Чтение онлайн

Орбов было много — человек сто вооруженных до зубов всадников. Они неуклонно приближались, блестя покрытыми татуировками телами. Маленький отряд, возглавляемый Короссом, настолько безнадежно уступал в численности врагу, что это напоминало какой-то безумный сон. Но именно сейчас каждый миг был пронзительно наполнен жизнью. Выверенные мощные движения Вихря слились в одно целое с ритмом ее сердца и пением клинков мчащихся впереди друзей. Ланетте стало казаться, что не Вихрь, а именно она вонзает копыта в каменистую землю, дробя ее в мелкое крошево. В груди разгоралось пламя такой жажды битвы, что захотелось закричать от заполнившего ее душу ликования. Она приподнялась на стременах и выхватила свой лук, намечая первую цель. Та-ра-ра-рам, та-ра-ра-рам — мерно стучали копыта. Бег не мешал. Наоборот, даже помогал направить стрелу точно в цель. Тетива взвизгнула, и один из орбов кубарем слетел с коня. Моль что-то закричала, показывая ей большой палец, а потом выхватила свой арбалет. Ланетта сосредоточилась на новой цели.

Кони неукротимо сближались, и девушки посылали одну стрелу за другой, пытаясь хоть как-то сократить численность готовых обрушиться на них врагов. Сбоку от Вихря зарябил воздух. Из пустоты вынырнул огромный пес с покрытой шипами шеей. Обернувшись к Ланетте, он прожег ее огненным взглядом и высунул раздвоенный язык, обнажая внушительных размеров клыки в жутковатой улыбке. Пес пристроился рядом, на полкорпуса пропустив Вихря вперед. Воздух зарябил еще в нескольких местах, и скоро их отряд мчался в окружении черных поджарых монстров, быстрых и зловеще молчаливых.

Они врезались в орбов как нож в масло, неся замешательство и ужас. Мохнатые лошадки вставали на дыбы, отказываясь слушать, несмотря на ругань орбов и хлесткие удары нагайками. Никто из них не смог замедлить бешеный галоп трех скачущих впереди единорогов, и никто не устоял перед их всадниками. Они оставляли после себя кровавую дорогу, по которой следом мчались Ланетта и Моль в сопровождении смертоносного черного эскорта.

Вскоре показалась уродливая клякса Разлома, жирной пиявкой высовывающаяся из подножья Горы. У самого края Разлома были вбиты три столба с прикованными к ним окровавленными людьми, а перед каждым из них стояли существа в тогах и с бьющимися вокруг них черными плащами. Когда они синхронно обернулись, но их лица были скрыты белыми полумасками. Вместе с тем одного из них девушка без труда узнала по золотистым кудряшкам. Точнее ее. Это была ведьма Калла. Тот, что в центре, с огненно-красной шевелюрой сверкнул на Ланетту зелеными глазищами и улыбнулся. Стряхнув с себя странное наваждение, насылаемое Демоном, она прищурилась и послала в него стрелу. Но та вспыхнула в воздухе ярким пламенем, не пролетев и половину пути. Губы демона искривились, а полы плаща взметнулись, превращаясь в два острых крыла, и он взмыл в воздух. Вслед за ним взлетели два других служителя, обнажая свои ятаганы.

— Драконы, — прошипела Калла.

— Это будет интересная битва, — клыкасто усмехнулся огневолосый.

— Достойное посвящение Смерти, — закончил третий, и тот час вскрикнул.

Стрела, посланная Молью, пронзила одно из его крыльев, и он упал на землю подбитой птицей.

Двое других синхронно сложили клинки крест на крест, а затем резко развели их в стороны, оставляя в воздухе чернильные следы. Из ширящихся щелей навстречу всадникам ледяным ветром хлынула мгла, быстро растекаясь по долине и погружая ее в непроглядную ночь.

Где-то наверху заклекотал Кроч. Мглу вспороли зеленоватые тени. Разевая огромные рты с багровыми огоньками внутри, они заметались над головами, жадно заглатывая в себя темноту и все сильнее испуская свечение. Багрянцем вспыхнули шипы на загривках псов, а их и без того красные глаза запылали еще сильнее. Подшерсток и грива единорогов стали испускать сияние, а на кончиках их рогов замерцали световые шарики. Тьма стала не такой непроницаемой, позволяя, хоть и смутно, но видеть происходящее.

— Держи, Лом! — и Коросс перекинул Шуту один из своих мечей. — Попробуй зацепить подбитого Демона Развоплотителем. Он мне нужен.

