Чтение онлайн

– Господа, господа, не все сразу!

Наведя среди своих и чужих подчиненных некое подобие порядка, начальник станкостроительного производства отошел немного в сторонку. К нему тут же присоединился Луцкой, и они принялись вполголоса обсуждать свои дела, и даже шипение и треск нового «представления» не прервали их беседу. Разве что заставили спешно повернуться спиной и отойти еще на несколько шагов. Столь странное равнодушие к новинке научно-технического прогресса объяснялось сразу тремя причинами, и первой из них было то, что господин Славянов еще неделю назад устроил персональное представление для Сонина, Герта и Луцкого, причем в присутствии князя Агренева. Коему первым же делом заявил, что сам эффект сплавления металлов вольтовой дугой изобрел видный российский ученый Бенардос. А он, Славянов, всего лишь самую малость усовершенствовал технологию, вот. Услышав из уст аристократа-промышленника, что этот факт будет обязательно учтен в плане рентных выплат, Николай Гаврилович обрел полное душевное равновесие и покой, после чего самым подробнейшим образом рассказал и показал все, что только относилось к сварке. И даже провел напоследок небольшой мастер-класс, в ходе которого уговорил-таки Иммануила Викторовича попробовать себя в роли оператора «Электрогефеста». Надо сказать, пробы прошли просто невероятно успешно – всего с пятого объяснения, девятой попытки и третьего электрода начальственный ученик кое-как приварил затейливо изогнутый пруток к обрезку трубы. Коряво и криво, конечно, зато радости было!.. Дня на три непрерывных улыбок и хорошего настроения, это как минимум.

Второй причиной было то, что недели за полторы до этого хозяин фабрики самолично презентовал подчиненным два своих изобретения, называемых ацетиленовая горелка и бензиновый резак. Первое и резало и сваривало, а второе просто резало толстые плиты металла, причем с потрясающей легкостью и ОЧЕНЬ быстро. То, что при этом почувствовал Герт… Пожалуй, уместнее всего было бы сравнить это с внезапным и очень тяжелым приступом всепоглощающего счастья. Так как до сего дня получение любой заготовки больше определенных габаритов было делом многотрудным и очень, очень нескорым. Либо ее получали отливкой в тигельной печи, либо долго ковали, либо тупо высверливали по контуру, из стальной плиты немаленькой толщины и габаритов. А потом с помощью зубила и полупудовой колотушки (а также некоторого количества волшебных и при этом не очень цензурных слов) вызволяли на свободу для дальнейшей обработки. Короче, тягомотины хватало, даже с излишком. Наверное, именно поэтому никто не удивился, когда главный маньяк станкостроения на фабрике в порыве чувств едва не пустился в пляс.

Ну, и причина номер три. Подчиненные его сиятельства князя Агренева как-то незаметно для самих себя взяли да и привыкли к частому появлению новинок. Какие-то из них они разрабатывали сами, другие появлялись словно бы из воздуха, а третьи, вроде той же ацетиленовой горелки, волшебным образом превращались из всем привычного и всем известного во что-то совсем новое. Как горелка Бунзена, например: почти полвека ее использовали ювелиры и химики, дантисты и стеклодувы, и за все это время так никто и не догадался «раздуть» слабый огонек горелки в яростный факел ацетиленового резака.

– Так что, Иммануил Викторович, уж теперь-то я могу надеяться, что коленчатые валы для моих двигателей будут выделываться в достаточных количествах?

– Хм?! Надеяться, безусловно, можете, Борис Григорьевич. Конечно, ничего определенного я пока обещать не могу, но перспективы определенно радужны…

Бам-м!!!

Непроизвольно вздрогнув, собеседники одновременно развернулись и прожгли взглядами невезучего мастерового, уронившего кусок швеллера на брусчатку пола аккурат позади них. Помолчав с минуту и немного успокоившись, Луцкой жестом предложил покинуть столь неудобное для разговора место. А заодно освободить проход для мастерового, наподобие муравья сгорбившегося под тяжестью очередного куска металла.

– Так вот, о чем бишь мы с вами говорили? Ах да, о ваших моторах. Кстати, позвольте осведомиться: когда же я получу обещанную вами документацию на пару из двигателя и компрессора? Мне через месяц в Москву ехать, к господину Листу, а показать ему и нечего. Нехорошо-с!

– Кхм. Виноват, это к кому же вы едете?

