Чтение онлайн

Вот только в этот раз, охрана, не стала задавать лишних вопросов, и, видимо исполняя приказ хозяина, сразу же открыла стрельбу на поражение. Охранники были те же самые, что и в прошлый раз, поэтому легко опознали меня еще на дальних подступах. Эх, жалко, что байкеры, по крайней мере, некоторые из них, не носят мотоциклетных шлемов! Шлем скрыл бы мое лицо и тогда я хотя бы до ворот спокойно доехал.

Я в долгу не остался и, вытащив свой ствол из-за пояса, начал палить по ним в ответ. Увы, как оказалось, стрельба с мотоцикла на полном ходу не самое простое дело, особенно для того, кто и пистолет-то держит в руках всего второй раз в жизни. Так что, ничего удивительного в том, что я промазал. Да еще и в придачу ко всему, поскольку руль приходилось теперь держать одной рукой, я не справился с управлением, мотоцикл занесло, и он завалился на бок, после чего мой стальной конь, выскользнув из-под моих ног, с диким скрежетом полетел вперед уже без моего участия. Застыв аккурат перед охранниками, которых, надо отдать им должное, это нисколько не впечатлило.

Они торопливо перезаряжались, готовясь вновь осыпать меня градом пуль. И надо сказать, учитывая, что расстояние между нами теперь сильно сократилось, по крайней мере, часть из этих пуль вполне могла достичь своей цели.

Мне следовало бы вскочить и либо удирать, либо, напротив, как можно быстрее бежать вперед, чтобы вырубить их, пока они еще не перезарядились. Я же не сделал ни того, ни другого. Вместо этого, я поднял свой пистолет и выстрелил один единственный раз — попав прямиком в бензобак мотоцикла. Раздался громкий взрыв, и две фигурки, объятые пламенем, заметались в разные стороны — пришлось потратить еще два патрона, чтобы прекратить их мучения.

Вот только кованые ворота, которые защищали павшие охранники, все еще были заперты. Можно было бы, конечно, используя мою вновь обретенную силу, просто сломать их. Но я поступил проще — разбежался, да и перемахнул через них, приземлившись уже с той стороны.

На аккуратно подстриженной, украшенной клумбами с цветами и декоративными, подстриженными кустами, лужайке перед домом вроде бы никого и не было. Но обольщаться не стоило — я чувствовал потоки чужого гнева и страха. К сожалению, мои сверхъестественные способности не подсказывали, сколько же противников на самом деле ждет меня в засаде. Но могу сказать совершенно точно, что не один. По всей видимости, мои враги видели по камерам наружного наблюдения то, что только что произошло с их товарищами и теплых чувств ко мне им это явно не прибавило.

Тем не менее, делать было нечего — я взялся за медную, стилизованную под старину ручку и спокойно вошел через парадную дверь. Впервые, кстати. Ведь во время моего первого визита в этот дом мы шли через гараж, то есть через черный ход, а покидал я это гостеприимное место вообще в бессознательном состоянии, так что гостиную я видел в первый раз. Ну что сказать — все та же роскошь, роскошь и еще раз роскошь. Мраморные полы, псевдоколонны, бюсты, изображающие великих и витая лестница с мраморными ступеньками, ведущая на второй этаж. Куда мне, как я думал, собственно и было нужно.

Я не торопясь сделал шаг, затем другой, по направлению к этой лестнице, одновременно чувствуя, как усиливаются потоки гнева и ненависти — мои враги, сами того не зная, во-первых, выдавали свое присутствие. А во-вторых, подпитывали меня своей силой.

Затем я, делая третий шаг и все так же продолжая смотреть лишь на лестницу, молниеносно поднял руку с пистолетом и выстрелил в одну из колонн. Раздался сдавленный крик и из-за колонны, заливая мраморный пол собственной кровью, рухнул человек, сжимающий короткоствольный автомат в руке. Будь колонна не имитацией, а действительно выполнена из мрамора, пистолетная пуля ее вряд ли бы пробила, а так…

Впрочем, долго наслаждаться моей победой мне не дали — поняв, что их засада провалилась, мои враги с яростными криками и руганью обрушились на меня со всех сторон.

