Чтение онлайн

– Похоже ты потеряла память от удара.

– Видимо, да. Так кто ты?

– Я – Сосий. Твой муж. Можно ласково – Сосун, - совершенно серьезно произносит Глеб, даже не улыбнувшись. Это мы что сейчас тренируемся, кто сдастся первым?

– Сосий?
– на мой вопрос Бестужев лишь кивает.
– И чем ты занимаешься?

– Выращиваю гречку на плантациях. Хочешь, кстати, кушать?
– вот! Готова поклясться, что после «кушать» на лице Бестужева появилось что-то наподобие улыбки.

– Нет, кушать я не хочу. А где мы находимся?
– оглядываюсь по сторонам, наигранно хмуря лоб.

– В Альтернативой России, где же еще, - ну паршивец, точь-в-точь повторяет мой рассказ.

– В Альтернативной…

– Да, в оной самой. Кстати, покажи мне свою киску. Влажную киску, - уточняет Бестужев, не сдерживая улыбки.
– Не покажешь, встанешь на колени и будешь дооолго… полировать мои ботинки.

– Да иди ты, Сосун, - первая не выдерживаю я, толкнув его в плечо.

– Я рад, что к тебе так быстро вернулась память, и Санта Барбара закончилась на первой серии, - демонстративно выдыхает, приложив руку к груди.

Отбираю из его рук полотенце и принимаюсь протирать на ощупь лицо.

– Дай я тебе помогу. У тебя мука вот тут, - аккуратно вытирает мое лицо и через несколько секунд начинает… нет, не смеяться, ржать. Ну да, смешно ему.
– Больно?
– сквозь смех-таки рожает вопрос, прикладывая пальцы к моему лбу.

– Нет. Не больно. Тут скорее пострадала моя гордость. Смешно тебе, да, Глеб?

– Честно? Кажется, я сейчас кончу от смеха, если воспроизведу в памяти еще раз то, как доска прилетела в твой лоб.

– Ну да, со стороны это, наверное, было смешно. Я думала, что ты это не ты.

– В смысле?
– откладывает на кровать полотенце и тянется ладонью к выбившейся пряди волос.

– В прямом. Я думала, что в дверном проеме – плод моей фантазии. Галлюцинация, короче.

– То есть ты улыбалась и подмигивала галлюцинации?

– Да, я заигрывала с галюном, доволен?

– Доволен. Не думал, что наша встреча будет такой запоминающейся, - снова улыбается в тридцать два зуба. Сейчас мне уже не хочется дать ему в лоб. В данный момент во мне просыпается здравая половина меня. Вот он здесь, рядом, трогает мои волосы, ну подумаешь, сделал то же самое, что и я, специально не предупредив. Зато здесь. Это ведь я сама дала себе в лоб доской, он-то не виноват.

– Я скучала, - эти слова, на удивление, спокойно вылетают из моего рта.

– Сильно?

– Вообще-то ты должен был сказать как минимум «я тоже».

– Я как минимум скучал тоже, - вторит в ответ, продолжая улыбаться как мальчишка. Точно! Сейчас он выглядит в этом белом свитере, с улыбкой на лице, как самый настоящий мальчишка.

Никогда не думала, что сама буду проявлять инициативу. Вот только сейчас я не раздумывая потянулась к Глебу, обняв его обеими руками.

– Сильно?
– шепчу ему в губы, копируя его вопрос.

– Очень сильно, - так же шепчет мне в губы, сжимая обеими руками мою талию.

– Ну если сильно, так сожми меня. Крепко-крепко, так, чтобы у меня все захрустело, - поясняю я, закрыв глаза. Жду секунд пять и вместо крепких объятий оказываюсь на руках у Бестужева.

– Да ты, оказывается, маленькая мазохистка, - крепко прижимая меня к себе, шепчет на ухо Глеб. Я же в ответ открываю глаза, перемещая свои ладони на его лицо.

Несколько секунд смотрим друг другу в глаза, совершенно по-дурацки улыбаясь, а затем синхронно прижимаемся губами. Целуемся медленно, так, как будто пробуем друг друга на вкус. Раньше я не думала, что поцелуи – это самое настоящее искусство. Но так оно и есть. Ну или изысканное блюдо. Да, точно, сейчас скорее второе. Чуть прикусив, оттягиваю нижнюю губу Бестужева и сразу же прохожусь по ней языком, чувствуя при этом какой-то необыкновенный прилив энергии и силы. Глеб, не дав мне насладиться этим моментом, углубляет поцелуй, сильнее прижимая меня к себе. Ничего не хрустит, но прям то, что надо. То, о чем я грезила последние дни. Первой от его губ отрываюсь все же я. Да, мне банально не хватает воздуха.

– Ты решил сделать мне сюрприз? На один день?
– дышу ему в губы.

– Конечно, сюрприз, - как ни в чем не бывало отвечает Глеб, проводя одной рукой по моему плечу, при этом стягивая лямку платья.
– Только не на один день. Я закончил с работой, - тянет платье с одной стороны вниз, обнажая грудь.
– Максимум слетаю еще пару раз, но буквально на пару дней, да и то, не раньше, чем в конце следующего месяца, - проходится большим пальцем по соску и тут же наклоняется к моей груди.
– Ты довольна?

– Офигеть как довольна, - киваю как болванчик, закрываю глаза, чуть выгибаюсь, наслаждаясь тем, что он делает с моей грудью. Секунда и когда Бестужев перемещает свои губы на мою шею, из меня вырывается хриплый стон.

– Ну как ты ту… Ой, ну что ж вы дверь-то не закрыли, - синхронно поворачиваемся на Верин голос.
– Все, все, я ухожу, - быстро извиняется она, закрывая за собой дверь.

– Будет очень плохо, если мы продолжим в два часа дня то, о чем Вера будет не несомненно догадываться?

– Будет очень, очень хорошо, - приподнимаясь с пуфика вместе со мной, хрипло шепчет мне в губы Бестужев и опускает меня на кровать.

– Ну да, в конце концов, мы взрослые. Да и я уже почти забыла, как это делается. Чего ночи ждать, да?

– Прямо-таки забыла?
– усмехается Глеб, скидывая с себя свитер.

– Ну стала подзабывать. Практики-то мало, - лукаво произношу я, потянув его на себя.

– Тогда однозначно надо сейчас вспоминать, - шепчет мне в губы, нависая надо мной.

– Ага, - киваю в ответ, накрывая его губы своими.

– Очень красивая елка. Молодец, Глебушка. Мы бы с Соней ее не собрали. И верхушка просто прелесть.

– Да, прелесть, - поддакиваю я, как только Глеб опускает меня в кресло.
– И звезду я бы точно сама не втыкнула. Не всучила. Не вставила, короче. А теперь красиво, - радостно произношу я, потирая друг о друга ладони.
– А дождик будем вешать?
– интересуюсь я, переводя взгляд на Глеба.

– Ни в коем случае, будет полная безвкусица а-ля цыганский табор. А вот одну гирлянду можно, - совершенно серьезно произносит Глеб, закатывая рукава свитера.

– Глебушка, ну хватит выпендриваться, раньше вешали дождик и ничего, - произносит Вера, подавая Бестужеву гирлянду.

– Раньше газетой одно место подтирали, ковры на стену вешали и много чего другого. Давай еще на новогодний стол приготовим котлеты с гречкой и поставим тарелки с отбитыми краями. Ну а чо, девочки, давайте?
– копирует какого-то гопника с района, вызывая во мне истерический хохот.

– Нет уж, мы и так много чего с Сонечкой приготовили. И не надо так кривляться, дорогой, тебе не идет.