Чтение онлайн

Я научил их всему, что облегчает горести жизни и делает ее счастливее и радостнее…

Океаниды не находили слов, пока одна из них не молвила:

— Неужели, после всего тобою сделанного, эти муки тебя сломили? Неужто растерялся ты? Вижу, ты духом пал, как скверный врач пред собственной бедой. Не верю я, что ты не в силах найти снадобья для своего же исцеленья.

Прометей продолжил:

— Еще не так вы удивитесь, выслушав до конца, что я вам расскажу. Я людям много нового открыл. Ведь у людей когда-то не было спасенья от болезней. Они не пользовались ни травами, ни мазями, не принимали микстур. Не знали целебного питья. И гибли без лекарства до тех пор, пока я не указал им всяких болеутоляющих смесей, чтоб пресечь любой недуг.

И о гаданьях рассказал разнообразных, и о толкованье снов. Я первый объяснил, какие предсказанья сбудутся, а от каких не стоит ждать удачи. Донес до смертных смысл примет, знамений. Особенно рассказал про темные знаменья. Да и объяснил смысл дорожных примет. Растолковал людям полет когтистых птиц. Ведь им надобно знать, какие предвещают зло, какие — благо, каковы у них обычаи. Кто мирно существует, кто враждует. Рассказал, как любят птицы, как летают стаями, как распознать их по оперенью.

К тому же разъяснил, что можно есть, что нет. Какие потроха пригодны, а какие надо сжечь. Я многое им показал. Старался вразумить искусству и сумел объяснить смысл огненных знаков, им прежде непонятный. Вот как все было. А богатства, скрытые в подземных недрах, — медь, серебро и золото, кто, думаете, людям дал?

Короче говоря, запомните вы истину: все искусства — дар Прометея.

Океаниды, выслушав пламенную речь титана, конечно же, оценили его заслуги, но сейчас их волновало другое.

— О людях непомерно не пекись теперь, лучше подумай о своих бедах. Я верю, — сказала старшая из Океанид, — что настанет день — ты вырвешься из плена. И будешь так же могуч и силен, как сегодня Зевс.

— До спасенья еще долго, — ответил Прометей. — Только после тысяч мук, после тысяч пыток плен мой кончится. Любое умение — пред судьбой ничто.

Океаниды удивились:

— А кто же правит кормовым веслом судьбы?

Прометей не стал рассуждать на эту тему. Он лишь сказал, что и Зевс не уйдет от предрешенной ему судьбы. Хотя Океаниды всячески пытались выяснить, что кроме вечной власти суждено Зевсу, Прометей не ответил им, сколько они ни выспрашивали. Океаниды поняли, что это священная тайна.

Прометей предложил послушать рассказ о другом. Он точно заметил, что чем уклончивей он будет говорить, тем ему же будет лучше.

— Лишь молчанием, — сказал он, — спасусь от плена, от позора и от мук. Своими деяниями я разозлил Зевса, вот громовержец и покарал меня. Я верю, что злой рок постигнет и его! Не избежать ему своей судьбы! Я знаю, что царство Зевса не вечно. Будет он свергнут с высокого Олимпа.

Океаниды поняли, что вещий титан знает великий секрет, как избежать Зевсу злой судьбы, но он не откроет громовержцу этой тайны.

Никакая сила, никакие угрозы, никакие муки не исторгнут ее из уст гордого Прометея.

Прометей закончил свой рассказ.

С изумлением выслушали его Океаниды. Дивились они великой мудрости и несокрушимой силе духа могучего титана, осмелившегося восстать против самого Зевса.

Когда услышали они, какой судьбой грозит Зевсу Прометей, опять овладел ими ужас.

Они знали, что если эти угрозы достигнут Олимпа, то громовержец ни перед чем не остановится, лишь бы узнать роковую тайну.

Полными слез глазами смотрели на Прометея Океаниды, потрясенные мыслью о неизбежности велений сурового рока.

Глубокое молчание воцарилось на скале; его прерывал лишь неумолкающий шум моря.

Вдруг вдали раздался чуть слышный, едва уловимый стон скорби и боли.

Вот он опять донесся до скалы.

Все ближе, громче этот стон.

Гонимая огромным слепнем, вся в крови, покрытая пеной, несется в неистовом, безумном беге обращенная в корову несчастная Ио, дочь речного бога.

Истомленная, обессиленная скитаниями, истерзанная жалом беспощадного слепня, Ио остановилась перед прикованным Прометеем.

— Где я? Что это за край? Куда я попала? — удивилась она. — Кто это передо мной томится в оковах на камне?

Наконец-то Ио разглядела, что перед ней могучий титан Прометей.

— Ответь, за какую вину ты несешь наказание? Скажи, за что ты страдаешь? Объясни, куда меня, несчастную, занесло?

Громко стеная, стала Ио рассказывать, что пришлось вынести ей за время скитаний.

— Вот слепень опять в меня впился! И следует за мной по пятам! Проклятый слепень! Его и смерть не скрыла в преисподней. Он неотступно мчится за мной. Нет мне ни спасенья, ни отдыха! Хочется забыться сном, горе мне, горе!

Когда же кончатся мои мучения? Огонь, сожги меня! Земля, засыпь меня! Гады морские, сожрите мою плоть! Владыка, внемли моим словам! Я вдоволь по миру наскиталась. Где же конец этой муке великой?

Ио на секунду замолчала и посмотрела на опустившего голову Прометея. Ей показалось, что он не слышит ее.

— Слышишь ли ты, несчастный, мою речь?

Прометей открыл глаза.

— Как не услышать слов дочери Инаха? Я слышу тебя, несчастная Ио, гонимая слепнем. Мучает он тебя беспрестанно. Ведь это ты сожгла любовью сердце Зевса, за что гневная Гера, его жена, послала тебя в нескончаемые скитанья.

Ио удивилась:

— Кто открыл тебе имя моего отца? Ответь мне, откуда ты, находясь здесь, знаешь о бедах несчастной Ио?

Но ты прав, гонит меня с места на место проклятый слепень. Мучает меня его жало. Я неслась сюда вскачь. Голод изводил меня. Мстительная Гера, дыша злобой, гонит меня все дальше и дальше. Послушай, раз ты знаешь о моих страданиях, может, ты скажешь и том, что меня ждет в будущем?

Она стала просить Прометея сказать, чем и когда окончатся ее скитанья. Прометей объяснил, что ей лучше не знать об этом. Но Ио стала умолять ничего не скрывать и подробно рассказать о мучениях, которые ей предстоят.

— Что ж, — согласился Прометей. — Не откажу я тебе в этой милости.

— Так почему же ты медлишь и не говоришь мне все так, как есть? — взмолилась Ио.

Прометей тяжело вздохнул.

— Сказать не жаль мне. Но вот только огорчить тебя боюсь.

— Твои сомнения в данном случае излишни. Поторопись!