Чтение онлайн

– Сейчас мы его выкурим, – урядник подал знак казакам.

– Дорин, подожди, - остановил Туран. – Я проверю.

Туран подошёл к стене дома вплотную, закрыл глаза и сосредоточился. Окружающий мир наполнился серым туманом. Словно красные фонарики проступили силуэты людей и нишранов. Вот решительно настроенный Чур Дорин. Дай ему команду, он и в самом деле подпалит избу с четырёх углов. Рядом трясущийся от страха нишран. А что в самой избе? Не спеша и подолгу замирая возле каждой стены, Туран обошёл факторию кругом.

– Внутри никого нет, - Туран остановился возле крыльца с другой стороны.

– Ушли! – урядник схватил смотрителя за грудки и легко оторвал от земли. – Когда ушли? Куда? Говори! Пристрелю!

– Они в подвале!!! Были!!! – нишран забился в истерике. – Я! Сам! С Ангоро десять минут назад разговаривал!!! Он здесь!!! Был!!!

Ещё немного и смотритель фактории самым позорным образом обмочит штаны.

– Отпусти его, Дорин, - Туран вступился за смотрителя. – Он не врёт.

Казак разжал кулаки. Нишран плюхнулся на землю задом.

– Ладно. Мы дом осмотрим. А ты, Персона, здесь жди.

Урядник Дорин махнул рукой и первым зашёл в дом. Ещё пять казаков прошли следом.

Ждать пришлось не долго. Минут через десять урядник вышел на крыльцо:

– Всё чисто, мастер Атиноу. Прош вас.

Раз урядник сменил тон, значит и самом деле чисто. В боевой обстановке Чур Дорин всегда переходит на «ты» и короткие прозвища. Когда на счету каждая секунда, гораздо легче крикнуть напарнику «ты» и тем самым спасти его от смерти.

– Прошу вас, вот сюда, в подвал, - урядник Дорин идёт впереди и показывает дорогу.

Под домом нишраны построили огромный подвал. Пусть макушка постоянно сгребётся о доски первого этажа, а перекрытия грозят с размаху треснуть по лбу, зато много простора. Возле печного фундамента керосиновая лампа освещает широкие полати, старый столик на чахлых ножках и три неподвижные фигуры на лавке и стуле.

Туран подошёл ближе. Кажется, будто нишран Ангоро из рода Лиав присел отдохнуть и попить чайку. Правая рука по-прежнему сжимает глиняную кружку. Голова опрокинута на бок, глаза смотрят в сторону.

К нишрану подошёл урядник и двумя пальцами дотронулся до шеи.

– Тёпленький ещё. Минут двадцать, не больше, - определил урядник. – Там, на полатях, ещё один валяется, перевязанный весь. То же кружка в руке.

Туран прикрыл Ангоро глаза. Понятно теперь, почему показалось, будто в доме никого нет. Когда казаки окружили факторию, мастерам-нишранам не осталось ничего другого, как принять яд.

Ангоро из рода Лиав с самого начала фатально не везло. Однако он с завидным упорством продолжал и продолжал выполнять задание Владыки. Создатель ведает, сколько ещё душ положил бы на пути к своей цели. Но даже напоследок Ангоро из рода Лиав сумел украсть победу.

Из-за самоубийства главного подозреваемого победоносного завершения дела не будет. Не будет громкого судебного разбирательства. Любопытная публика не будет ломиться в зал для публичного слушанья, а Проныра, дешёвый газетчик, не будет писать разоблачительные статейки. Отныне невозможно доказать, что эти четверо нишранов мастера. Дело об убийстве Влига Амноса и всех прочих ляжет на стол полицмейстера, который завизирует его. И всё. Сыскное дело официально закроют. Чуть позже секретарь унесёт пухлые тома в архив.

Остаётся надеется, что этот прокол губернатор не использует в качестве повода для личной мести. Дело дрянь, конечно, да кто будет вникать в подробности?

– Великолепно! Очень даже великолепно! – мастер Игнис Тирзан, обер-полицмейстер Навиры, захлопнул пухлую папку.

Доклад мастера Шандара, губернатора Снорской губернии, поднял настроение. Прежде всего, раскрыто убийство некого купца Влига Амноса. Преступление не совсем обычное, в нём замешаны нишраны. А это, нужно признать, чуть ли не международный скандал. На счастье нишранов, они настолько малы и ничтожны, что в мировой политике давно не играют никакой роли. Даже айры перестали их «опекать».

К докладу приложено ходатайство губернатора об организации геологической экспедиции на Доупарские острова. И откуда там каменный уголь? Впрочем, не важно. Хотя… если найдут, то это будет что-то с чем-то. Ястребы в правительстве непременно добьются строительства на этих самых островах военно-морской базы. То же неплохо. Но больше всего радует другое.

Мастер Тирзан поднялся из-за стола и подошёл к широкому окну. С пятого этажа Управления полиции открывается чудесный вид на Имперскую площадь, центр Навиры, а значит всей Тиллуры. Сейчас по каменной брусчатке дефилируют гражданские, кавалеры в парадных сюртуках, дамы в пышных платьях и суетятся дети. Напротив Парадных ворот, откуда в торжественных случаях выезжает император, группа студентов в синих мундирах собралась в большой кружок.

Имперская площадь производит впечатление каменной пустыни, особенно поздно ночью, когда порядочным людям полагается спать. Но так сделано специально. По особо торжественным случаям на Императорской площади устраивают военные парады столичного гарнизона. Вон там, недалеко от Парадных ворот, устанавливают трибуну для императорской семьи.

Больше всего порадовал молодой выпускник Раконского университета мастер Туран Атиноу. Он не просто раскрыл запутанное убийство купца, а выяснил, что на Доупарских островах находится каменный уголь. Это же как в раскалённой пустыне кусок льда найти.

Наконец-то! Мастер Атиноу с блеском прошёл испытание. Не сбежал, не перевёлся в другую службу, а остался таки в сыскной полиции. И это после пяти неудач. После пяти холостых выстрелов в «молоко». На этот раз мастер Ерпанов, ректор Раконского университета, не подвёл, не ошибся, разглядел таки среди толпы выпускников самый ценный, самый дорогой алмаз негранёный. А уж если его подучить, поднатаскать, огранить, то… О-го-го будет! Мастер Тирзан сжал кулаки.

Обер-полицмейстер вернулся к столу и достал из папки чистый листок. Нужно написать мастеру Ерпанову, поблагодарить старого козлятника. Чёрт побери! Сегодня великолепный день!

Как же быстро человек обрастает барахлом. Туран поставил на стол тяжёлую коробку. Казалось бы: три месяца назад пришёл в сыскную полиции гол, как сокол. А сейчас?

Вроде, ничего не забыл. Туран последовательно выложил на стол письменный набор, несколько стальных перьев, ножечек для вскрытия писем, дырокол, папки и прочий крайне необходимый для бюрократа хлам. Пустая коробка улетела в угол. Туран присел в кресло и с наслаждением вытянул ноги. Хорошо как!

Присутствие нишранов в уголовном деле вылилось в бумажную волокиту. Две недели Туран писал бесчисленные отчёты, доклады и памятные записки. Умаялся в конец. А потом состоялся суд. Тихий, незаметный суд, без публики и журналистов. Завершение расследования убийства Влига Амноса не вызвало в обществе большого переполоха. Ведь скамья для подсудимых осталась пустой.