Чтение онлайн

–  Ты доказал, что достоин награды Турнира! На одной из этих подушек - мешок с сотней золотых. На другой - плащ ученика Академии. Ты достоин и того, и другого.

Выбор - за тобой!

Здоровяк, не задумываясь, положил руку на плащ и трибуны взорвались шквалом аплодисментов, приветствуя выбор победителя. Просветленный пожал ему ладонь, обнял воина за плечи и, дождавшись, пока смолкнут крики, возвестил:

–  Поприветствуем нового брата, друзья!
– троекратный лязг мечей о щиты отряда латников, незаметно выстроившегося за Настоятелем, почти перекрыл восторг трибун, и счастливый воин, прижимая к груди сверток, занял свое место в этом строю. …Из семи победителей турнира, вызванных до унгов, только двое выбрали деньги: лучник и воин, дравшийся шестом. Теперь они, почему-то пряча глаза, стояли по левую сторону от отряда латников, сжимая в руках мешки с монетами и возвращенное им оружие. Впрочем, причин, по которой они сделали такой выбор, могло быть множество: сумма была более чем велика, поэтому зрители приветствовали их выбор точно таким же ревом, как и решение тех, кто выбрал учебу.

Наконец, дошла очередь и горцев:

–  Брат Ольгерд и сестра Беата!
– пророкотал Просветленный и… улыбнулся.

Трибуны взвыли так, что принц даже поежился.

–  Вы доказали, что достойны награды Турнира! Но прежде, чем я предложу Вам выбор, я бы хотел еще кое-что добавить.

Просветленный встал на одно колено, поцеловал руку ошеломленной таким поступком девушке, снова встал и продолжил: - Я преклоняюсь перед мужеством этой юной девушки, в упорнейшей борьбе доказавшей, что мужество не зависит от пола! И я с удовольствием дарю первой за всю историю его существования Турнира меча Террена победительнице этот комплект мечей!
– он взял из рук распорядителя богато изукрашенную перевязь с оружием и протянул его девушке.

–  А теперь делайте свой выбор, господа!

Глядя, как горцы, не задумавшись ни на секунду, положили руки на плащи, Голон взвыл от бешенства и заскрипел зубами…

–  Итак, выбор сделан! И единственное, что я должен сделать, так это объявить, что всем победителям Турнира Славы, вне зависимости от их выбора или места, где они будут жить, я вручаю дворянский патент. И где бы вы не находились, друзья мои, - он повернулся лицом к победителям, - знайте, что вы находитесь под нашей защитой! Слава Победителям! И еще… Для заинтересованных лиц… Торги, на которых вы сможете выкупить право пригласить на службу выпускников Академии этого года, состоится завтра вечером, в главном зале Академии… А сейчас я объявляю Турнир меча Террена завершенным и жду встречи с вами ровно через год…

–  Ваше Высочество!
– глядя на бледного от бешенства принца, взвыл Тро.
– Еще не все, поверьте! Их сейчас отпустят на сутки для прощания с родными и близкими…

Тут такой порядок… Люди готовы… Три десятка человек… Часть из них - те, кого победили эти самые унги… Мы выкрадем ее вечером или ночью, я обещаю…

Еле сдержавшись, чтобы не врезать кулаком в испуганное лицо помощника, Голон Крыса проводил взглядом удаляющихся к неприметной двери в дальнем конце Арены победителей и, встав с кресла, прошипел:

–  У тебя остался только один шанс… Ты меня понял?

Глава 19. Хранитель Эол.

…Очередное Пророчество прихватило во время обеда - сердце вдруг заколотилось, как бешеное, лоб покрыла испарина, в глазах потемнело; я выхватил из кармана "дежурный" блокнот и стило и, уже записывая бьющиеся в сознание строки, наткнулся на удивленные взгляды Маныша и его "яйцеголовых". Трясущимися руками дописав последние слова, уже исчезающие из сознания, я облегченно откинулся на спинку кресла и, нащупав кнопку экстренного включения автомеда, хотел было ввести себе успокаивающего. Но не тут то было - забывшие про еду ученые, сорвавшись с места, поволокли меня в лабораторию, по дороге переписывая показания о состоянии моего здоровья "в процессе" с большого искина "берлоги" на свои коммуникаторы. Шагая по коридору, я вдруг сообразил, что оставил Пророчество на столе, и попытался было восстановить в памяти его строки, но не тут то было - как обычно, откровение мгновенно стиралось из памяти, оставляя после себя ощущение приобщения к чему-то запредельно тревожному. Решив, что текст не пропадет, я покорно упал в указанное мне кресло, дал облепить себя сотней с лишним датчиков и отрешенно наблюдал за суетой мечущихся по помещению соплеменников…

–  Ну, и что это, по-твоему, должно значить?
– Маныш, появившись в лаборатории, устроился напротив меня и торжественно продекламировал написанный мною текст:

–  Найдет Щенок Любовь до гроба, ища возможность отомстить.

