Проклятый долг
Шрифт:
— Вот как, — задумчиво протянул я. Значит, Дарз был аристократом? Почему же он жил в Суо, в бедности, хотя мог попросить родных о помощи. Если те обосновались здесь, в Драхме, то наверняка обладают определенным состоянием. Или же мой отец рассорился с родными?
— Что насчет моих настоящих родителей? — неожиданно спросил я. Мастер закашлялся, удивленно взглянул мне в глаза.
— Почему ты спросил только сейчас? Прошло уже много лет…
— Потому что раньше это не являлось важным. Сейчас же я хочу знать: кто я и кем были мои родители. Если мой дар унаследован от них, то имена скажут гораздо больше, чем годы поисков.
Мастер качнул головой.
— Ты и впрямь вырос, Альберт. Я ошибся, когда сказал, что ты не смыслишь в Мастерстве. Уже тогда ты был на пороге. Оставалось лишь сделать шаг.
— Я все еще там. И шаг пока не сделан, — улыбнулся я. Доминик рассмеялся.
— Ты ошибаешься. Кто понимает твою душу лучше меня, мальчик? Я вижу, что ты уже принял свою судьбу, хоть и не смирился с ней. Мне жаль, что такое случилось с тобой, поверь. Быть Мастером — величайшая ответственность. Поэтому я поведаю тебе все, что знаю, о твоих усопших родителях.
Я благодарно склонил голову.
— Как ты помнишь, их повесили. Однако я никогда не говорил тебе, по какой причине. Король велел отправить твоих родных на виселицу за государственную измену.
— Что? — вырвалось у меня. Измена? Но почему? Раз их обвинили в преступлении, почему тогда меня оставили в покое?
— Твой отец, Карл де Ольван, был повинен в покушении на жизнь Его Величества. Это была запутанная и темная история, что-то, связанное с жертвоприношением. Твой отец был магом, и одним из Круга Мастеров. Сильнейший из всех, кого я знал. Твоя мать не была замешана в этом, но поклялась отомстить, поэтому ее насильно осудили на повешение. Мне с большим трудом удалось убедить короля пощадить тебя. Ты один из немногих выживших де Ольван. Многих убили, кто-то сошел с ума. Насколько я знаю, сейчас род возглавляет твой дядя, Винсент. Я уже назначил вам встречу на завтрашний полдень.
— Вы знали о том, что я захочу поговорить о родителях? — удивился я. Рассказ о преступлении отца больно ранил, заставил сердце сжаться. Однако то, что мой род жив, вселило надежду.
— Подозревал. В любом случае, я собирался тебе рассказать эту историю, — мягко улыбнулся Мастер. — Ты уже достаточно взрослый, чтобы принять решение.
— Какое же? Мстить королю? Думаю, это было бы довольно глупо с моей стороны. Если мой отец совершил преступление, он должен быть наказан, верно? Но я должен узнать, чего он добивался. У него ведь было все. Титул, власть, уважение. Почему он так поступил — и поставил под удар семью?
— Я не знаю. Мой брат всегда поступал так, как ему вздумается.
— Ваш брат…выходит, мы с вами родня? — бесцветным голосом произнес я. Столько лет он скрывал это…зачем?
— Дальние. Моя матушка была троюродной тетей твоего отца. Но мы все же были с ним дружны. Он делился со мной своими мыслями, даже накануне того ужасного события все было спокойно…Не понимаю.
— Что ж, — я поднялся. — Будем надеяться, дядя Винсент прольет свет на его поступок. К тому же, мне еще нужно встретиться с Ар-Нисо.
— Не забудь про ее светлость Имиану, — хитро подмигнул Доминик. — Миледи еще вчера прибыла в столицу.
— Вот как, — хмыкнул я. — Буду иметь в виду. Спасибо за то, что сказали правду, дядя.
Мастер вздохнул.
— Что бы ни случилось, Альберт, знай: я всегда желал тебе лишь добра. Помни об этом.
— Обязательно, — пообещал я, направляясь к выходу.
— Завтра утром тебя ждет встреча с Кругом, — нагнал меня голос Мастера. — Это лишь формальность, на самом деле мы все следили за твоими успехами, но правила есть правила.
— Как пожелаете, — выдохнул я и покинул кабинет. На душе царило спокойствие. То, что я узнал, должно было смутить меня и расстроить, но это не так. Прошлое осталось в прошлом. Моя цель — узнать правду и понять, почему отец так поступил. Остальное — неважно.
Спустившись на второй этаж, я остановился перед дверью своей комнаты. Нерешительно потянул за ручку. Заперто.
Точно! Я ведь оставил ключ у Гладиуса, когда покидал обитель. Надо бы найти его, иначе не смогу попасть в комнату.
Повернувшись к лестнице, я наткнулся на незнакомого парня моего возраста. Высокий, с темными волосами и ярко-золотистыми глазами. Плечистый, довольно крепкий. Лишь спустя какое-то время я понял, что это Гладиус.
— С возвращением, Альберт! — он улыбнулся и протянул мне ключ. — Я сохранил его для тебя.
— Спасибо, Глад, — искренне поблагодарил я. — Как поживаешь?
— Неплохо. Скоро предстоит экзамен на первую ступень Мастерства. На улице такая чудесная погода, а я вынужден просиживать все время за книгами. А ты, вижу не терял времени даром, Мастер?
В его голосе слышались нотки зависти, а глаза смотрели на меня с печалью.
— Мне еще далеко до Мастера, поверь. Все, чего я добился за прошедший год — это ранг Мастера меча. Но это было необходимо, в наше время нужно уметь сражаться. На дорогах полно разбойников.
— Значит, тебе уже доводилось убивать? — полюбопытствовал он. Я нехотя кивнул.
— Не сказать, чтобы мне это нравилось. Но иногда нет иного выхода, кроме как принять бой и…забрать чью-то жизнь, чтобы жить самому. Чтобы что-то сохранить, нужно от чего-то отказаться…
Теперь я осознал те слова, которые произнес Доминик. Действительно, все довольно просто, но, вместе с тем, невероятно сложно. Почему мы вынуждены лишать себя радости ради горя? Жизнь слишком жестока к тем, кто старается поступать по совести.
Глад шумно вздохнул и тряхнул головой.
— Прости, ты наверняка устал с дороги, а я сразу напал на тебя с расспросами. Отдыхай! Еще увидимся.
Он махнул рукой и направился вниз по лестнице. Я глядел вслед этому странному парню, не зная, что и думать.
Где-то в глубине души я чувствовал, что Гладиус изменился. Та моя часть, что изменилась после превращения в дракона, откуда-то знала, что парню недолго осталось ходить в учениках.
Он уже стоял на пороге. Еще шаг — и Глад станет Мастером.
Оказавшись в своей комнате, я рухнул на кровать и задумался.
Как странно, раньше я считал Мастеров кем-то вроде недосягаемых божеств, которым следует подчиняться и не задавать лишних вопросов. Теперь же вокруг меня слишком много тех, кто поступает мудро и может считаться одним из них. Неужели так было всегда? Но ведь учитель говорил, что Мастеров мало. Может быть, все дело во мне? Я им всем зачем-то нужен?