Чтение онлайн

Голос Нат был мягким и добрым, он словно обволакивал и успокаивал Раду. Кто она? Темная? Не похоже. Обычный человек, вот это вполне могло быть, многие обычные работали у темных, это было обычным делом. Рада с трудом поднялась с кровати, все тело затекло, словно она неделю лежала в одном положении. Встать ей не удалось, голова кружилась, и была слабость, ноги не держали.

— Тише, тише. Для начала тебе нужно поесть. Ты долго спала. Давай я тебя покормлю.

— Сколько я спала?

— Две недели как. Спала как убитая. Я и говорю, что думала, что померла ты…

— Две недели, — повторила Рада. — А девочка? Катя, Кэт? Что с ней?

— Катя! Так старый козел велел отвезти ее домой, к ней домой. Хорошая девочка, только грустила по дому сильно, по папе с мамой, плакала все время. Аж сердце разрывалось смотреть на все это!

— Отвезти?

— Ну да. Он говорил, что ты спросишь про Кэт, и велел отдать тебе это.

Женщина протянула телефон.

«Алекс, нужно позвонить Алексу и спросить про Катю». Набрав номер по памяти, Рада замерла, слушая гудки, затем в трубке что-то щелкнуло:

— Алло.

— Алекс? Господи, Алекс, это я, Рада.

— Рада, где ты? Это правда ты?

— Да, со мной все хорошо, не беспокойся. Как Кэт?

— Она дома. Две недели назад приехала домой. Рада, спасибо, спасибо тебе за дочь. Тебя Данислав нашел?

— Дан? Нет. Я не могу сказать, где я. Но у меня все хорошо, не беспокойся. Главное, что Катя цела и невредима.

— Рада, чем я могу помочь?

— Ничем, Алекс. Береги Кэт и свою семью. Прощай!

Слезы струились по щекам женщины, грудь сжимало от боли. Она нажала значок отбоя звонка и отбросила телефон на кровать.

Как бы ей хотелось быть рядом с другом, обнять его и забыться. Забыть всю боль, забыть Дана, Александра, забыть все! Но она дала обещание, и Александр свою часть исполнил. Теперь ее очередь, и она должна стать темной!

— Давай я покормлю тебя. Не нужно плакать, ведь девочка дома, с родителями. Это хорошо, — хлопотала вокруг нее Нат. Она подложила подушки ей за спину, чтобы можно было облокотиться на них и сесть на кровати, накрыла грудь полотенцем и поставила поднос с тарелкой ароматного куриного бульона. В животе у Рады закрутило, рот наполнился слюной. Все-таки есть она хотела. Нат подносила бульон ложку за ложкой, а Рада послушно открывала рот.

Комната начала приобретать очертания, в голове исчез гул, головокружение также прекратилось. Уже можно было рассмотреть окружающие предметы и мебель, комната явно была мужской — слишком все было аскетично. Преобладание темных цветов в интерьере было вполне ожидаемым, ведь она в доме темного.

Единственное, что было необычным, — это огромное окно. Оно наполняло комнату светом, благодаря чему все выглядело не так мрачно и уныло. Неужели Александр отдал ей свою комнату?

Оглядевшись по сторонам, она заметила фото на тумбочке у кровати и попыталась сфокусировать взгляд на силуэтах.

Женщина заметила, куда смотрела Рада:

— Это комната сына Александра. А это, — женщина взяла с тумбочки фото и протянула Раде, — он со своим сыном. Одна из немногих совместных фотографий отца и сына.

Рада уставилась на фото, с которой на нее смотрел улыбающийся Александр, обнимая за плечи своего сына. Рядом стоял такой же улыбающийся Дан.

Уже две недели Дан пытался попасть к отцу, но тот просто заперся и не желал видеть сына, он не отвечал на звонки, игнорировал его дома. Дан злился, детский сад какой-то! А время, драгоценное время для спасения Рады попросту уходило.

Через пару дней безрезультатной осады отца Дану позвонил Алекс, сообщив, что его дочь вернулась. Значит, Рада нашла способ спасти девочку, только это совсем не обрадовало мужчину, скорее наоборот, холодный пот прошибал от мыслей, что могло приключиться.

Дома жена устраивала Дану форменный допрос о причинах его частых отлучек из семьи. Что на них на всех нашло? Все словно сговорились строить ему препятствия в поисках Рады. Неужели это тоже проделки отца?

— Ты в конце концов поговоришь со мной или будешь продолжать бегать, как трусливый мальчишка? — взревел Дан, пинком открывая двери в кабинет отца. Две недели осады, и вдруг чудным образом ему удается посетить отчий дом.

Александр сидел на диване и смотрел на разъяренного сына. Его поза была расслаблена, а улыбка на лице не сулила ничего хорошего. Он выглядел победителем.

— У тебя что-то стряслось, сын? — спокойным тоном произнес мужчина, перебирая перстни на пальцах.

— Где Рада? И не вздумай говорить, что…

— Она у меня. Гостья. Самая драгоценная и важная гостья, — Александр продолжал улыбаться и играть с украшениями.

— Что ты задумал? — Дан потирал кулаки, сдерживая свой порыв врезать отцу.

— А то ты не знаешь? У девчонки проклятый дар! Понимаешь, что это для нас значит? — Александр соскочил с дивана и быстрыми шагами направился к бару, доставая оттуда стакан и бутылку рома. Не предлагая сыну, мужчина открыл бутылку и наполнил стакан ароматной темной жидкостью. Бросив в стакан пару кубиков льда, закрутил крышку и убрал бутылку обратно.

— У нас с ней уговор. Я возвращаю девчонку ее другу, а она открывает для меня порталы, — произнес отец, отпивая из стакана.

— Откуда ты узнал про ее дар?

Александр засмеялся.

— Сын, не думал я, что ты так глуп. Я знал, точнее, догадывался об этом уже давно. Мне всего-то нужны были время и пара прицельных ударов, чтобы сделать ее дар более ценным, более насыщенным, а сердце — более разбитым.

Дан посмотрел на отца и вдруг понял…

— Моя свадьба!

Александр поднес стакан к губам и кивнул:

— Разбитое сердце неземной — шанс для такого дара напитаться болью и силой и стать более совершенным!

— Как? Почему? Ведь я же твой сын!

— Данислав, ты мой сын, ты моя гордость! Но я никогда не позволю своему отпрыску жить с неземными. Трахать — трахай, но не свадьба. А ты готов был предать отца ради этой неземной! Я не слепой! Не нужно меня недооценивать, — мужчина с каждым словом повышал голос, наступая на сына.

— Ну конечно, твоя одержимость чистотой темных! Она не позволила тебе, чтобы сын был счастлив!

— Признаю, я опаивал и тебя, и твою жену, которой к тому же еще и приплатил для достижения цели.

Дан отвернулся, положил ладони на макушку и провел ими по голове, словно скидывая с головы все, что услышал. Зарычав от бессилия, мужчина сел на диван.