Чтение онлайн

– Не было у них каленых стрел,- продолжал воин,- инако сложилось бы по-другому. Мечей хороших тоже не было.

– Часто с пермью встречаетесь?
– поинтересовался я.

– В этих местах впервые. Вот на Каме балуются частенько. Жара что ли их выгнала. Вот ведь духота какая. Быть грозе великой.

Мы простояли сутки, пока не похоронили убитых, перегрузили суда, подтянули свою лодку. Над караваном черным облаком кружил рой слепней и оводов, пот и гнус выедали глаза. Доспехи перекочевали в лодку- мы шли налегке.

Я приспособил на голову пучок травы, завязанной сверху в виде копны и пояснял Алешке, упираясь в корму суденышка:- Комар - он, подлюга в траву не летит. Можно спокойно спать, присыпав лицо травой, туда он не полезет. Зато темнота ему нипочем, всего изведет в шатре. Вот мошка - та наоборот - и в траву полезет, а вот в темноте не укусит.

– Откуда ты это знаешь?

– Видишь ли , я родился в этих местах.

Парнишка захлопал глазами.- Как же так? Тут же люд совсем дикий.

– Я даже покажу это место. Тебе понравиться.

Десятиверстовый волок наконец закончился. Я подошел к рыжему Филиппу.

– Мы пойдем вперед. Надо торопиться. Если будет опасность, дадим знать.

– Помогай господь.

Сплавляться по течению куда веселей. Чем ниже по течению, тем полноводней становилась речка с непонятным названием. Очевидно, что в эту эпоху климат был теплей и реки полноводней. В свое время я с недоверием выслушивал предания, каким образом на Печору доставлялся хлеб, ведь речушки обмелели так, что остались одни названия. Вот в 21 веке попробуй провести тяжелую баржу по речке Ухте до первой нефтяной скважины. То-то.

Еще через сутки мелководья почти исчезли и наконец сосновый лес раздвинулся. Мы выплыли в реку Печору. Еще немного и на левом крутом берегу завиделись строения явно не местной конструкции. Это был торг или погост. Сюда издалека стягивались охотники для продажи и обмена пушнины. И сейчас на берегу было довольно многолюдно.

– Отдыхаем?
– повернулся ко мне Ждан.

– Только на день. Надо подкормиться по-людски и в баню.

– И грозу придется переждать ,- ткнул пальцем Алешка в выползающие с запада перистые облака. Действительно появились «кошачьи лапки» - признак изменения погоды. В воздухе ощущалась тяжесть и небывалая духота.

– Вот к вечеру и вдарит, - развеселился Ждан.
– Гнус прибьет - уже хорошо.

Подумалось, что гроза конечно освежит, но и уровень воды может подскочить, что не очень желательно. В поселении мы навалились на съестное - пельмени из лосятины, маринованное в луке-туруне мясо оленя, нежнейшая семга, разварная нельма, супчик из свежатинки и вся эта благодать под последний бочоночек мальвазии. Опять же баня!

Ждан умудрился исчезнуть и явился лишь рано поутру, жмурясь, как кот.

– По нашему ни «бе» ни «ме», а в остальном баба огонь, - комментировал он итоги похода.

– Где ты их находишь?

– Это не я нахожу, это мы находим , так сказать по-взаимности.

– Местные не возражают?
– спросил я и осекся, сообразив, что задал глупый вопрос. Вспомнилась Анька-Аньпель. « Сильный, высокий сын». Здесь тоже не помешает высокий и сильный отпрыск.

Ночью хлынул ливень и полоскал до утра. Вода в реке замутилась и надулась .

Я мрачнел, понимая, что этим не кончится и придется оставаться еще на день. Ждан опять исчез, а мы с Алешкой пошли на торг. Здесь доминировал бартер. Изумили сногсшибательные цены, заламываемые ушлыми торговцами. Особенно ценились железо и соль. Я усмехнулся, вспомнив о давешних планах по добыче соли на Выми. Даю голову на отрез, что пройдошливые купцы уже вываривают там соль из россола. Ведь пролезут в любую щель, вырвут выгоду из ничего, мечтая о тысячепроцентной прибыли и так во все века. К своему удивлению нам повстречался поп. Ну как же без них? Я не беспокоился, что нас опознают, чай не КГБ.

Алешке я купил меда по запредельным ценам, расплатившись серебром. Иную валюту светить не следовало, обойдется себе дороже. И цена на воск тоже впечатляла. А парафин здесь рядом, всего в сорока километрах. Всего – то докопаться до отличной нефти правда по вертикали глубиной в километр с гаком.

Богатейший край, а ведь никогда не жил богато, ни в какое время, ни при какой власти. Заколдованный круг. Дремучая страна. Даже из моих весьма полезных артефактов никто не удосужился хотя бы попытаться извлечь практическую пользу. Всех интересовало, как обустроить их бардак.

И все же это время нравилось мне больше, чем свое. Главное - оно было честней. И подлость верхов была предсказуемее и обособленная позиция церкви имела глубокий смысл. Господин чистоган еще не захватил господствующих высот и не стал целью и смыслом жизни, как у нас.

Появился Ждан и мы принялись усердно добивать бочонок. За два года общения оруженосец почерпнул от меня много чего, к примеру изучил глубины многоэтажного мата, в совершенстве овладел исполнением хитов «Ой, мороз, мороз» и «По Дону гуляет». Не надо думать, что здесь в подпитии народ не любил попеть, но аранжировки были какими-то заунывно-однообразными и в лучшем случае под гусли с бубном.

Сейчас мы с Жданом вдохновенно выводили про мороз , пугая многочисленных собак и туземцев. Алешка подхватывал чистым дискантом.

– А что, брат Ждан?
– задал я давно вертевшийся на языке вопрос, - как дальше жить думаешь? Там , на Руси нас уже давно ждут в виде растопки для костра, а в Орде даже записаны в покойники.

– А по мне, то я бы где-нибудь в Неаполе помахался, нравилось мне там. И все там ясно. Как ты говоришь: « Ты товар - тебе деньги» и наоборот. Опять же к Любаше тянуло.

– Сейчас не тянет?

– Оно бы все ничего, но как вспомню свою флорентийку - мороз по коже. Так спину царапала - по неделям не заживало.

– Это понятно. А вот почему ты не спрашиваешь, куда я тебя волоку? Может прямиком в ад.

– Ада я не заслужил, нешто не понимаю? Опять же кажись во Фрайбурге в самой большой церкви с цветными стекляшками поставил я самую большую свечу нам во здравие.

– Думаешь поможет? Кирха-то католическая.

– А как же! Ведь воск каких денег стоит!

– Резонно. Но ты не ответил.

– Понимаешь, - неохотно выдавил Ждан, - я ведь зрю, что ты, Олег, не от мира сего. Опять же вернулись в эти края дикие не репой торговать. Стало быть, где-то здесь живут такие же люди, как ты. Вот и посмотрю.

– Не испугаешься?

– Чего бояться, когда дважды уже хоронили. Да и хочется посмотреть на страну чудную, неведомую. Так что веди, атаман. Мыслю я , что там спину твою прикрыть некому. Нам не привыкать.

– Спасибо, Ждан. Если бы ты знал, как ты прав. А сюда мы еще вернемся, обещаю. Надо кой-кому рога-то пообломать. Только за оружием сходим, с нашим здесь помереть - раз плюнуть. Заодно посмотришь, чем слабые людишки зад подтирают. Наливай, что ли!