– Густав Лист на своем заводе отливает для меня детали особо сложной формы, а для вас – блоки двигателей. И очень, очень интересуется совместным производством компрессоров и инструмента на пневматическом приводе. Собственно, фактически он уже стал компаньоном его сиятельства в постройке соответствующего завода – предварительная договоренность об этом между Густавом Ивановичем и Александром Яковлевичем уже есть, теперь они определяются с местом под производство. Так как: я могу рассчитывать, что к концу недели получу желаемое?

– Иммануил Викторович, ну ведь без ножа режете…

Герт не отводил требовательного взгляда, и главный специалист по еще не существующим пока автомобилям сдался:

– Хорошо, будет вам к следующему месяцу вся документация и одна пара из компрессора и двигателя. Но только если вы меня обеспечите всем необходимым для ВСЕЙ моей работы, в том числе и коленчатыми валами!

– Тогда пять пар.

– Три, и все мои заказы вы выполняете в первую очередь!

– Девять, и задержек с вашими делами более не будет.

– И… договорились. Но вы переведете ко мне два звена мастеровых, в помощь моим сборщикам.

– Да уж переведу, не сомневайтесь.

От души посмеявшись недавнему торгу, мужчины вернулись в своей беседе к установке «Электрогефест», вернее – к инженеру Славянову.

– Я так понимаю, его определят под ваше начало?

Герт непроизвольно пожал плечами, спохватился, что под шубой это практически не заметно, и выразил свое сомнение вслух:

– Да ну бог с вами, Борис Григорьевич! Господин Славянов обретается в чине надворного советника – подполковничье звание на гражданский лад – и служит управляющим Пермскими казенными заводами. Какое уж тут начало?..

– Так чего же он делает у нас на фабрике?

– Ну-с, насколько мне известно, дело обстоит следующим образом: Бенардос открыл метод электрической сварки металлов, Николай Гаврилович его усовершенствовал, причем значительно, а Александр Яковлевич изобрел электрод со специальной обмазкой. После чего Славянов и приехал к нам – меняться с его сиятельством лицензиями на свои изобретения. И вы знаете, что-то мне подсказывает, что наша лицензия на «Электрогефест» будет генеральной, причем как в империи, так и за ее пределами, – уж очень Николаю Гавриловичу понравилась ацетиленовая горелка. Ну а зная Александра Яковлевича, я совсем не удивлюсь, если Николай Гаврилович заодно доверит РОК представлять все свои интересы ВООБЩЕ.

Луцкой выдал понимающий смешок и поинтересовался:

– Скажите, а у вас никогда не появлялось такого впечатления, что наш с вами работодатель самым натуральнейшим образом коллекционирует талантливых людей?

Директор станкостроительного производства резко остановился и с интересом поглядел на своего собеседника. Ненадолго задумался над вопросом, после чего удивленно и несколько озадаченно согласился:

– Пожалуй, в ваших словах есть немалая доля истины. Вот только критерии отбора мне непонятны: с одним переговорит немного – и сразу гонит с глаз долой, хотя идеи у человека вполне стоящие…

Последнее прозвучало с некоторой обидой – не все знакомые Герта смогли устроиться на работу в Русскую оружейную компанию, далеко не все.

– …другой же несет ну сущую ересь!.. И тем не менее его внимательно слушают, задают уточняющие вопросы и наконец предлагают подписать бессрочный контракт. Да как предлагают! Ведь ну ни единого разу никто не отказался!

Луцкой хмыкнул – как же, откажешься тут. Да и вообще, с некоторых пор при слове «искуситель» Борис Григорьевич сразу вспоминал любимое начальство – уж больно велик был талант молодого аристократа по части уговоров и соблазнительных предложений. Правда, у этого таланта была, так сказать, и другая сторона – его сиятельству как никому другому удавалось донести до собеседника свое неудовольствие. Причем никакого крика, хамства или гневных взглядов. Нет, спокойно и очень, ОЧЕНЬ вежливо. Но право же, лучше бы уж просто наорал.

– Не совсем понял насчет ереси. Это вы про что?

– Скорее – про кого. Я совершенно случайно стал свидетелем одной занимательной беседы князя с господами… как же их там? Нет, не помню. Так вот, они на полном серьезе клялись, что при должном финансировании создадут телефонную станцию, способную соединять абонентов без участия людей. Знаете, мне дико интересно, как это они себе представляют. Проведут спиритический сеанс и наймут на работу духов?

– И чем же кончилась эта беседа?