Чтение онлайн

Она перезвонила Винсу, прослушав его сообщение, и он рассказал ей, что Имоджен не вернулась домой.

– Она не могла уйти вот так, ничего не сказав, – уверенно заявила Шона. – Она же тебя любит.

– И я люблю ее! – воскликнул Винс. – Но что-то явно пошло не так. Ты же знаешь, какая она хрупкая.

Вообще-то Шона не думала, что Имоджен такая уж хрупкая, но не могла не признавать, что подруга иногда придавала слишком большое значение мелочам. «Ты любишь из всего делать драму, – сказала она как-то Имоджен. – Любишь сгущать краски, любишь сутулиться и делать все эти твои французские штучки, хотя твои родители были чистокровными ирландцами!» И та согласилась, что иногда бывает чересчур мелодраматична, но это только потому, что жизнь действительно невыносима, просто невыносима… Это заставило тогда Шону взглянуть на нее повнимательнее и спросить, все ли с ней в порядке. Имоджен ответила, что теперь да и что Шона всегда знает, как поставить все на свое место. И ей повезло, что у нее есть такая подруга!

– А еще тебе повезло, что у тебя такой муж, как Винс, – сказала Шона.

– Да, точно. Разумеется, – Имоджен кивнула. – Мне невероятно повезло.

А может быть, думала теперь Шона, что-то было не так? Просто Имоджен об этом не говорила?

– Вы что, поссорились? – спросила она Винса.

– Мы никогда не ссоримся, – ответил он.

– Она бы не сбежала просто так, не говоря ни слова! – Шона достала мобильный телефон и уставилась в него. Но там не было ни звонков, ни сообщений от подруги.

– Поэтому я и беспокоюсь, – сказал Винс. – Клянусь тебе, Шона, мы не ссорились. Нам просто не из-за чего ссориться.

– А что в полиции говорят?

Винс вспомнил о том часе, который провел в полицейском участке, куда направился сразу после разговора с Конором Фоули. Женщина-офицер расспросила его об Имоджен, особенно интересуясь тем фактом, был ли у нее доступ к их счетам. Винс-то даже не подумал об этом. Заглянув в мобильное приложение и увидев, что она снимала деньги в тот день, когда улетала в Францию, а потом уже в Париже, он потемнел лицом.

– В сочетании с заявлением об уходе с работы это явно указывает на то, что ваша жена приняла определенное решение, – голос женщины-офицера был полон сочувствия. – Может быть, вы поспорили о чем-то перед ее отъездом? Поссорились?

Винс сказал ей то же самое, что Шоне. Что они никогда не ссорились. Что у них идеальный брак. Что он любит Имоджен, а она любит его.

Полицейская спросила, принимала ли Имоджен какие-то лекарства, есть ли у него основания думать, что ей угрожает опасность. Он был честен: ответил, что никаких лекарств она не принимала, но что жизни ее действительно угрожает опасность, потому что она из таких людей, которые сами не могут позаботиться о себе. Женщина-офицер спросила, в чем это выражается, и он объяснил, что Имоджен нужен он. Тогда офицер посмотрела на него со странным выражением и спросила, с чего он взял, что она не может о себе позаботиться, если она вообще-то выполняла достаточно сложную работу, которая, собственно, и привела ее в Париж, куда взял ее с собой босс.

– Да ну в этом же все и дело! – закричал он. – Ее работа очень проста по сути: ее может сделать любой. Причина, по которой она отправилась в Париж, в том, что ее начальник сломал руку, и ему нужна была помощь. Она не этакая, знаете, бизнесвумен высокого полета, она совершенно обычный человек, и ей нужно, чтобы я приглядывал за ней.

