Чтение онлайн

Аделаида подала ему лапшу и, глядя прямо в глаза, сказала:

– Василий Петрович, послушайте меня, я вижу, что вы не такой, как остальные. Пожалейте меня. Я уже почти два с половиной года в тайге живу. Я так хочу домой, вы просто не представляете. Мне ведь совсем немного оставалось дойти до города, когда меня поймал какой-то ваш Дэн, кажется. Неужели это так сложно? – Девушка взяла мужчину за руку и заплакала.

Василий Петрович глядел на эту жалобную картину, казалось, что мужчина сейчас уступит, но внезапно он выдернул свою руку из рук Аделаиды, отвернулся и сказал:

– Тебе ведь дали понять, что тебя не отпустят. Прости, но я ничем не могу тебе помочь. И лучше не надоедай мне со своими жалобными просьбами, а то живо отправлю на скотобойню кишки убирать.

Аделаида замолчала, она решила выждать наиболее подходящего момента, а пока узнать как можно больше об этих браконьерах. Василий Петрович в этот день больше не говорил с девушкой, а только просил ее подать что-то или помешать варево. Приготовив обед, мужчина стал таскать кастрюли на улицу под один из навесов, где была устроена столовая. Ада пыталась напроситься помочь ему, но мужчина понимал, что хитрая девушка надеется сбежать, поэтому не выпускал ее из кухни. Для верности он не только закрывал дверь на засов, но и подпирал ее небольшим бревном, так что выбраться из дома Ада не могла.

После обеда Василий Петрович вымыл всю посуду на улице и принес ее обратно в кухню. Затем он ушел до вечера, и Аделаиде пришлось сидеть одной до его возвращения. В этот раз мужчина готовил жареное мясо. И снова Аделаиду не выпускали на улицу. Так продолжалось целый месяц. Девушка томилась в неволе, но, с другой стороны, над ней не издевались, как в общине «Детей света». Поскольку Ада вела себя тихо и больше не докучала просьбами, Василий Петрович наконец-то стал выпускать ее из дома, но всегда тщательно за ней наблюдал и не отпускал от себя ни на шаг.

Теперь в обязанности девушки входило переносить кастрюли и сковородки с едой на столы, а потом мыть всю посуду, поливая ее ковшом из нескольких ведер, которые ей подносил Василий Петрович. Аделаида радовалась тому, что ей наконец-то разрешили выходить на свежий воздух. Жить все время в заточении было ужасно. Девушка удивлялась, как у нее не развилась клаустрофобия после месяцев, проведенных в каменном мешке. К сожалению, Ада зря радовалась своей мнимой свободе. Пока она жила все время на кухне, остальные браконьеры успели про нее подзабыть. Лишь изредка они интересовались у Василия Петровича, не сбежала ли их пленница.

Теперь же, постоянно появляясь на глазах у одичавших в лесу мужчин, Аделаида стала привлекать к себе слишком много внимания. Однажды после обеда, пока она отмывала кастрюли от жирного мясного супа посреди двора, к ней подошел тот самый мужчина, который не хотел отпускать ее:

– Давно не видел тебя, красавица. А ты похорошела за прошедшее время, откормилась на казенных харчах. – Мужчина снова загоготал. Аделаиду этот смех и пугал, и вызывал отвращение. – Не соскучилась ли ты по мужской ласке?

Мужчина уже хотел было схватить Аделаиду, а она приготовилась отбиваться от него кастрюлей, хоть это и вызвало бы вспышку гнева у нападающего, но голос Василия Петровича остановил браконьера:

– Серега, тебя главный зовет! Давай иди и не мешай девчонке свою работу делать. – Василий Петрович встал напротив Сереги, сверля его взглядом. Браконьер стушевался и пошел прочь от Аделаиды.

– Спасибо, – выдохнула девушка.

– Это плохо, что он к тебе приставать начал. Он любит неприступных. Что же с тобой делать? – задал риторический вопрос Василий Петрович и пошел на кухню, не дождавшись от Ады никакой реакции.

