Чтение онлайн

– Как тебя зовут, герой?

Мальчик чуть слышно ответил:

– Витя.

И отвернулся от меня. Взяв его за ручку, я сказал ещё тише:

– Витя, это означает Виктор, то есть победитель. Сейчас ты с моей помощью победишь свою болезнь, но это будет нашим секретом. Уже завтра ты поедешь домой вместе с мамой.

У мальчика появились на глазах слёзы, и он прошептал:

– Дядя, у меня нет мамы. И дома тоже нет. Я детдомовский.

– Витя, - сказав я наклонившись, - завтра утром в эту дверь войдёт твоя мама и заберёт тебя домой, а папа будет ждать вас обоих внизу.
– после чего негромко сказал женщине - Девушка, я не врач этой больницы, я целитель-экстрасенс и не хочу ни встречаться, ни, тем более, разговаривать с врачами, хотя все они прекрасные люди и отличные специалисты. Сейчас я сделаю так, что никто, кроме вас, меня не будет видеть, а вы сделаете так, чтобы никто не подходил ко мне. Через два часа все дети в этой палате будут здоровы, но мне нужны полные покой и тишина. Ещё мне также понадобится ваша помощь.

Женщина шагнула ко мне, упала на колени и спросила тихим, потрясённым и полным надежды голосом:

– Вы правда их вылечите?

Достав с дюжину пятитысячных купюр, я протянул их женщине, кивнул и так же негромко ответил:

– Правда. Именно поэтому я здесь. Возьмите деньги, позовите одну из мамочек и отправьте её в магазин, чтобы она купила детям самых высококалорийных продуктов. Чёрной икры, осетрины, карбоната, сливок. Ну, вы знаете, что это такое, крайнее истощение. И Бога ради, пусть никто из мамочек не поднимает шума.

Женщина робко взяла деньги, не вставая с колен достала из белого халата, надетого поверх простенького платьица, дешевый сотовый телефон, набрала номер и сказала:

– Лида, срочно приди в палату.

Только после этого она поднялась, пятясь, отошла к двери и прижалась к ней спиной. Ну, а я, держа в левой руке ручонку мальчика, немедленно стал вливать в него целительную энергию, чтобы для начала унять боль. Правой же я достал из кармана свой сотовый телефон и, быстро набрав номер, как только мне ответили, сказал тихим, но всё же весёлым голосом:

– Лерочка, ты мечтаешь, чтобы у тебя был сын. Будь добра, немедленно отправляйся в Москву, в детский онкоцентр. Твой сын находится здесь. Его зовут Виктор, а его фамилия...

Женщина у двери сказала:

– Свиридов, Виктор Свиридов из подольского детского дома. Он лежит здесь уже второй месяц.

Я назвал Лере фамилию мальчика, сказал из какого тот детского дома, после чего, пряча телефон, сказал уже ему:

– Витя, у тебя самая добрая мама на свете. Ты будешь её девятым ребёнком. А твой папа офицер. Он очень храбрый и добрее его не найти никого на свете. А ещё он мой хороший друг.

Щёки мальчика порозовели, он улыбнулся и ответил мне:

– Дядя, а у меня внутри уже ничто не болит.

Женщина у двери всхлипнула и тихо сказала:

– Так и должно быть, Витенька, ведь дядя целитель.

Дядя-целитель на всякий случай сделался невидимым и, приступая к диагностике, сказал:

– Девушка, меня зовут Авик. Постарайтесь организовать всё так, чтобы в онкоцентре обо мне никто из врачей не узнал и вот что ещё, у вас у всех здесь одна беда, но, возможно, тут есть дети, которые уже умирают. Постарайтесь их тихо и незаметно принести в эту палату первыми. Вот, возьмите ещё денег, дадите взятку врачам, нянечкам, хоть чёрту с рогами, лишь бы не было никакого шума.

