Чтение онлайн

Корригана эта мысль захватила.

– Эмбер, мы должны добиться твоих свидетельских показаний!

Клэр Иохапсон позвонила доктору Мандани буквально через минуту после того, как закончился телефонный разговор Джефферсона с Узйном Корриганом.

– Доктор, ваше заключение слишком уязвимо. Доктор Мандани смешался и несколько встревожился.

– Так… о каком заключении идет речь: о первом, о втором или о втором варианте первого?

Клэр с отвращением поморщилась, пользуясь тем, что доктор Мандани не мог ее увидеть по телефону.

– О первом варианте второго заключения – где утверждается, что болезненное психическое состояние Эмбер исключает возможность допроса девочки или снятия с нее показаний на суде.

– Л что вы подразумеваете под словами «слишком уязвимо»?

– Оно просто недостаточно убедительно. Защита легко сможет оспорить его. Корриган собирается просить суд рассмотреть вопрос о возможности снятия показаний с девочки, и нам требуется представить более серьезные основания для отказа.

Мандани немного помолчал. Он был определенно подавлен.

– Мисс Иохансон, мы уже говорили об этом. Мое первое заключение вы тоже сочли недостаточно убедительным!

– Что ж, так складываются обстоятельства…

– Мисс Иохансон, когда вы впервые обратились к моим услугам, я высказал самое беспристрастное, самое объективное мнение относительно состояния Эмбер. Я согласился с вами и миссис Брэндон, что девочка перенесла эмоциональную травму. Почему этого оказалось недостаточно?

Клэр чувствовала давление сверху, а теперь еще и снизу, от этого доктора.

– Потому что, доктор Мандани, в суде следует представлять убедительные доводы, способные повлиять на мнение судей. Ваш первый вариант заключения слишком… слишком…

– Слишком объективен? – предположил Мандани. – Вы предпочитаете, чтобы я солгал и домыслил отсутствующие симптомы просто с целью выиграть судебный процесс?

– Речь идет не о домыслах, доктор. Возможно, о некотором преувеличении, необходимом для большей убедительности.

– Насколько я понял, именно так я поступил с первым своим заключением. Я сделал выводы, о которых вы просили, и даже зашел дальше, чем допускают истинные факты. Теперь вы хотите, чтобы я снова проделал то же самое?

Клэр немного поколебалась, а затем резко сказала:

– При наличии имеющихся фактов вы вполне можете усилить второе заключение. Сделайте его более веским, более убедительным! Будет нетрудно доказать, что любое давление на Эмбер может привести к необратимому психическому расстройству.

– Вы просите, чтобы я солгал?

– Я прошу вас использовать факты во благо, выступить адвокатом и защитить Эмбер, Она не должна давать свидетельские показания!

Салли договорилась о встрече с профессором Сэмюэлом У. Линчем и явилась к нему к шести часам вечера. К этому времени рабочий день уже кончался, но профессор обычно задерживался в своем офисе и с удовольствием примет посетительницу.

Теперь у него был новый офис, расположенный на втором этаже Уиткомб-Холла, главного корпуса Бентморского педагогического факультета. Уиткомб-Холл представлял собой новехонькое здание из мрамора, стекла и металла, возвышавшееся своими десятью этажами над прочими корпусами университетского городка. Очевидно, Бентмор гордился своим вкладом в дело образования и стремился продемонстрировать эту гордость с истинным размахом.

Кабинет двести десять представлял собой не просто кабинет, а целое северное крыло этажа, отделенное стеклянной перегородкой, с монументальными двойными дверями. Секретарша тоже работала допоздна и со своего места могла видеть сквозь стекло любого человека в холле. Она увидела Салли, как только та вышла из лифта, но не задержала на ней взгляд. Это обнадеживало.

Салли толкнула массивную дверь, вошла и сказала, стараясь держаться в отдалении от секретарши.

– Эприл Фримэн, к профессору Линчу. Женщина улыбнулась и кивнула.

– Да, корреспондент «Реджистер»?

– Она самая.

– Отлично. – Секретарша подняла трубку телефона и нажала кнопку. – Женщина из «Реджистер» пришла на встречу с вами. – Она взглянула на Салли. – Профессор сейчас выйдет. Пройдите и присядьте там.

Салли стояла возле диванчика в приемной, но не садилась. Она чувствовала себя слишком неуютно, чтобы сидеть, и испытывала острое желание убежать. Выдумка про корреспондента университетской газеты до сих пор срабатывала, но если бы кому-нибудь пришло в голову позвонить в редакцию «Бентмор Реджистер» и проверить ее слова, разоблачение последовало бы немедленно. Кроме того, в приемной уже сидел какой-то мужчина, и Салли один раз поймала на себе его взгляд, хотя он как будто читал журнал. Может, читал, а может, и нет. Что он делает здесь в шесть часов вечера? Сейчас Салли была в таком состоянии, что в каждом встречном человеке видела потенциального убийцу.

Сердце у нее отчаянно колотилось, а если руки начнут дрожать еще сильнее, это станет заметным. Салли сделала несколько глубоких вдохов, стараясь успокоиться.

– Мисс Фримэн!

Этот голос! Спустя двенадцать лет она по-прежнему помнила его. Салли обернулась.

Позади стоял профессор Сэмюэл У. Линч. О, какая ужасная дрожь! Должно быть, она заметна со стороны! Салли изо всех сил напряглась, стараясь усмирить дрожь, с трудом выдавила улыбку и протянула руку:

– Здравствуйте! – Он пожал ее руку.

– Очень приятно. Пройдемте ко мне.

Он повернулся, и она проследовала за ним в кабинет.

Не может быть! Похоже, Салли перенеслась на двенадцать лет назад. Профессор совершенно не изменился. Это был все тот же грузный, седовласый джентльмен с изысканными манерами, все тот же замечательный преподаватель, которым она восхищалась. Салли узнала бы его сразу, где бы ни встретила.

Узнал ли он ее тоже? С тех пор, как она училась здесь, сотни студентов прошли через жизнь профессора; конечно, ее лицо затерялось в море других лиц.

Он провел Салли в свой кабинет и предложил ей удобное мягкое кресло. Она мгновенно села и начала с любопытством озираться по сторонам. Стены с книжными стеллажами поднимались так высоко, что у нее возникло ощущение, будто она находится на дне глубокого колодца. В комнате царила мертвая тишина, словно в склепе.

Линч сел за стол и откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди и внимательно разглядывая лицо Салли.

Она в свою очередь посмотрела в глаза профессору и попыталась улыбнуться. Тишина в кабинете стала физически ощутимой. Так нельзя. Кто-то из них уже должен начать разговор.

– Так значит, вы работаете в «Реджистер»? – осведомился Линч, не меняя расслабленной позы.

– Да. Но только с этого семестра.

– И какой ваш основной предмет.

– М-м-м… Экономика.

Он улыбнулся.

– Неплохо. Какого вы мнения о профессоре Паркере?

Что это? Проверка? Кто такой профессор Паркер? Мужчина это или женщина? И вообще, существует ли он… или она?

Салли замялась.

– О… Я до сих пор путаю преподавателей. Я только что перевелась…

Он рассмеялся.