Четверо, двое из них в бронежилетах, наспех одетых поверх одежды, и все как один с автоматами. Время как будто замирает, их рты раскрыты в безумном крике, пальцы судорожно нажимают на курки и поток смертельного свинца летит в мою сторону. Наконец-то их обоймы пустеют и оружие начинает издавать сухие, щелкающие звуки.

— Где он?! — кричит один из них изумленно рассматривая стену, всю изрешеченную их пулями. — Куда он делся?! — опять спрашивает он и добавляет грязное ругательство.

Дело в том, что моего тела, лежащего рядом с этой самой стеной они к их удивлению и неудовольствию, почему-то не обнаруживают.

— Здесь! — просто отвечаю я из-за их спин, выхватываю свой ствол и четыре раза подряд спускаю курок. Помня про бронежилеты, целюсь в голову — с такого расстояние сложно промахнуться. И вот передо мной лежат уже четыре мертвых тела, едва ли успевших понять, что же их убило.

Дальше я стремительно вбежал по лестнице — передо мной несколько дверей, в том числе и дверь, которая, как я помнил, вела в кабинет хозяина. Я уже взялся было за дверную ручку, как меня охватило какое-то странное чувство. Знаете, как это бывает, когда вам кто-то смотрит в спину или вы смотрите кому-то в спину, и человек вдруг каким-то непонятным, непостижимым образом понимает это?

Я на мгновение заколебался, а затем поднял пистолет и выстрелил прямо через дверь. Пуля прошла ее насквозь и с той стороны раздался чей-то сдавленный крик и звук падающего тела. После чего, я пинком ноги распахнул дверь — так и есть, в нескольких шагах перед дверью лежал мертвый охранник и заливал пол своей кровью. Медвежью шкуру уже успели убрать. Человек, сидевший в кресле хозяина, испуганно сжался в комочек, словно стараясь стать как можно незаметнее.

— Только не убивай меня! — взвизгнула Аннабель Чейз, испуганно переводящая взгляд то на меня, то на лежащее на полу тело. — Пожалуйста, очень тебя прошу!

— Не убивай меня, пожалуйста! — повторяет она еще раз, умоляющим голосом. На ней серый деловой костюм, серые же брюки, волосы аккуратно уложены. На лице минимум косметики, но выглядит оно при этом чистым и свежим. Против своей воли я подмечаю, как же она все-таки красива!

— Что вы… что ты здесь делаешь? — пожалуй, обращаться к человеку на вы, тыча в него при этом пистолетом, это уже излишняя вежливость — подобная обстановка все-таки создает некую интимность. Впрочем, пистолет я тоже тут же опускаю дулом вниз. Опускаю, но не убираю совсем. Мало ли что!

— Я… я привезла Дариусу бумаги, по клубу, — торопливо ответила она. — Я каждый месяц готовлю для него отчет о состоянии дел — расходы, доходы… Все такое, — и как бы в подтверждении своих слов она взяла со стола кипу каких-то бумаг и помахала ими в воздухе.

— Кстати, а ты-то что здесь делаешь? — кажется, она начала понемногу приходить в себя, оправляясь от первоначального шока. — Да, еще в таком виде?! И это стрельба! Ты ведь убил его! Зачем? Я-то думала, что на нас напали какие-нибудь бандиты! — немного сбивчиво выпалила она и замолчала, ожидая моего ответа.

— То есть, ты хочешь сказать, что ты и не в курсе дел Дариуса? — недоверчиво спросил я, пока что игнорируя ее вопросы.

— Каких дел? — не поняла она. — По клубу? В курсе, конечно — я же тебе только что сказала, что я сегодня привезла ему очередной отчет. Дела идут хорошо, прибыль выросла на двадцать процентов…

— Да нет, не этих дел! — нетерпеливо отмахнулся я и поведал ей свою историю. Точнее ее краткую версию, опуская кое-какие сверхъестественные, мистические моменты. В процессе рассказа она охала, ахала, всячески выражала изумление, удивление, ужас и сочувствие.