Чтение онлайн

В этот момент от Эдварда стала исходить пульсирующая энергия во все стороны, от волн воздух в комнате задрожал, но дальше им вырваться было не по силам, барьер Арсхель держал силу пророка под контролем. Мила подняла голову, словно почувствовал, что произошло нечто странное, но ничего не заметив, продолжила рассказ:

— Раньше я просто остерегалась Идрона, но после того случая я стала ненавидеть его всем сердцем, а ещё я презирала себя за свою слабость и беспомощность. Он совершил со мной ужасные вещи той ночью, но я надеялась, что он лишь поигрался и на этом всё, я больше не буду ему интересна. Но я ошибалась. Он продолжал преследовать меня, нигде я не могла чувствовать себя в безопасности, нигде, кроме домика дедушки Обеля. Он всегда был мне рад, готов выслушать и помочь. Но я видела, какими напряжёнными были его отношения с лордом, поэтому я не решилась рассказать ему, я не хотела втягивать его в свои проблемы и осложнять его и без того непростые отношения с роднёй.

Колебания энергии от Эдварда прекратились, пусть Мила, как человек без магического таланта, ничего не заметила, но Арсхель продолжала внимательно наблюдать, как её пророк в состоянии медитации реагирует на рассказ молодой служанки. Даже не понимая того, что происходит вокруг, возрождённый чувствовал боль дорогого ему человека.

— Но однажды дедушка Обель сам узнал о том, что со мной сделали. Тогда он решил преподать урок сыну лорда, да так разошёлся, что пока избивал его, разнёс два дома и своим ветром вызвал природный катаклизм в виде урагана. И как бы тот мерзавец не сопротивлялся, ему не суждено было спастись от гнева Повелителя бури. Такой шум не мог остаться без внимания, в это дело вмешался сам господин Эйрих. Хоть он тоже успел получить за дела своего сына, но всё же при поддержке других магов смог остановить разгневанного дедушку Обеля. Если бы он не был столь могущественным магом, его тут же приговорили бы к смерти, несмотря на кровные узы. Но лишиться такого союзника — было бы слишком большой потерей. Поэтому дело замяли и решили забыть, Идрону было запрещено ко мне приближаться, а меня оставили в поместье, чтобы избежать лишних сплетен. Но легче мне не стало. Этот подлец постоянно подговаривал кого-нибудь, чтобы испортить мне жизнь. Мужчины, которые раньше вели себя очень приветливо и вежливо, стали выдавать пошлые шутки да распускать руки. Поползли слухи, что я соблазняю чужих мужей и пытаюсь увести их из семьи, из-за чего ко мне стали с опаской относиться другие служанки. В конце концов, я осталась одна, все отгородились от меня и всячески избегали. Только дедушка Обель продолжал радоваться моему визиту. Чем я это заслужила? Почему это всё произошло со мной? Почему этот мир так несправедлив ко мне? Почему Бог позволяет такому происходить?

— Я понимаю причину этих вопросов, — с грустью вздохнула Арсхель. — Но Боги не могут постоянно держать вас за руку и оберегать от всех бед. Вы сами должны пройти свой жизненный путь, превозмогая все тяготы и невзгоды. К тому же и у нас есть свои законы, которые мы не можем нарушать, иначе Отец сотрёт наш мир в пыль, и тогда не будет никого из вас.

— Ваш… Отец?

— Всё верно. У меня тоже есть отец, древний Бог, обладающий силой, что выходит за рамки воображения смертных. Каким бы хаотичным тебе не казался этот мир, дитя моё, он живёт по своим законам, которые были созданы задолго до твоего появления на свет. Поэтому не стоит спешить обвинять свою судьбу в несправедливости.

— Может, когда-нибудь я взгляну на этот случай с другой стороны, но в тот момент я могла думать лишь о побеге. Но куда мне было идти? Назад в родительский дом? Да там скорее благословят меня на становление наложницей дворянина, чем примут обратно, да ещё и осудят за то, что мне выпал такой шанс, а я, дурёха, им не воспользовалась. А уходить куда-то в неизвестность было слишком страшно для меня. Я молилась лишь об одном, чтобы встретить надёжного покровителя, который смог бы вытащить меня из этого кошмара. Хотя, зачем я это рассказываю, ведь Вы наверняка всё это и так уже знаете.