– Что ж, мы, конечно, сделаем запрос, – пообещала офицер. – Но, судя по всему, речь здесь не идет о преступлении. Сбежать – это не преступление, даже несмотря на переживания тех, от кого сбегают. Если вас это успокоит, мистер Нейтон, я вам скажу, что около восьми тысяч человек объявляется в розыск ежегодно, и большинство из них рано или поздно возвращается домой. Уверена, что ваша жена вскоре свяжется с вами. Иногда людям просто надо немножко свободы, вот и все.

– Ну и вот, – рассказывал он Шоне, – она сказала, что они проведут расследование, но они совершенно точно не придали этому особого значения.

– Может быть, она права, – задумчиво сказала Шона. – Может быть, Имоджен уже завтра появится дома.

– Ну отлично, – он взглянул на нее с возмущением. – Теперь и ты на их стороне!

– Нет, совсем нет! – воскликнула Шона. – Я очень хорошо понимаю, как ты волнуешься. Но взять деньги, отправить письмо… Все это выглядит так, будто она это спланировала, разве нет? А не могла она решить навестить свой дом во Франции?

– Она бы сначала сказала об этом мне, – заметил Винс. – И я не верю, что она что-то планировала. Она не умеет планировать, ты же знаешь!

– Но что, если ей просто в голову пришла эта идея?

– На пути в долбаный аэропорт?! – взревел Винс.

– Ну она могла решить в последнюю минуту и… – голос Шоны прервался. Она поняла, что исчезновение Имоджен – это не результат спонтанного импульса. Ее подруга прекрасно знала, что делает.

– Вот я думаю, – произнес Винс, голос его дрогнул. – Это был кто-то из Франции.

– Ты имеешь в виду мужчина? – глаза Шоны расширились. – Ох, Винс, вот уж это точно нет. Не думаю, она всегда была полностью предана тебе.

– Я тоже так думал, – сказал Винс. – Но…

– Уверена, что у нее никого нет, – твердо заявила Шона, хотя на самом деле она уже ни в чем не была уверена. Если уж на то пошло, для начала она совсем не ожидала, что Имоджен способна вот так сбежать. Так что, возможно, нельзя исключать, что она сбежала с кем-то. И в таком случае, как только подруга выйдет на связь, Шона сообщит ей все, что думает. Конечно, не ее дело судить Имоджен и ее отношения, но нельзя так поступать.

– Мне самому трудно представить, что у нее был кто-то, – признался Винс. – И потом, мы ведь пытались завести ребенка.

– О!

Шона удивилась. Имоджен никогда не говорила о желании родить ребенка. Вернее, они, конечно, обсуждали подобные темы, и у Шоны создалось впечатление, что Имоджен скорее даже против этого. На самом деле та несколько раз говорила, что не думает, что у нее будут дети. Слишком большая ответственность, говорила она. Слишком легко испортить им жизнь, как говорится. Шона, правда, думала, что Имоджен говорит «вообще» безотносительно, а тут, оказывается, вот как…

– Дело в том, – продолжал Винс, – что она думала, что беременна… Но нет, она не была беременна. И это могло очень ее расстроить.

– О господи. А ты сказал об этом в полиции?

Винс кивнул: «Но они и к этому отнеслись очень невнимательно».

– Они вообще собираются что-нибудь делать?

– Сказали, что проведут расследование. Не знаю, что это на самом деле означает.

– Нам надо самим провести расследование, – решила Шона. – И начать надо с тех людей, к которым она может пойти, когда расстроена, – с ее семьи.

– Я ее семья, – отрезал Винс. – В этом все и дело, Шона. Мы команда: Имоджен и я. И больше нет никого.

– А ее отчим? Может быть, она вообще не села в самолет. Может быть, она села на поезд в Лондон и отправилась к нему.

– Ее босс ехал «Евростаром». И ее с ним не было.

– Поездов-то ведь много, – возразила Шона.

– У меня нет никаких контактов ее отчима, – сказал Винс. – Я даже не совсем уверен, где он живет.

– Я думаю, ты что-нибудь найдешь. У вас есть записная книжка?