Девушка была ужасно расстроена. Не хватало только еще одного сумасшедшего поклонника. Когда же она уже сможет вернуться домой, где тихо и спокойно и где будет только ее любимый муж? Аделаида понесла помытую посуду на кухню.

Вечером браконьеры отмечали удачную продажу товара, поэтому на их столах тут и там виднелись бутылки с алкоголем. Василий Петрович носил всю еду сам, не выпуская Аделаиду на улицу, но обезопасить девушку не удалось. Очень пьяный Серега, едва державшийся на ногах, ввалился в кухню, пока повара там не было. Аделаида стояла у печки и мешала варившийся в кастрюле суп.

– Иди сюда, красотка, подобру-поздорову. – Мужчина расставил свои огромные лапы и, качаясь, пошел в сторону Аделаиды, словно медведь. – Я тебя поцелую.

Аделаида не растерялась и стукнула его по лбу большой деревянной ложкой, которой мешала суп. Серега на минуту оторопел. Казалось, с него даже слетел весь хмель, но мужчина по-прежнему был пьян. И от опьянения он был злым как черт. Схватив Аду за шею и приподняв ее над полом так, что у девушки начали болтаться ноги, он приблизил к ней свое лицо. Аделаида обеими руками вцепилась в его ручищу, пытаясь освободиться, но ничего не получалось.

– Ах, я тебе не нравлюсь? Привередничаешь? – На Аду пахнуло перегаром. – Ну ничего, скоро тебе жизнь медом перестанет казаться. – С этими словами Серега швырнул Аделаиду об стену.

Девушка ударилась и потеряла сознание. В это время на кухню вернулся Василий Петрович и, увидев случившееся, немедленно вытолкал пьяного громилу, а затем бросился к девушке. Ада была жива. Он аккуратно перенес ее на лежанку, а потом положил ей на лоб влажную тряпочку.

Аделаида пришла в себя только на следующий день. Девушку слишком часто подвергали физическому насилию, ее организм был истощен постоянными тревогами и не самой лучшей пищей, поэтому ей требовалось все больше времени, чтобы прий ти в себя. Рядом с девушкой сидел печальный Василий Петрович. Он ободряюще улыбнулся очнувшейся Аде, но потом расстроил ее плохими новостями:

– Серега на тебя нажаловался главному, сказал, что ты на него набросилась и побила. Пьяный дурак, вечно ему спокойно не сидится. – Василий Петрович чертыхнулся. – Главный про тебя ведь и не знал совсем. Тебя же Дэн притащил, а он в каждом кусте угрозу видит. И у Мишки мания преследования, вот тебя и оставили у нас. Мишка идею подал, что из тебя отличная заложница выйдет, если нас вдруг менты накроют. Главный эту идею вчера поддержал и теперь велел тебя вообще никуда не выпускать. А еще лучше держать связанной. Но я его пытался переубедить, и он разрешил мне тебя тут оставить. Но если что с тобой случится – виноват я буду. Так что давай-ка ты меня не подведи. Мне от браконьеров уходить нельзя…

Ада села и положила руку на плечо смелого мужчины, который так отчаянно ее защищал. Она молча смотрела ему в глаза, и Василий Петрович понимал, что она благодарна ему от всего сердца.

– Василий Петрович, вы же добрый человек, почему вы этим занимаетесь?

Аделаида знала, что сейчас лучший момент для задушевных бесед. Мужчина наверняка доверит ей свою тайну, и, может быть, в благодарность за защиту, девушка сумеет ему помочь.

– Эх, дочка, у меня ведь сын в браконьеры подался. Молодой и бестолковый. Он тут тоже охотится, но что он может-то один сделать? Без меня давно бы в тайге заблудился и пропал. Я за ним сюда пришел, тайком, мы и сейчас виду не подаем особо, что родственники. Я его сколько раз из леса выводил, когда он кругами по тайге блудить начинал, сколько раз от зверей спасал. Дурачок он у меня, погнался за большими деньгами. Думал, легко это – на зверей охотиться. А они хитрее человека в десять раз. Вот и нельзя мне уходить, пропадет он без меня совсем.