Затем он вскочил своему единорогу на круп и прыгнул навстречу пикирующему на него Демону, налету превращаясь в Черного Дракона. Недалеко от него вспорол мглу другой Дракон, уже Золотой, устремляясь навстречу врагу. Раздался звон клинков, и в фейерверке искр. Ланетта увидела вступившего в бой Шута, за спиной которого заметались тени, тоже подозрительно напоминающие драконьи крылья. Псы, до этого окружавшие девушек, вдруг бросились в темноту, закрутившись в схватке с чем-то невидимым. Потом взвизгнула Моль. Наотмашь рубанув кого-то мечом, она взвилась над своим единорогом крылатым ящером, щедро поливая все вокруг себя огнем, а ее единорог закрутился волчком в безумном танце. Наконец, пришла очередь и Ланетты. Странная тень возникла прямо перед Вихрем. Единорог взвился на дыбы, обрушивая на напавшего монстра свои копыта и пронзая его рогом, но уже с другой стороны тянулись руки с крючковатыми пальцами. Сквозь мглу проступили очертания еще несколько несуразных фигур, лишь отдаленно напоминающие человеческие. Они пытались дотянуться до Ланетты. «Ищущие», — мысль, пронзившая ее существо, была как вспышка молнии, приоткрывающая кусочек какой-то другой до этого неведомой ей жизни. И в той реальности тоже шло сражение с этими ядовитыми исчадиями Мрака, которым были нестрашны ни клинки, ни стрелы. Ланетта зашипела и неожиданно для себя выплюнула сгусток пламени в ближайшего монстра. Вспыхнув, он отшатнулся, задевая еще одного, превращая и того в ослепительно белый столп пламени.

На землю падали хлопья теплого пепла, а огненные вспышки и там и тут беспрестанно озаряли ночь. Они лизали темноту, то атакуя, то отступая под ее натиском. Монстры всех мастей и размеров лезли со всех сторон. Дергающиеся упыри, стелющиеся по земле моллюски, крылатые змееящеры тянулись к ней и ее Вихрю в жажде вкусить Силы и крови. Кого-то из них отталкивали зеленоватые тени, на кого-то яростно набрасывались адские псы. Названия тварей, которыми кишела округа, всплывало в ее голове из ниоткуда. Ланетта давно потеряла лук. Но это была не страшная потеря. Его стрелы не причиняли ни малейшего вреда тварям. Главное было то, что само ее присутствие отвлекало часть исчадий Мрака, давая возможность друзьям сконцентрироваться на более грозном противнике. И это радовало девушку. Иногда, когда какому-то упырю удавалось прорвать заслон адских псов, из Ланетты неожиданно для нее самой вырывался очередной сгусток пламени, превращая нежить в пепел.

Сколько это продолжалось, Ланетта не знала. Понятие времени перестало существовать, потеряв всякую ценность. Шум битвы вытеснил ток крови, бешено стучавший в голове. Азарт тоже растворился в этом стуке без остатка. Осталась только отчаянная одержимость, решимость продержаться еще одно мгновение, пережить еще одного монстра.

Когда в глаза девушки брызнул ослепительный дневной свет, она подумала что умирает. Вихрь споткнулся, рухнув на колени, и Ланетта безвольной куклой перелетела через него.

Пепел был теплым и мягким, и он был всюду. Легкие хлопья, медленно кружа, укутывали темным одеялом землю. Сквозь лохмотья черноты проглядывали небеса ослепительной синевы. Там кружили три Дракона: два черных и один золотой. «Это хорошо», — удовлетворенно подумала девушка, и закрыла глаза.

Темнота была повсюду. Горячая, почти обжигающая. Гневная. Она взирала на меня миллиардами черных глаз, пронзая насквозь и обвиняя.

— Как ты посмела! Я не подчиняюсь тебе!

— Что посмела?

— Призвать меня… Ты — не Арона и никогда ею не будешь. Я не хочу служить тебе!

— Так не служи.

— Но ты призвала меня!

— Не перекладывай вину на чужие плечи. Ты пришла, потому что захотела.

Тьма взорвалась, выворачиваясь наизнанку и превращаясь в Серебряную Драконицу. Очень большую. Очень разгневанную.

— Откажись от себя. У вас теперь есть Развоплотитель. Пронзи свое сердце. Так ты сделаешь счастливыми Коросса, Арону, меня… Уйди, и я прощу тебя.

Я коротко хохотнула:

— Тогда что даст мне твое прощение?

— Отсутствие ада, в который я превращу твою жизнь, если ты откажешься.

Самомнение Драконицы бесило.

— Я только что побывала в аду. И, увидев свет, победила его. Одолею и тебя.

— Что же, попытайся! — зловеще расхохоталась Драконица.

Раздался щелчок, и в меня ворвались звуки внешнего мира. Вот только пошевелиться я не могла, словно впав в летаргический сон.

Долину в месте Разлома было не угнать. Она вся покрылась черными хлопьями пепла, который лениво колыхался под легкими дуновениями ветерка. У самого подножья Горы на сложенных одеялах неподвижно лежала девушка, в которой она с удивлением узнала саму себя. Сидящий рядом с ней Коросс задумчиво вертел в руках подвеску в форме пирамидки, которую когда-то Ланетте подарил Лэппиус. Молодой человек крепко сжал башенку в ладони и усталой улыбкой поприветствовал подошедшего Клиосса.