Чтение онлайн

Когда в купальню вошла Мари она увидела супругов Найт ласкающихся в остывающей воде. Она вспыхнула и отвернулась.

– Мари, не стой! Подогрей нам воду! Я мой муж хотим провести здесь ещё некоторое время! – прижимаясь к Артуру всем своим телом, проговорила Элайна, горячим захлёбывающимся шёпотом.

– Как прикажете, госпожа, – отвечала Мари, опустив глаза.

Всё оказалось не так хорошо, как Рагне показалось вначале. Конечно, у него не отобрали меч, но в тоже время его даже не спросили, хочет ли он ехать с ними. Рагна покосился на Лиону, она ехала рядом поджав губы, всадники окружали их со всех сторон и её молодая лошадь волновалась, так, что девушке приходилось постоянно успокаивать её. Она, похоже, тоже прекрасно понимала, что эти люди каждого из которых она знала по именам, больше не являются людьми её отца. У этих горцев теперь был новый хозяин. Как Рагна понял, они бежали, спасаясь от расправы и прибились к другому лорду. Этот лорд недавно женился на сироте по имени Элайна и получил в наследство старый замок, стоявший на перевале, к которому сходились все торговые пути этого края, его расчёт лежал на поверхности. Рагна вздохнул, может быть ему удастся договориться с этим лордом? Получить кусок земли и наконец, где-нибудь осесть? Лиона бросила на него быстрый взгляд и отвернулась. Сердце у Хатча сжалось. Зачем она этому лорду? Предположим, что ему нужен её замок. Но ведь он уже женат! Впрочем, как знал Рагна жёны имеют обыкновение иногда умирать. Он решил разобраться в ситуации и действовать в зависимости от этого. В любом случае у него был меч, и он был ещё жив. Если понадобится отдать жизнь за дочь сира Рикарда, он сможет это сделать! Кроме того его крайне смущало, что эти так называемые люди лорда Найта, занимались откровенным разбоем на большой дороге. Этот их лорд представлялся ему сейчас как настоящий главарь банды. Митч поравнялся с ним.

– Я тебя помню! – проговорил он вполне дружелюбно.

– Я тебя тоже! – отвечал ему Хатч.

Лиона недовольно взглянула на своего бывшего слугу и, пришпорив лошадь, поскакала вперёд, не захотев ехать рядом с Митчем.

– Не обижайтесь на нас! – примирительно сказал он, – лорд Найт всего лишь хочет пообщаться с леди Рикард! Это и, правда, очень важно! Ты можешь рассчитывать на большую награду, за то, что охранял нашу госпожу!

– Она больше не ваша госпожа! – отвечал ему Рагна, – и я не охранял её! Мы просто путешествовали вместе!

– А ты, вижу, всё также остёр на язык! – засмеялся Митч, – не стоит так напрягаться! Вам ничего не угрожает!

– Вы нас отпустите? – спросил Рагна.

Митч помрачнел.

– Это не мне решать, – признался он, – это будет решать лорд Найт. Но ты должен понимать, что леди Рикард угрожает серьёзная опасность! Ей нужен кто-то, кто будет её защищать и одного наёмника, даже такого как ты, явно для этого не достаточно!

«Такого как я!» – с горечью подумал Хатч.

– Вы будете защищать её или она станет заложницей твоего лорда? – спросил его Рагна.

Митч недовольно хмыкнул и отъехал в прочь. Их дорога шла над ущельем, Хатч поравнялся с Лионой и поехал рядом.

– Вы бывали в этих местах, леди Рикард? – спросил Рагна.

Девушка отрицательно покачала головой. На ней был всё тот же мужской наряд, в котором она отправилась в это путешествие, но Хатч отметил про себя что теперь она совсем перестала притворяться парнем. Однако с мечом она не рассталась.

– Вы умеете с ним обращаться? – спросил Рагна указав на её оружие.

– Это меч моего отца. Отец учил меня. Не знаю зачем он это делал, может быть, он всегда хотел чтобы родился мальчик, но родилась всего лишь я! – Лиона грустно улыбнулась.

– Это не так! – твёрдо проговорил Рагна, – Ваш отец очень любил Вас! Слышали бы Вы, как он о Вас рассказывал! Слушая его рассказы о Вас, я тоже влюбился в…, – поняв, что вот-вот сморозит глупость, Хатч осёкся и замолчал.

Лиона вспыхнула. Некоторое время они ехали молча.

– Простите, – пробормотал Хатч смущённо.

– Этот меч слишком тяжёл для меня! Думаю, он никогда не будет мне по руке, – грустно сказала Лиона. Хатч хотел ей сказать что-нибудь ободряющее, но не находил подходящих слов.

