Чтение онлайн

Странно, что сейчас от него требовали все делать тихо. Наверное, сменили тактику. Ему приказали оставить изувеченное тело девушки на алтаре. Скорее всего, это было публичное послание для кого-то — иначе к чему все это? И ему до сих пор не давала покоя девушка. Его преследовал ее образ, ее предсмертный взгляд. Он постоянно вырывался из глубин подсознания, и лишь большим усилием воли он прогонял его от себя.

Перед ним снова возник образ девушки, этот умиротворенный взгляд, которым она поразила его тогда, перед смертью. И только сейчас ему пришло в голову, что все это может быть не санкционировано свыше, — и у него потемнело в глазах. Он в опасности, он работает без прикрытия. И если все раскроется, охотиться будут уже за ним. Он со страхом прокручивал в голове эти мысли. Он выполнял приказ, доверяя высокопоставленным чинам, как всегда, — ничего особенного. Он вспомнил о сыне, который спокойно спал в соседней комнате, беззаботно рассыпав по подушке белокурые локоны, и решил, что в нем говорит усталость. Нет, ему только показалось, что девушка с мягкими бездонными глазами прокляла его тогда.

Он вылил остатки водки в стакан и выпил до дна.

На следующее утро Королев, выходя со двора, заметил, что у въезда был вытоптан снег. В арке на земле лежали три папиросных окурка и пустая скомканная пачка «Беломорканала» Он не стал поднимать их и прошел мимо. В конце концов, это ни о чем не говорит. Даже если кто-то стоял здесь прошлой ночью, где доказательства, что именно Королев был объектом внимания этого человека? Он уткнулся подбородком в воротник и выбросил эти мысли из головы.

Когда он дошел до Петровки, рабочие расчищали снег на улице, а двор возле здания под номером 38 был уже очищен от снега группой курсантов, орудующих широкими лопатами. Королев поднялся по лестнице. Внутри тоже кипела работа. Рабочие в грязных робах устанавливали статую Ленина на том месте, где раньше стоял Ягода. «Владимир Ильич — это беспроигрышный вариант», — подумал Королев. Его кандидатура была очень удобной: главный организатор великой революции вряд ли попадет в опалу, поскольку его уже просто нет в живых.

Королев вошел в кабинет 2-Е и кивнул Ясимову. И тут же его чуть не сбила с ног молодая женщина в белом платке на голове, которая ворвалась в комнату вслед за ним. Капитан улыбнулся, когда она положила несколько конвертов и циркуляров на стол и так же стремительно выскочила из кабинета, и проводил ее снисходительным взглядом.

— Ну и манеры у нынешней молодежи, — сказал он и повесил пальто на вешалку.

— Точно, ума никакого, — подтвердил Ясимов, показывая на отчет, который писал. — Вот тут двое студентов решили повеселиться и дали полбутылки водки медведю на Ярославском рынке.

— Тому старому медведю на привязи? Вот дурачье!

— На поверку он оказался не таким уж старым. Охмелев, медведь разорвал цепь, перепробовал все, что ему приглянулось на прилавках, и задал трепку одному из студентов. Каким-то людям в форме пришлось пристрелить беднягу. Я имею в виду медведя. А студента отвезли в больницу. Это ж надо сообразить — напоить водкой медведя! О чем эта молодежь вообще думает, вот что интересно.

В пачке с почтой Королев нашел конверт на свое имя. В нем оказалось короткое машинописное письмо и две фотографии, на одной из которых была Мэри Смитсон.

«Уважаемый капитан Королев! В продолжение нашего вчерашнего разговора высылаю вам фотографии с визовых документов гражданки Марии Ивановны Кузнецовой (она же Мэри Смитсон) и гражданки Лидии Ивановны Долиной (она же Нэнси Долан). Надеюсь, это поможет вам в расследовании. У нас есть информация, что гражданка Долина также является монахиней. Как оговаривалось ранее, вы должны соблюдать строжайшую секретность в поисках и в случае каких-либо вопросов или сомнений обращаться ко мне за дополнительными инструкциями. Полковник Грегорин»

Нэнси Долан, как и убитая девушка, была красива — темные глаза, длинная шея и бледная кожа. У нее было открытое лицо и, судя по фото, бойкий характер. Она смотрела куда-то влево, как будто отворачивалась от фотографа. Волосы у нее были темные и коротко подстриженные — такую прическу нечасто встретишь в Москве, где только жены специалистов или партийных работников могли позволить себе стричься у дорогих парикмахеров. Поговаривали, что члены Центрального Комитета лично звонили мастеру Павлу на Арбате, чтобы записать к нему нужного человека. По правде говоря, Нэнси Долан совершенно не походила на монахиню в классическом смысле этого слова, но если об этом сообщил Грегорин, значит, так оно и есть — информация полковника не может быть непроверенной.

