отозвалась она — Илья Морозов — колдун, занимающийся снятием проклятий. Зоя Чернова — студентка, и Снежана… — тут её голос против воли сорвался.

Снежана — совсем еще ребенок. После похищения её мама переехала в город. Получила работу по профессии и дела у них наладились. Одна лишь мысль что в ребенке могла поселиться эта пакость, доводила до тошноты и дрожи в коленях.

Кристина со всеми тремя проводила терапию, прорабатывала последствия похищения. Если девочки, после некоторого сопротивления и недоверия, быстро пошли на контакт и даже делали успехи, то Морозов закрылся.

Вежливости и такта ему не занимать, юмор, который он использовал для защиты уводя разговор в безопасную зону, никогда не переходил в злую самоиронию или болезненное хохмачество. Обойти его защитное поведение так и не удалось, Кристина пыталась перенаправить его к специалисту мужчине, быть может образ наставника поможет ему раскрыться, но всё оказалось тщетно. Посетив положенное количество сеансов, Морозов исчез, выразив недовольство, когда она имела наглость позвонить с вопросом о повторных сеансах.

— Двое. — поправил её Анисимов — Девочка освободилась от проклятья и если бы сущность поселилась в ней, мы бы уже узнали. Клиника проводила бесплатное обследование, помните?

— Да, да конечно. — неуверенно отозвалась она, с трудом припоминая нечто подобное — И так, каков план?

— Для начала, вы сбежите из больницы. Должен предупредить, наша помощь будет ограничена. Пока вы не добудете доказательств, что сущность поселилась в одном из проклятых, никто в Ордене нам не поверит.

— Это каким же образом? Сбегая, прихватить с собой томограф?

Никто из присутствующих даже не улыбнулся, а Анисимов ответил:

— Рядом с сущностью приступы прекратятся.

— Откуда вы знаете?

— Покопались в архивах.

Приподняв брови, она удивленно уставилась на старого доктора. Что это за архивы такие?

— Засекреченные материалы. — Продолжил он — Вам этого не говорили, но сущность сбегает не первый раз. Подобная информация держится под секретом.

Так от чего они комедию ломают и почему мне помогает горстка людей, вместо всего Ордена? — подумала она, но вслух задать вопрос не успела.

— Мы поможем инсценировать побег, но дальше активно помогать не сможем. Вам нужно выйти на контакт с проклятым и проверить его. Будем держать связь по телефону. Когда звоните, следите чтобы никто вас не слышал, тем более проклятые. Нам не нужна огласка.

— Как много я могу им рассказать?

— О том, что их разум попадет в ловушку бесконечного кошмара, а тело мы сожжём, привязав дух к костям, рассказывать не следует.

— Это понятно, но к примеру, Морозов с самого начала продемонстрировал недоверие и подобраться к нему, да еще и без нормального обоснования, будет не просто.

Анисимов на мгновение задумался:

— Расскажите ему правду, но дозированно. Лишнего ему знать не нужно. Едва ли он обрадуется, узнав что каникулам в подвале он обязан вам.

— Это точно.

Поправив рюкзак, Кирилл нахмурился, глядя на тучи над долиной.

Желание провести время с сыном перевесило здравый смысл, и он согласился отправиться в поход. Не просто в поход, а еще и в сплав по реке, и подъем в гору, и катание на лошадях, и что-то там еще. В теле не осталось мышцы, которая не болела бы. После сна на камнях, он каждое утро хотел мирно умереть в спальном мешке и никуда не идти.

Зато Сашка был доволен. Скакал по курумнику, словно молодой козел, не зная усталости и мозолей.

Когда после двадцатилетнего отсутствия, Кирилл заявился на порог бывшей жены, с желанием пообщаться с детьми, то закономерно получил по лицу от старшего. Впрочем ничего удивительного. Если бы ему довелось встретить того, кем он был двенадцать лет назад, тоже пустил бы в ход кулаки.

Из всех только Сашка отвечал ему осторожной взаимностью. Глядя на младшего сына, Кирилл не знал как себя вести, о чем говорить. Нельзя же хмуро смотреть на него как на коллег. Оценивать его эффективность сын не будет, а иных достоинств у Кирилла не было. Потому налаживать отношения решили на территории сына.

Очень скоро Кирилл понял что это было весьма поспешное решение. Сашка не знал, какого это хотя бы пару секунд стоять на месте. Учеба, тренировки, конный клуб и вклиниться в это плотное расписание еще одному человеку не просто.

Когда Сашка предложил отправиться в горы, Кирилл, не раздумывая согласился. У него остались смутные воспоминания о том, что горы — это что-то красивое и величественное. Вот только теперь это красивое и величественное его убивало.

Подъем на плато занял два дня. Два дня по невероятно живописным местам, вдоль горных рек. Они шли скорым маршем. Любоваться скалистыми обрывами и пригорьем было некогда. Тут бы успевать ноги переставлять, не поскользнувшись на размякшей глине или вылезшим на тропе корнем.