Чтение онлайн

– Она бы не стала снимать его, даже если бы могла, – продолжила Пайпер. – Я видела, что происходит с этим городом. Этот город, наследие Гриффада Пенхоллоу, страдает. Как и наследник Гриффада Пенхоллоу.

Злобные глаза снова уставились на Риса, который в замешательстве уставился на нее в ответ.

– Я? – выдохнул он, положив руку себе на грудь. – На самом деле я не его «наследник» в полном смысле этого слова. Нас полно.

– Но здесь только ты, – ухмыльнулась Пайпер. – А завтра придет Самайн, когда завеса будет особенно тонкой, а магия Элвид будет на пике силы.

Хеллоуин. Завтра.

Виви посмотрела на призрака, ее кровь внезапно похолодела, желудок сжался.

– Так ты говоришь…

– Проклятие достигнет своего апогея завтра в полночь, – провозгласила Пайпер, и ее улыбка стала ядовитой. – Завтра вечером и этот город, и Пенхоллоу умрут.

Все тело Виви болело, когда они с Рисом подъезжали к его дому, и она устала больше, чем когда-либо ранее в своей жизни. Это была какая-то глубинная усталость, из-за которой такие вещи, как отстегивание ремня безопасности и открытие двери машины, казались невозможными.

Рис, должно быть, увидел это, потому что он протянул руку и нажал на кнопку вместо нее, затем обошел машину с ее стороны и открыл дверь, помогая ей выйти.

– Хочешь, я тебя понесу? – предложил он, и она посмотрела на его дом.

– Без обид, но если меня отнесут в этот дом на руках, я почувствую себя слабонервной героиней фильма ужасов.

– Понятно, – сказал Рис с легкой улыбкой, но все равно обнял ее, пока они поднимались по ступенькам крыльца.

– Кто знал, что мимолетная одержимость настолько лишает сил? – спросила она, и когда Рис отпер дверь, он снова посмотрел на нее, изучая ее лицо.

– Уверена, что с тобой все в порядке?

Технически так оно и было. По крайней мере, с телом все было нормально, оно просто устало.

Но у нее болело сердце.

Завтра ночью и этот город, и Пенхоллоу умрут.

Голос Пайпер так же явно звучал в ее сознании, как горели ее глаза, когда она смотрела на Риса.

Риса, который… насвистывал веселый мотивчик, когда они входили в дом.

Виви последовала за ним, наблюдая, как он бросил ключи на стол, затем пошел на кухню и появился с парой бутылок воды.

– По крайней мере, теперь, когда Пайпер сказала свое слово, она может перестать бродить по библиотеке, – заметил Рис, и это была единственная хорошая вещь из случившихся этой ночью. Закончив речь, она исчезла, Свеча Эвридики рассыпалась в пыль, и у Виви возникло ощущение, что на этот раз девушка ушла навсегда, никаких связывающих заклинаний не требовалось. Но ее все еще огорчала мысль о том, что эта яркая, талантливая ведьма чувствовала, как ее сила медленно иссякает, когда она пытается использовать магию, оказавшуюся для нее совершенно непосильной. И все напрасно.

Рис протянул Виви бутылку воды, пару раз перевернув свою в руке, прежде чем открыть ее.

– Тем не менее миссия выполнена и все такое. – Он двинулся к ней, но Виви отступила от него, внезапно почувствовав себя уже не такой измученной.

– Рис, ты пропустил ту часть, где, если мы не исправим это к завтрашнему вечеру, ты умрешь?

Он беззаботно стоял в гостиной, потягивая воду.

– Это она так говорит.

Виви уставилась на него, разинув рот.

– Нет, это не просто слова. Серьезно. Ты умрешь, если мы не сможем поднять дух Элвид и каким-то образом убедить ее простить тебя за грехи твоей семьи. Что, позволь мне напомнить, является очень сложной задачей.

– Никогда не узнаешь, пока мы не попробуем, так что не вижу особого смысла беспокоиться об этом, – сказал он, а затем поставил свою бутылку на стол и подошел, чтобы взять ее за руки.

– Раз я все равно умру, подумываю о похоронах викингов. Посади меня в огненную лодку, понимаешь? Здесь есть озера поблизости?

Вырвав свои руки из его ладоней, Виви уставилась в его голубые глаза, в его красивое лицо и снова ясно увидела ту карту Гвин. Шут, бодро шагающий с обрыва.

– Ты можешь не шутить по этому поводу? – огрызнулась она, и Рис покачнулся на пятках, на его лбу появились три складки.

– Извини, – сказал он. – Я забыл, какая у тебя была ночь. Не самое подходящее время для острот, ты права.

– Не делай так

– Как именно?

Скрестив руки на груди, Виви повернулась к нему, лицом к входной двери, в голове у нее стучало, во рту пересохло.

– Не веди себя так, будто я не считаю это смешным лишь из-за собственной усталости. Я не считаю это смешным, потому что для меня нет ничего забавного в том, что ты, возможно, умрешь, тем более что это моя вина.

Ее голос дрогнул на последнем слове, и она почувствовала, как слезы защипали ей глаза.

Пожалуйста, только не расплакаться перед ним, не расплакаться перед ним, не расплакаться перед ним…

Но было слишком поздно, и он издал сочувственный вздох, когда снова потянулся к ней.

Отступив назад, Виви подняла руки.

– Нет. Я… ладно, не в порядке, но я просто…

Она посмотрела на него и в сердцах произнесла слова, слова, которые так сильно ее пугали.

– Что, если мы не сможем это исправить, Рис?

– А что, если сможем?

Он снова потянулся к ней, и на этот раз Виви уступила, позволила ему обнять себя, положила голову ему на плечо, закрыла глаза и почувствовала, как ее сердце упало куда-то к югу от пупка. Это был Рис.

Вот каким он был. И ей нравился его жизнерадостный оптимизм, вера, что все пойдет по его плану, потому что, честно говоря, так было всегда.

Он всегда будет таким.

И он всегда будет разбивать ей сердце. Он не хотел бы, он определенно не хотел бы, но этого не миновать.

И кто знал, что тогда произойдет? Виви не хотела, чтобы так все вышло, но оно вышло, и все потому, что она слишком сильно любила его, испытывала к нему слишком много сильных чувств. И, может быть, женщина, в жилах которой не течет колдовство, могла бы рискнуть пойти на такое, но Виви не могла.

Только не снова.

С трудом сглотнув, она отстранилась.

– Я собираюсь вернуться к Элейн сегодня вечером, – заявила она, и он нахмурился.

– Вивьен.

– Увидимся завтра, – сказала она, заставив себя улыбнуться, даже когда вытирала слезы ладонью. – И ты прав, мы все исправим, и все будет хорошо, и на этот раз ты сможешь вернуться в Уэльс, не получив с моей стороны звание ублюдка.

Он и тогда не улыбнулся, но кивнул и отпустил ее.

– Я могу отвезти тебя обратно, – предложил он, засунув руки в карманы, серьезно глядя на нее.