А где-то Смерть по горным тропах к себе сумеют подпустить… …Тех, кто, забыв про кровь, беспечно забросил меч - согнет в дугу… …А Волки встанут грудью… Вечность вдруг улыбнется Вожаку…

–  А кто его знает… - злобно буркнул я, понимая, что сосредоточиться на Пророчестве, чувствуя себя подопытной крысой, все равно не получится.

–  Не понял?
– нахмурился он, и, привстав с кресла, помахал блокнотом перед моим лицом.
– Это же ты написал! Вот и объясняй…

–  Не знаю. Очень часто истинный смысл предсказанного понимаешь только после того, как события УЖЕ произойдут… - попытался было объяснить я.
– Как мне кажется, понятно только то, что команде в Скальной Гряде грозит какая-то опасность.

–  А что за вожаки и щенки?
– поинтересовался Ромни, помощник и давний соратник Маныша, какого-то черта прибывший сегодня с утра и отирающийся по моей берлоге с одному ему известными целями.

–  Детей в деревне двое. Сын Ольгерда и сын Боно. Обоим им рано искать себе невест… Тем более, что и мстить кому-то им пока не с чего… - грустно пошутил я.
– Поэтому у меня лично нет объяснения…

–  Мда… Пророчество есть, а смысла в нем нет… - скривился в гримасе Ромни.

–  Смысл есть. Просто мы о нем не догадываемся. Мало информации о происходящем.

Если бы не эта долбанная статья, ограничивающая использование техники в мирах, в которых есть возможность столкновения с высокотехнологичными цивилизациями, я, имея возможность наблюдать за социальной и политической обстановке в регионе, с высокой вероятностью мог бы предположить несколько вариантов объяснений.
– хмыкнул я.
– А сейчас приходится только догадываться и переживать за ребят.

–  За этих аборигенов?
– не поверил мне Ромни.
– Тебе-то какое до них дело? Да что бы с ними не случилось - они лишь объекты наблюдения, и не более… Ну, передохнет там пара сотен, - так их миллионы… Новых найдем!

Чувствуя, что начинаю закипать, я прикрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов-выдохов: цинизм многих сотрудников Службы по отношению к исследуемым мирам меня давно не удивлял, но отношение к моим друзьям меня бесило не на шутку.

Тем более, что я и сам не так давно понял, что Мерион, Ольгерд и еще несколько человек мне ближе и роднее, чем эти вот гуманоиды, считающие себя цивилизованными людьми. А на самом деле лишенные многого того, что, на мой взгляд, и является самым ценным в Личности - умения дружить, сопереживать, любить; искренности и непосредственности и человечности…

–  О, а ведь ты злишься… - видимо, кинув взгляд на показания искина, удивленно произнес Маныш.
– Что, и вправду переживаешь? Интересно…

–  Надо же! А ведь считает себя исследователем и ученым… - с издевкой в голосе не преминул поддеть меня Ромни.
– А мне кажется, что надо исследовать его…

Я открыл глаза, холодно посмотрел на него и, вдруг поняв, что такое ненависть, сдерживая себя, процедил:

–  Знаешь, а ведь я действительно стал другим. Эти самые аборигены меня многому научили. Например, умению защищать своих близких и друзей. Так что если ты не заткнешься, то я буду вынужден применить насилие…

У Ромни отвалилась челюсть.

–  Ромни, оставь нас… - оправившись от шока, вызванного моими словами, приказал Маныш.
– Я сказал ОСТАВЬ!
– видя, что его помощник судорожно пытается что-то сказать, начальник привстал с места и указал пальцем в сторону двери.
– Я с тобой потом поговорю…

Глядя на испуганного моим заявлением мужчину, я ощутил еще одно не присущее мне ранее чувство - злорадство. И понял, что наконец начинаю жить по-настоящему…

–  Давай вернемся к Пророчеству, ладно?
– удостоверившись, что Ромни вышел в коридор, повернулся ко мне Маныш и помахал передо мной блокнотом.
– Что бы ты сделал, прочитав ЕГО, если бы тут не было нас?