– Знаете, сир Рагна, из-за меня умерла моя мать! – Лиона невесело усмехнулась, – она умерла рожая меня! Так что я её совершенно не знала. Мне кажется, глядя на меня отец всегда думал об этом.

– Я так не думаю! – пробурчал в ответ Хатч.

– Смотрите наш замок! – сказал, поравнявшийся с ними Митч указывая рукой. И правда Рагна увидел возвышавшийся на холме замок, единственная дорога бежала извиваясь прямо к его воротам. С одной стороны от замка зияла глубокая пропасть, с другой стороны, его недостроенная стена упиралась в высокую скалу с почти отвесными склонами, от которой начиналась устрашающего вида горная гряда. «Если хочешь попасть в долину этого замка никак не минуешь!» – подумал Рагна. Он сразу заметил строительные леса, протянувшиеся вдоль недостроенной стены. «А они времени зря не теряют!» – подумалось ему. Митч поскакал вперёд, чтобы предупредить об их появлении. Лиона вдруг протянула свою маленькую, затянутую в перчатку руку и сжала руку Хатча, он понял что ей страшно.

– Не бойтесь, леди Рикард! Я не дам Вас в обиду! – прошептал он. Лиона одарила его таким благодарным взглядом, что сердце Рагны едва не выскочило из груди. «Боже мой! Я словно в детство впал!» – подумал он. Но, Боже мой, как же ему было хорошо! Хатч подумал, что мог бы даже и умереть сейчас!

Город спал, почти весь он был погружён во тьму и только над борделем «Ласка» ярко горели смоленые факелы, освещавшие намалёванную красными буквами вывеску. Впрочем, и они давали больше вони чем света. Закутанный в плащ всадник чёрным призраком проскакал по пустым улицам, стук копыт его коня громким эхом катился перед ним, заставляя жителей нервно ворочаться на своих жёстких постелях. Чёрный всадник остановил коня позади борделя и спешился. Тишина ночи нарушалась только шумным дыханием время от времени всхрапывавшего коня.

– Тише! Тише ты! – пробормотал всадник погладил лошадь по морде. Конь словно собака лизнул его руку большим шершавым языком.

– Я скоро приду за тобой! – всадник привязал лошадь к покосившемуся столбу, непонятно для каких целей вкопанному у стены здания. На эту сторону не выходило ни одного окна. Закутанный в плащ путник постучал в маленькую дверь, почти не различимую в темноте. Ответа не было, оглянувшись по сторонам он постучал ещё раз, уже громче.

– Иду! Иду, Лала! – послышался громкий шёпот из-за двери, грохнул тяжёлый засов, полоса света на секунду пробежала отразившись в грязных лужах. Путник проскользнул в приоткрытую дверь и улица снова погрузилась во мрак. Оказавшись за дверью всадник оказалась в объятиях невысокой чёрноволосой тёмноглазой девушки.

– Ты меня задушишь, Сэльма! – сказала она отстраняясь.

– Я соскучилась, Лала! Мы так редко видимся! – обиженно надув губы, отвечала девушка.

– Они здесь? – спросила Лалатина, она сняла плащ, подав его Сэльме, её светлые волосы рассыпались по плечам.

– Ты такая красивая! – вырвалось у куртизанки.

– Ты смущаешь меня, – отвечала Лалатина, чтобы скрыть выступивший на щеках румянец, она закусила нижнюю губу и отвернулась. Сэльма прижалась к ней своей горячей большой грудью и потянулась своими губами к губам Лалатины.

– Хватит этих игр! Я тороплюсь, Сэльма! – строго сказала ей леди Стоун.

– Один поцелуй! – потребовала Сэльма и Лалатина подчинилась. Как обычно она ощутила лёгкое головокружение от поцелуя этой проститутки. Она подумал о том, что как будто в слюне у неё содержатся какие-то странные вещества, способные свести любого с ума. Во всяком случае, слюна Сэльмы была сладкой, а язык горячим и ловким. Их поцелуй получился чуть более долгим, чем Лалатина рассчитывала.

– Что со мной? – прошептала Сэльма отрываясь от леди Стоун и отступая от неё на шаг.

– Я никому не позволяю целовать себя! Я… Что ты со мной делаешь? – прошептала он в отчаянье.

– Сэльма! – Лалатина, обнял её и прижала к себе. Куртизанка спрятала лицо у неё на груди.

– Раньше я нормально переносила, когда меня трахали, иногда даже получала удовольствие! Но с тех пор, как я познакомилась с тобой, всё изменилось! Я думаю только о тебе! Когда на меня влезает очередной пьяный, вонючий мужик, я закрываю глаза и думаю о тебе! Только так я могу перенести весь этот ужас! – зашептала она сбивчиво, – Лалатина, ты любишь меня?