Чтение онлайн

— Если твоей цели нет, почему ты все еще там? — поинтересовалась она.

— Бомжи устроили пьянку поблизости с моей позицией, — объяснил киллер. — Не могу пока уйти. Между прочим, вместо одного заказа я мог бы мог начать выполнять другой.

«Господи, он что, мысли читает?!» — изумилась Ольга.

— Скажи мне, если они переберутся в спальню, — из последних сил пытаясь сохранить рассудок, распорядилась она.

Ольга упала в кресло и в изнеможении закрыла глаза. Ее обуревали страсти. Это не была ревность, — любовь к Алексею давно умерла. Это была кипучая, злая ненависть, и даже не к мужу, а к Ирине. Ведь они помирились, договорились забыть прошлое, а она!.. Сука, шлюха, тварь! Ты сама заслуживаешь смерти, но гораздо страшнее тебе будет увидеть, как на твоих глазах сдохнет твой кобель!

Ольга не пила уже полгода, но тут не выдержала, хлебнула коньяку, но стало еще хуже. Мысли и эмоции начали вырываться из-под контроля и со стуком вагонных колес уноситься вдаль. У Ольги уже давно всегда наготове были пилюли, которые, вроде бы, должны были предотвратить развитие приступа. Она уже хотела выпить одну, но тут позвонил Шер-Хан.

— Они в спальне, — сказал он. — Тебе нужны подробности?

— Да, — мертвым голосом ответила Ольга, судорожно стискивая трубку.

— Они трахаются, — спокойно прокомментировал Шер-Хан. — Он лежит, баба скачет на нем. Ты тоже так любишь.

Вагоны в голове Ольги понеслись с бешенной скоростью. «Убей его, убей его!» — бешено грохотали по стрелкам вагонные колеса. И — все. Вагоны начали догонять друг друга, натыкаться, вздымаясь, сходить с рельс, валиться под откос.

— Убей его!!! — закричала в трубку Ольга.

Или она произнесла эти слова тихо? Она не помнила. Потому, что о том, что она сказала это, ее поставил в известность Шер-Хан, когда минут через пять Ольга пришла в себя. Как и о том, что ее муж мертв. От содеянного Ольгу сначала охватил ужас. Но потом она подумала, что так фантастически обстоятельства могли сойтись только по «распоряжению свыше», и немного упокоилась. К тому же, предаваться отчаянию просто не было времени, нужно было думать, что делать дальше. Тем более, что Шер-Хан спрашивал о том же.

Но Ольга в первую очередь поинтересовалась, что с Ириной. Узнав, что тот увиденного та сразу лишилась чувств, она решительно скомандовала:

— Звони Дерябину!

Ольга рассудила, что Дерябин, как истинно деловой человек, сначала будет думать о том, как разгрести последствия неожиданно случившегося, а уж потом обо всем остальном. А там придет и его черед, потому то теперь Ольга вынуждена пойти до конца.

Она рассчитала верно. Вскоре Шер-Хан позвонил и сказал, что, оказывается, у Куницына в кейсе, с которым он не расставался, было с собой полмиллиона долларов. Шер-Хан получил команду вернуть эти деньги любой ценой, тогда у Дерябина не будет к нему никаких претензий по поводу смерти племянника. Конечно, Шер-Хан мог бы попытаться под видом милиции вломиться в квартиру, оглушить Ирину и забрать кейс, но из-за чертовых бомжей он до сих пор не может даже дернуться с места. Видимо, придется застрелить ее сейчас, пока она не очухалась и не вызвала ментов, а потом пытаться взломать дверь. Ольга понимала, что деньги фальшивые, предназначались для вывоза в Таджикистан и Дерябин не остановится ни перед чем, чтобы не отдать их в руки ментов. Но смерти подруги Ольга не хотела.

— Не убивай ее! — взмолилась она. — Я постараюсь сделать, чтобы Ирина сама отдала деньги.

— Поздно, — чертыхнулся Шер-Хан, — Она очухалась и звонит кому-то по мобильному. Сейчас я сниму ее.

— Стой! — закричала Ольга. — Ты видишь, как она набирает номер? Сколько цифр она набрала?

— Много, шесть или семь, — ответил Шер-Хан. — Обычный московский номер.

— Не вздумай стрелять, она звонит не в милицию, — облегченно сказала Ольга. — Номер милиции — ноль два.

И по наитию, которое приходит только в экстремальных ситуациях, Ольга набрала домашний телефон Ирины.

— Алё, — после десятка гудков все же ответила Ирина, и Ольге показалось, что она слышит, как стучат у подруги зубы.

— Привет, это я, — сказала Ольга, испытывая странное удовольствие от того, что знает, что при звуках ее голоса сейчас испытывает подруга. — Разбудила? А я вот не могу уснуть. Представляешь, Алексея нет, где он, никто не знает. У него с собой была крупная сумма денег, компаньоны разыскиваю его по всей Москве. Ты не могла бы спросить у Федора, не знает ли он, куда мог закатиться его шеф?

Ольга снова рассчитала верно. Ирина не выдержала, зарыдала и, умоляя простить ее, вывалила Ольге все.