Не оборачиваясь, я протянул за спину ещё дюжины полторы купюр и весь погрузился в изучение природы заболевания Вити. Картина была просто ужасной. Мальчик умирал. У него был рак лёгких, и одного лёгкого уже практически не существовало, а второе было поражено раковыми клетками на треть. Ничего, это всё мелочи. Главным для меня было не это, а то, как таким образом разогреть мальчика, чтобы это не сильно бросалось в глаза. Немного подумав, я сконструировал новую, совершенно потрясающую по своей силе магическую формулу, в которую вложил одиннадцать других медицинских заговоров и радостно заулыбался от того, что у меня в итоге получила. Это не страшно, что малыш полностью расслабился и был заторможен настолько, что даже перестал улыбаться, а его глаза закрылись. Зато уже очень скоро, проснувшись, он будет абсолютно здоровым.

В дверь палаты кто-то постучал. Это пришла Лида и мамочка тихим, жестким голосом объяснила ей, что сейчас происходит с Витенькой и что обещано ей и всем остальным детям и их родителям целителем Авиком, которого она не видит, но до его плеча может дотронуться. Лида быстро шагнула ко мне и торопливо ощупала мои плечи и голову, а я сказал вполголоса:

– Мамочка, я не волшебник и не маг, а просто очень сильный и умелый экстрасенс. Я недавно прибыл в Москву только для того, чтобы лечить людей. В первую очередь детей. Ваших тяжелобольных детей. Поэтому сделайте так, как вам сказала...

Первая мамочка тут же назвала своё имя:

– Таня, Авик, меня зовут Таня.

– Как сказала Таня.
– закончил я фразу и добавил - Поймите, я не имею ничего против здешних врачей, но мне не нужна никакая шумиха. Организуйте закупку продуктов для детей. Через полчаса Витя полностью выздоровеет, я исцеляю быстро, но мальчик будет просто жутко голоден. Хотя я специально понижу его активность, на аппетите это не отразится, Лида. И вот что ещё, обязательно купите побольше яблок. Сейчас здесь очень сильно запахнет яблоками.

Лида что-то тихо сказала и вышла, взяв деньги. Я же весь погрузился в процесс целительства. Мой новый магический медицинский заговор действовал так замечательно, что я даже сам удивлялся, как всё быстро у меня получается. Самое же главное заключалось в том, что даже таких тяжелых больных, как маленький Витя, я мог лечить с минимальными потерями. Тем не менее, мне пришлось отдать ему сто пятьдесят граммов своей крови. Зато уже через двадцать четыре минуты мальчик был полностью здоров. Он порозовел и дышал свободно и легко. Лично я не видел в этом никакого чуда, ведь я же ангел, чёрт меня побери. Не открывая глаз Витя тихо попросил:

– Дядя, на тумбочке лежит булочка, дайте её мне. Мне очень хочется кушать.

Таня метнулась к тумбочке своего мальчика и зашептала:

– Сыночка, прости, что я от тебя отнимаю, но мне нужно покормить Витеньку, а к тебе сейчас тоже подойдёт дядя-целитель. Он и тебя вылечит, как только что вылечил Витюшу.

Мне, в принципе было всё равно, кого из детей исцелять следующим, но сначала я подошел к каждому больному ребёнку и, поговорив с ним, погрузил всех детей в состояние безмятежного покоя, влив в них немало энергии. Запах яблок в палате всё усиливался и усиливался. Он даже стал перебивать запах медикаментов. Лида задерживалась, а между тем Таня только и могла предложить мальчику, что фрукты, сдобу, да, ещё конфеты и, глядя на то, как быстро жуёт булочку малыш, зарычала:

– Да, где же она ходит? Магазин ведь в ста метрах!

– Таня, - тихо сказал я, - не забывай, где ты находишься. На воротах и на дверях стоит такая охрана, словно это тюрьма.

Лида, которая пришла с двумя большими сумками, едва войдя в палату, тут же подтвердила это злым шепотом:

– Вот же суки! Сначала на воротах тысячу сунула, чтобы меня пропустили с сумками, так на входе с меня две тысячи охрана слупила, а потом ещё медсестре дала две. Хорошо, что хоть не все деньги потратила, было чем заплатить. Знают же, какое у нас положение, и всё им мало, проглотам.