Чтение онлайн

– Дорогой, правда, это было клево?
– кричала Клер.

Малкольм пожал плечами.

Мирне хотелось его пнуть.

Как только песня закончилась, послышался шквал аплодисментов.

– Добрый вечер, Лос-Анджелес, - закричал в микрофон Сед.
– Вы готовы повеселиться? - и направил микрофон в толпу. Когда они ответили недостаточно громко, он закричал.
– Я спросил, вы, мать вашу, готовы повеселиться?
– Он произносил каждое слово, покачивая головой, а затем снова повернул микрофон к толпе. На этот раз зрители ответили с большим энтузиазмом.

Клер съежилась.

– А ему обязательно так выражаться?

– Что ты хочешь, сказывается бедность речи, - прокомментировал Малкольм, улыбаясь себе под нос.

Мирна представляла, как ударяет его в живот.

Сед продолжал говорить:

– Отсюда кажется, что в нашем родном городе собралась просто шикарная публика. А тебе так не кажется, Джейс?
– Он ухватил Джейса за воротник и вытянул поближе на сцену.

– Самые чумовые, - тихо ответил Джейс в микрофон Седа.

Мирна улыбнулась. Он чертовски милый. Какая-то девушка из толпы закричала:

– Я люблю тебя, Джейс!

Даже отсюда Мирна видела, как он покраснел и ответил:

– Я тоже тебя люблю.

– Вот значит, как, - рычал Сед.
– А меня кто-нибудь любит?
– Он расставил руки, словно собрался обниматься.

Тысячи женщин завизжали, показывая свою любовь Седу. Он засверкал своей белозубой улыбкой.

– Так-то лучше. Между прочим, сегодня мы записываем наш концерт, так что, поможете нам оторваться по полной?

О да, еще как помогут. Сед прекрасно знал, как завести толпу. Мирна закрыла уши, защищая их от воплей беснующей толпы.

– Хотя наш продюсер уговаривал нас записать концерт в Канаде.

– Фууууу, - начала толпа в знак протеста.

– Именно это я ему и сказал, поэтому не разочаруйте меня. Я на вас надеюсь, ребята. Я сказал: кто, как не жители Лос-Анджелеса знают, как зажигать. Что на это скажешь, Мастер Синклер?

– Ну, не знаю, Сед, - заговорил в микрофон Брайан.
– Вспомни последний концерт на Севере. Фанаты были просто, чертовски неуправляемыми.
– Он замолчал, слушая негодование толпы.
– Но мы же только разогреваемся.
– Он потер руки, якобы разогревая их. Эрик пробарабанил - бам-бам-бам, поддерживая шутку Брайана.

Мирна смеялась вместе с остальными. Все, кроме Малкольма. Его челюсть напряглась, когда он сжал зубы.

Эх, как же ей хотелось сейчас ударить его.

Да что с ним такое? Как будто он специально не хотел наслаждаться концертом. Клер уже заигрывала с одним из помощников и вокалистом группы на разогреве, который не понимал, что общается с матерью Брайана Синклера. А Клер не волновало, что в это самое время многотысячная толпа восторгается ее сыном. Она не обращала на это никакого внимания.

Не удивительно, что Брайан так нуждался в любви и постоянном одобрении от Мирны. Глупые родители. Мирна почувствовала жгучее желание обнять Брайана. И сказать какой он замечательный. И что ему не нужно одобрение его отца. Что у него есть любовь всей этой многотысячных фанатов, но это не закроет дыру в его сердце, о существовании которой она и не подозревала до сегодняшнего вечера. Только одно поможет от нее избавиться.

– А знаете, что вам надо сделать?
– как бы невзначай сказала Мирна Малкольму.
– Вам надо выйти на сцену и показать этим детишкам, у кого их кумиры научились так играть на гитарах.

Он посмотрел на нее, но тут же отвернулся, пытаясь скрыть свое любопытство.

– И с чего ты вдруг решила со мной заговорить?

Ой, как же Мирне хотелось врезать ему по морде.

Она пожала плечами:

– Ладно, если не можете то…

Он напрягся, руки на груди сжались, бицепсы напряглись, натягивая рукава футболки.

– Есть разница между не могу и не хочу.

– Но результат один и тот же.

Группа начала играть следующую песню. Она смотрела на них с большим удовольствием, притворяясь, что не замечает Малкольма, который постукивал ногой и убрал руки в карманы, когда Брайан играл. А это будет легче, чем она думала. Ему хочется выйти на сцену и сыграть с Брайаном. Тогда, почему он сдерживается? И почему принижает не только его, но и всю группу.

Большая часть толпы покачивалась в такт музыки. Когда песня закончилась, зрители ринулись к ограждению, стараясь быть как можно ближе к сцене.

– Сегодня безумные зрители, - прокомментировала Мирна.
– Хоть раз такое видели?

Малкольм усмехнулся:

– Милочка, вы про Вудсток слышали?

– Ой, точно, у вашей группы там было первое выступление. И когда это было? Лет сорок назад?

– Ага, примерно столько и прошло. Самые лучшие четыре дня в моей жизни.

– Я думала, что дни, когда ваши дети появились на свет одни из лучших, но похоже ошибаюсь.

– Я был на гастролях в Кливленде когда родился Брайан, и в Новом Орлеане когда родилась Кара.

– Наверное, это тяжело. Быть в турне, когда на свет появляются ваши дети.

– В турне всегда тяжело. Я многое пропустил. Но еще тяжелее сидеть дома.

– Но вы можете сегодня наверстать упущенное. Я уверена, Брайан с удовольствием сыграет на сцене одну из песен «Крылатой Веры». Он сам так говорил.
– Брайан прости меня за эту ложь.

Малкольм слегка нахмурил брови, и Мирна надеялась, что он обдумывает ее слова. Он взглянул на жену, которая стояла в окружении мужчин. Мирна насчитала двух барабанщиков, басиста и гитариста, в довершение вокалист и помощник. Малкольм закатил глаза и снова скрестил руки на груди.

Она видела, как ему хотелось на сцену, но похоже его нужно подтолкнуть.

– Я должна перед вами извиниться, за то, что назвала вас…

Он поднял руку, останавливая ее:

– Ты всегда такая болтливая?
– спросил он.
– Наверно сводишь Брайана с ума.

Она засмеялась:

– Нет, я много говорю только, когда нервничаю.

Он посмотрел на нее. Действительно посмотрел:

– И с чего ты нервничаешь?

– Я стою рядом с одним из величайших гитаристов современности. Не знаю, кто бы еще смог заставить меня так волноваться. Только если Джими Хердрикс восстанет из мертвых и встанет рядом.

– Знаешь, восставший Джими Хендрикс любого бы заставил поволноваться.
– Они засмеялись, продолжая громко разговаривать, пока на сцене одна песня сменяла другу.

– А вы встречались с ним на Вудстоке?

Малкольм покачал головой.

– Я видел его выступление. Этот парень умел играть.

– Брайан такой же, я вижу, он перенял его манеру игры, и вашу тоже.

– Мою? Его звучание и близко не похоже на мое.

– Конечно, похоже. Вы только послушайте. Это же ваш стиль только слегка улучшенный.