— Надо спасти деньги, — холодно остановила поток Ирининых соплей Ольга. — Ты уже звонила в милицию? Когда они приедут?

Выяснилось, что Ирина звонила не ментам, а мужу. Ольга облегченно вздохнула и командным тоном приказала, чтобы Ольга отдала кейс Алексея тому, кто скоро позвонит в дверь. Ирина не возражала, — она была согласна на все. Вот только Шер-Хан так все еще и не мог двинуться с места. А Федор приехал раньше, чем Ольга ожидала.

Федор нашел деньги и увез их с собой. Ольга была в отчаянии, но ее работающий, как компьютер, мозг подсказал, что эту ситуацию можно обернуть в свою пользу. Что этими деньгами можно расплатиться с Шер-Ханом, — ведь он сразу уехал бы, а в его Курдистане никто бы даже не заподозрил, что доллары фальшивые. Ольга придумала, что для того, чтобы честный Федор не отдал деньги Дерябину, надо… похитить Ирину. Разумеется, фиктивно. Она приказала Шер-Хану позвонить своему шефу, рассказать об изменении в обстановке и предложить использовать похищение жены Федора в качестве гарантии, если бы он решил присвоить деньги. Дерябин согласился. Ольга перезвонила Ирине, и предложила стать жертвой похищения. За это Ольга обещала прислать человека, который «наведет порядок» в квартире, и вывезет труп. Ирина, чудовищно боявшаяся объяснений с милицией, не колеблясь, согласилась. Бомжи, наконец, закончили свой банкет, и Шер-Хан смог покинуть свою позицию и прийти в квартиру. Вдвоем они все прибрали, а самой глухой ночью, в три часа, вынесли тело Алексея и погрузили его в Геландеваген. Потом они выбросили труп в арбатских переулках, и Шер-Хан отвез Ирину в загородный дом Куницыных на Рублевке. Там Ольга предложила Шер-Хану забрать свой гонорар из денег, которые были в кейсе Алексея. Тот сказал, что поскольку с этими деньгами возникли сложности и вообще неизвестно, когда он их получит, будет справедливо, если его гонорар будет увеличен до четырехсот тысяч. Ольга, разумеется, согласилась. Шер-Хан должен был позвонить с требованием выкупа за Ирину еще с утра, но Дерябин держал его неотлучно при себе. Время, чтобы прокрутить Федору записанную еще накануне ночью репризу с Ириниными криками, нашлось только непосредственно перед его последней встречей с Дерябиным.

Узнав, что деньги фальшивые, Шер-Хан рассвирепел и, вернувшись в загородный дом, отхлестал Ольгу по лицу. Потом он запер Ирину в неотапливаемом гараже, сказав, что теперь она настоящая заложница, и что если Федор не привезет деньги, она умрет. Именно тогда Ольга решила, что убьет Шер-Хана, но не допустит смерти подруги. Благо, киллер не удосужился проверить кейс Алексея, когда передавал его вдове. Остальное все Федор знает сам.

Ольга замолчала. В пепельнице возвышалась гора окурков, бутылка была почти пуста. Но, странно, Федор не чувствовал никаких признаков опьянения, наоборот — голова была ясная-ясная. И очень холодная.

— Могу я задать вам один вопрос? — спросил Федор, разливая в рюмки остатки водки.

— Конечно! — дернула бровями Ольга, снова закуривая. — Любой, даже самый нескромный.

— О, нет, ничего такого! — засмеялся Федор. — На какую цифру начинается номер вашего мобильного?

— На двойку, — ответила Ольга, выпуская дым. — У меня прямой номер. А что?

— Значит, она звонила вам на мобильный, — словно про себя пробормотал Федор. — Что ж, все сходится.

— Что вы имеете в виду, Федор? — нахмурилась Ольга. — Что сходится?

— Все сходится, — еще раз улыбнулся Федор. — У меня. А вот у вас — нет. Дело в том, Оля, что в вашем рассказе есть несколько моментов, которые никак не стыкуются с действительностью. Хотите послушать?

— Разумеется, — прищурилась Ольга.

— Одну секунду, — извинился Федор. — Только проверю Ирину.

Жена мирно спала в ванной. Вода была в меру горячая, ее уровень не грозил Ирине захлебнуться, и Федор вернулся в комнату.

— О том, что Ирина на самом деле не была заложницей, я понял еще там, на пустыре, — не садясь, начал он. — Ее ухо пахло шампунем. Слишком сильно, чтобы предположить, что это — еще с дома. К тому же запах был не ее. Зная, какая она чистюля, само по себе неудивительно, что в чужом месте она решила помыться. Только вот чрезвычайно маловероятно, чтобы зверюга-похититель, забравший женщину из квартиры в одном исподнем, предоставил ей в месте содержания, вернее — заточения, ванну и дорогой шампунь. Потом в бардачке Геландевагена я нашел странную вещь — шерстяные носки. Причем это были старые, рваные домашние Иринины носки. Само по себе это ни о чем, вроде, не говорит, но, опять-таки, странно. Сейчас, после вашего рассказа, эти странности прояснились, но вот некоторые другие — нет. Более того, появились новые.