Чтение онлайн

Когда Глория открыла глаза, его уже не было. Через секунду она услышала, как щелкнул замок входной двери.

Ноги мигом стали ватными, и она, опустившись без сил в кожаное кресло, судорожно вздохнула:

— Господи Иисусе…

Она не заметила, что мужчина прихватил с собой записную книжку Сары Кенни. Да по правде говоря, если бы и заметила, так не побежала бы отнимать.

Джон, морщась от запахов, шел по больничным коридорам. Для него в любой больнице пахло одинаково. «Чем пахнет? — думал он. — Антисептиками, кондиционерами, болезнью?»

Он подошел к палате номер пятнадцать и тихо постучал в дверь. Ответа не было.

Тогда он толкнул дверь и вошел.

Кэти Джонс лежала под капельницей, подключенная к кардиомонитору. Волосы с половины головы сбрили, и на голом черепе виднелись швы, которые наложили хирурги, спасая ее от нее же самой. Но вообще-то, она очень напоминала спящего ребенка.

Джон подошел поближе и поднял фотоаппарат, чтобы сфотографировать ее, но тут позади открылась дверь.

— Ах ты, мерзавец! Стервятник! Вон отсюда, оставь нас в покое! Пошел! Сестра!

Джон резко обернулся. В дверях стояла женщина невысокого роста, в руках она держала пластиковый стакан с кофе. Наверное, ей было уже за шестьдесят; темные волосы на висках тронула седина, глаза яростно блестели.

— Сестра! — снова крикнула она.

Джон опустил фотоаппарат и сделал шаг в ее сторону. Женщина занесла было руку, чтобы швырнуть в него стаканчиком. Пришлось остановиться: сегодня он уже накупался, повторения не требуется.

— Я Джон Квигли, частный детектив.

Женщина смотрела на него все так же недоверчиво.

— Что вы здесь делаете?

— Скажите, пожалуйста, а вы кто?

— Шарлотта Джонс.

— Мама Кэти?

— Ну да. — Ноздри ее еще сердито раздувались, но глаза смотрели уже не так гневно. — И все-таки что вы здесь делаете?

— К нам сегодня приходил ваш сын, Сэм, — объяснил Джон, протягивая руку для приветствия. Женщина пожала ее, хотя не сразу. — Он нанял нас, чтобы мы выяснили, где Кэти… была до сих пор…

Взгляд женщины подобрел еще чуть-чуть.

— А я и не знала, что он уже кого-то нанял.

— Можете позвонить ему, он подтвердит.

— Нет, не надо. — И она указала на фотоаппарат. — Простите меня. Я подумала, что вы из газеты. Крутился тут недавно один, вынюхивал…

— Ничего страшного, меня и похуже обзывали, — улыбнулся Джон и с облегчением заметил, что Шарлотта ответила натянутой улыбкой. — Вы извините, — продолжил он, — не хотелось вас беспокоить, но для расследования нам очень нужна фотография Кэти. Если сейчас неудобно, я могу вернуться позже…

— Нет-нет. — Шарлотта медленно подошла к изголовью кровати, посмотрела на дочь и тыльной стороной ладони смахнула слезу.

— Досталось вам.

— Ох, досталось. Не знаю, что и думать. — Она села в пластиковое кресло и взяла Кэти за руку. — Все эти годы… я больше всего хотела верить, что она жива. Не могла смириться с тем, что ее нет. Знаете, тем летом я каждый день ждала, что ее тело вынесет на берег. Месяцами ходила по пляжу. И ничего…

— Да, кошмар…

— Кошмар, — спокойно согласилась она. — Терять детей — это ненормально. Они же твоя плоть и кровь. Ты за них переживаешь, волнуешься. Я потом все засматривалась на каждую светленькую девочку, все представляла, какой была бы теперь моя Кэти…

Джон кивнул.

— Всем досталось, не только мне, всем — мужу, сыну… Всем. А она — вот. Вернулась доченька моя. — Мать осторожно убрала прядь волос со лба дочери. — Такая тихая, правда?

— Да.

— И что толкнуло мою красавицу на поступок, о котором и говорить-то страшно?

Джон не нашелся что ответить.

— Что же с ней стало? — Шарлотта гладила мягкие локоны Кэти, а по щеке катилась слеза. — Такая была хорошая, славная девочка… Что пришлось пережить моей малышке?

Джон представил, каково было тому мужчине, когда выстрел снес ему полголовы, превратив лицо в кровавое месиво. Он чувствовал запах бездымного пороха, видел шок в глазах Кэти, видел пистолет у нее в руке.

— Страх, — тихо ответил он. — Страх может заставить человека убить другого человека.

— Но это же был безоружный старик.

— Допустим, — пожал плечами Джон. — Мало ли какие у нее были причины, какие-то были.

— Вы правда так думаете? — Шарлотта внимательно посмотрела на него.

— Правда.

— Не верю, что есть причины лишать человека жизни, — сказала она и вытерла слезы. — Я хочу знать, что случилось с моей дочерью. Я хочу знать, как… — она быстро обвела рукой палату, — как до этого дошло. — Она повернулась к Джону. — Фотографируйте, мистер Квигли. Узнайте, что случилось с моей дочерью. Я хочу понять, зачем она вернулась, зачем пыталась покончить с собой.

Джон коснулся руки несчастной женщины:

— Даю вам слово, я постараюсь.

— Входите. — Сэм Джонс с улыбкой открыл дверь своего фешенебельного пентхауса. — Ваш ароматный партнер сегодня не с вами?

— Он поехал в гостиницу, где жила ваша сестра.

— Вот как!

Сара заметила, что он вздохнул с облегчением. Иногда другие мужчины странно реагировали на Джона.

— Вы не разочарованы? — спросила она.

— Нет, конечно! Входите, входите. Похоже, вчера вечером он произвел прекрасное впечатление на нашу маму.

— Он знает подход к женщинам.

— Правда?

— Во всяком случае, он так считает.

Вслед за Сэмом она прошла по длинному белому коридору в просторную разноуровневую гостиную с панорамным видом на Буши-парк. За раздвижной дверью балкон с деревянным полом. Ослепительно-белый цвет стен подчеркивал красоту развешенных на них шелкографий. Немногочисленная темная мебель была по-мужски строга. Утопленные в стены книжные полки почти черного дерева сочетались с таким же журнальным столиком. Простой конверт и спортивная сумка из дешевой ткани смотрелись здесь неуместно.