Чтение онлайн

Ярыгин согласно кивнул и спрятал фотографию Майера.

Она торопливо стерла мокрой тряпкой надпись с зеркала. И закричала:

— Катись, катись отсюда! Пьянь! Во обнаглели! Сегодня же заявлю администратору: не починит замок на двери — уволюсь.

Ярыгин, подмигнув певице, словно ошпаренный вылетел из гримуборной и чуть не сшиб с ног прислушивавшегося за дверью капитана.

Цвях, притворяясь пьяным, отшатнулся к противоположной стене и, ухмыляясь, попытался схватить за руку проходившую мимо акробатку. Акробатка, даже не сделав попытки возмутиться, ловко вывернулась и убежала на сцену.

— Во зверь-баба! — обиженно пожаловался Цвяху Ярыгин. — Еще секунда, и не было бы либо головы, либо табуретки.

Ярыгин подмигнул Цвяху и вернулся в зал ресторана.

— Все в порядке! — сообщил он другу.

— Согласна? — поинтересовался Оболенцев. — За тобой капитан помчался.

— Нормально! — рассмеялся Ярыгин. — Я опрометью вылетел несолоно хлебавши от певички, а капитан получил афронт от акробатки. Так что мы с ним товарищи по несчастью.

Оболенцев тоже рассмеялся:

— Вон твой «товарищ по несчастью» топает.

Цвях, «переживая» фиаско по любовной части, тоже уселся на место, сконфуженно качая головой.

Ярыгин разлил остатки вина по бокалам.

— Давай за удачу! Я чувствую, что она нам светит.

— Если бы еще грела! — пошутил Оболенцев и поднял бокал.

— Елавное, чтоб не нагрела! — хмыкнул Ярыгин. — У меня в два часа свидание.

— С Натальей? — удивился Оболенцев. — Как бы нам от этого хмыря избавиться?

— Ты его возьмешь на себя! — глядя по сторонам предложил Ярыгин. — А я тихо выйду в туалет, а после на свидание.

— В облегченном виде? — засмеялся Оболенцев.

— Не помешает!

Ярыгин залпом выпил вино и доел остатки салата с хлебом.

— Порции, однако, здесь дают не богатырские! — пожаловался он другу.

— Да, явно не американские! — пожалел его Оболенцев. — Там одним салатом можно наесться вдвоем, а бифштекс натуральный — во всю тарелку, у нас такой на четверых делят.

— «Не нужен мне берег турецкий, и Африка мне не нужна!» — пропел Ярыгин, так что с соседних столиков на него оглянулись.

— Не буянь! — усмехнулся Оболенцев. — По-моему, тебе действительно пора в туалет!

— Почему? — стал изображать из себя обиженного Ярыгин.

— А ты перед этим всегда петь начинаешь.

— Считаешь, время?

— Время! — утвердительно кивнул головой Оболенцев.

Ярыгин поднялся из-за стола и отправился в сторону туалета.

Цвях растерялся. Его насторожило, что Оболенцев никуда не уходит.

«Может, у него свидание с кем-нибудь? — мелькнула у капитана шальная мысль. — Опер пошел отливать, это ясно, как божий день, а этот все сидит. Посижу и я, может, чего-нибудь высижу».

И он остался «пасти» Оболенцева.

В туалете Ярыгин вляпался в очередную историю: на полу сверкающего чистотой и никелем помещения, на которое, в отличие от гримуборных артистов, были затрачены немалые деньги, распластался плешивый очкарик, а над ним склонился длиннорукий верзила, торопливо шаря в его карманах. Ярыгин сразу же заметил следы крови на белом кафеле стены.

Верзила с бумажником очкарика выпрямился и собрался покинуть туалет. Однако, увидев Ярыгина, на секунду растерялся.

Этого оказалось достаточно для того, чтобы тот ударом ноги в пах заставил верзилу согнуться пополам. Следующим ударом Ярыгин отправил бандита под умывальник в бессознательном состоянии.

Сделав спокойно то, ради чего, собственно, он сюда и пришел, Ярыгин осторожно выглянул из туалета и, не заметив поблизости Цвяха, отправился в сторону выхода.

Возле гостиницы два молодых милиционера разбирались с пьяным юнцом.

— Ребята! — обратился он к ним. — Наркоманы пошли в туалет колоться! Возьмете, благодарность в деле обеспечена!

Милиционеры опрометью бросились в туалет, а обрадованный юнец срочно ретировался с места разборки…

Площадь, на которой находился почтамт, освещалась тускло. Почтамт был закрыт. За его широкими окнами горели ночные лампочки.

Ярыгин огляделся.

Площадь была практически пуста: ни людей, ни машин. Лишь на противоположной стороне две человеческие тени слились в любовном порыве. Но Натальи нигде не было.

Ярыгин честно подождал минут двадцать, а затем, взглянув на часы, решил, что певицу что-то задержало.

Когда он собрался уходить, увидел, как на большой скорости на площадь вылетела иномарка. Машина подлетела к Ярыгину и остановилась возле него как вкопанная. За рулем новенького «Пежо» сидела Наталья. Она открыла переднюю дверцу, и Ярыгин вскочил в машину. Так же стремительно Наталья умчалась с площади.

— Если бы не фото, ни за что не поверила, что Майер жив… — после долгой паузы задумчиво произнесла она.

— В Штатах он! — коротко пояснил ситуацию Ярыгин.

— Поняла! — хмуро ответила певица. — Вы оттуда?

Ярыгин молча протянул Наталье свое удостоверение. Она внимательно изучила его и, вздохнув, спросила:

— Что вы хотите от меня?

Ее сухой тон не свидетельствовал о готовности к сотрудничеству.

— Всего чуть-чуть! — усмехнулся Ярыгин. — Правду о развеселой жизни на «Белой даче».

— На фиг мне это нужно! — нахмурилась певица. — У меня, между прочим, муж — француз. И вообще…

— Но ты-то, — перебил ее Ярыгин, — пока «гомо советикус».

— И вы можете подпортить мне жизнь и не дать выездной визы, — хмуро продолжила она. — Знаю я вас.

— А знаешь, помоги!

Навстречу вынырнула милицейская машина, патруль на «уазике». Ярыгин, пока фары милицейского патруля не осветили машину Натальи, залег вниз, так, чтобы его нельзя было с ходу разглядеть.

— Боитесь встречи с коллегами? — усмехнулась певица.

— Для пользы дела! И для твоего же блага.

— Понятно! Может, на пляж поедем?

— Можно и на пляж!

Наталья свернула на дорогу, ведущую к пляжу, и через пять минут они, оставив машину на обочине дороги, спустились на каменистый берег. Усевшись на больших валунах, некоторое время молчали.