Он достал пачку «Беломорканала», которую держал в верхнем ящике стола, и только собрался прикурить, как зазвонил телефон.

— Королев слушает, — сказал он в трубку.

— Алексей Дмитриевич? Это Попов. — Голос генерала прозвучал так, будто его только что разбудили после долгого сна. — Я прочитал ваш отчет. Зайдите ко мне с Семеновым. И Ларинина захватите.

— Они еще не пришли, товарищ генерал.

— Тогда дождитесь этих лентяев и приходите. А пока скажите Ясимову, чтобы он зашел ко мне. Передайте ему, что я буду разочарован, если дело с медведем не продвинулось.

— Конечно, товарищ генерал.

Генерал положил трубку и Королев с тяжелым вздохом закурил. Начинать утро с рассерженного генерала Попова — недобрый знак. Королев хорошенько затянулся, поймал на себе взгляд Ясимова и, ткнув папиросой наверх, сказал:

— Начальник ждет отчет по делу с косолапым. Судя по голосу, сейчас он и сам похож на медведя.

Через полчаса Королев с коллегами тоже отправился к генералу. Он кратко рассказал о развитии событий и по распоряжению генерала сообщил Ларинину о Мэри Смитсон и о том, что в деле замешано НКВД. По мере того как Королев выдавал информацию, лицо Ларинина все больше бледнело. Он по-прежнему был похож на свинку, но уже не на такую счастливую. А точнее, в этот момент он походил на свинью, которая только что узнала, из чего сделаны съеденные ею сосиски.

— Товарищ генерал… — начал было Ларинин, но Попов не дал ему продолжить.

— Не тратьте время впустую, Ларинин. Вор был вашим заданием, поэтому не пытайтесь отойти в сторону, а я буду следить, чтобы вы впредь не увиливали от этого дела. Вопросы есть?

Все посмотрели на Ларинина. Он замер с приоткрытым ртом, но в конце концов покачал головой.

— Отлично, — сказал Попов. — Итак, дальше. Что вы собираетесь делать сегодня, Алексей Дмитриевич?

— Надо попытаться вычислить машину. Мы думаем, что это черная «эмка». Может быть, товарищ Ларинин сможет этим заняться, ведь у него остались коллеги в дорожной милиции? Это поможет нам сузить круг подозреваемых. Не мешало бы получить список всех «эмок», зарегистрированных в Москве, а также список организаций, к которым они приписаны. Это бы очень помогло. Затем нужно узнать, не видел ли кто похожую машину около стадиона или возле церкви в те ночи, когда были совершены убийства. Любая информация может пригодиться. — Генерал согласно кивнул. — Кроме того, товарищ Семенов должен повторно опросить жителей, — продолжал Королев. — Когда обнаружили тело девушки в церкви, недалеко крутились беспризорники, и я собираюсь поговорить с ними.

— А что с Тесаком?

Семенов и Королев повернулись к Ларинину.

— Я сейчас изучаю фотографии с места преступления. Пока ничего. Когда проявят фотографии со вскрытия, я постараюсь показать их другим следователям. Возможно, кто-то узнает его, — устало прозвучал ответ Ларинина.

— А эта новая девушка, Долина? Или как ее там — Долан? — спросил Попов.

— Я покажу фото Шварцу. — Королев помедлил, думая, что сказать дальше. — Если она действительно связана с Мэри Смитсон, надо будет по-тихому разыскать ее. Она американка, во всяком случае, для них, но у нее русское происхождение. Думаю, нам следует аккуратно прошерстить места, где часто бывают американцы. Например, посольство или гостиницы.