— Да, знаю, и к Богам не обращаются на Вы, — ответила Арсхель. — Сейчас тебе нужно выговориться. Пусть ты этого и не замечаешь, но Эд реагирует на твой рассказ, даже в таком состоянии он тебя слышит. Пусть вы и недолго вместе, но ты стала дорога моему пророку. Расскажи ему о том, что у тебя на душе. Поведай ему о своей боли, о своих страданиях.

До этого Мила всячески старалась держать себя в руках, но после слов Арсхель девушка совсем расклеилась и залилась горючими слезами, жалобно вымаливая прощения у человека, что продолжал парить в воздухе.

— Прошу, прости меня, за мои тайны, за мой обман, за то, что пыталась воспользоваться тобой. Прости меня за всё. Я никогда тебя не любила и не питала симпатии. Как только я услышала о тебе, то сразу подумала, что ты станешь для меня ключом от двери внешнего мира. Если я буду под крылом выдающегося мага, то мне самой будет гораздо спокойней, но я не знала, кто ты и что за человек, поэтому всячески искала встречи с тобой. Я была готова на всё, лишь бы сбежать из этого кошмара. Я хотела показать тебе, что смогу быть полезной, однако когда ты указал мне на мою слабость и несостоятельность, я опечалилась не потому, что меня отвергли, а потому, что моя мечта о побеге пошла прахом. Я отдалась тебе в надежде заполучить твоё расположение, использовать тебя, а потом сбежать от тебя. Я верила, что тебе нужно от меня лишь одно. Но почему ты так отличался от других? Почему ты был так добр ко мне? Почему ты так заботился обо мне? Почему за столь короткий срок ты стал так дорог мне? Я лишь хотела использовать тебя для побега, мне нужно было твоё покровительство, чтобы обезопасить себя. Эдвард, прости меня.

Мила не смогла сдержать поток чувств и разрыдалась, закрыв лицо ладонями, девушка пыталась скрыть свои эмоции, но не получалось. Слёзы продолжали литься рекой из прекрасных голубых глаз. Арсхель нежно обняла молодую служанку и тихо прошептала:

— Не кори себя за эти тайны. Пусть Эд ведёт себя немного странно, но он вовсе не дурак и уже давно разглядел все твои помыслы. Как очнётся, сам тебе обо всём расскажет.

— Даже не знаю, примет ли он меня такую.

Затем по комнате разнёсся смех Арсхель, а сама Богиня тут же обратилась ветром и понеслась прочь из этой комнаты. Последние слова, которые услышала Мила: «Не стоит так переживать, ведь он уже принял тебя». А когда последний след Создательницы исчез, спал и барьер. Девушка осталась наедине с Эдвардом, который всё так же парил в воздухе и смотрел куда-то вдаль своими светящимися глазами.

По мере того, как солнце заходило за горизонт, а на землю опускались сумерки, в пылу битвы два могучих мага приближались друг к другу шаг за шагом. Багровый всплеск, как прощальный жест небесного светила, отпечатался в памяти всех, кто участвовал в том сражении, и ещё долго будет являться во снах, напоминая о тех ужасах, что пришлось пережить, и о тех товарищах, которых довелось потерять.

Посреди множества тел павших воинов и магов стояли двое. С одной стороны — огромный микириец с огненно-красными волосами и массивными рогами, с другой — молодая женщина, что властным взглядом сверлила своего противника.

— Что же ты наделала, Эрния? — Сокрушённо пробормотал микириец.

— Я лишь исполняла свой долг, — послышался в ответ холодный женский голос. — В отличие от Баламара и Обеля я нашла в себе силы противостоять тебе, несмотря на нашу многолетнюю дружбу.

— Не смей упоминать их имена! — Рявкнул микириец. — Они бы никогда не пошли на такое безрассудство, потому что знают, что всё это лишь фарс. «Рогатые демоны решили напасть на Халь-Шагат». Ведь именно это вам всем говорили в империи? Ложь! Ваш правитель просто вознамерился украсть тайны нашей магии начертания. В Халь-Шагате уже давно положили глаз на наши секреты.

— Думай себе, что хочешь, Дорн, но правда от этого не изменится. Твой народ заплатит за свои грехи, и ты тоже.

— Заплатит? За что? За грехи, которые вы сами нам и приписали? Как долго вы сего момента ждали? Покуда я дышу, победы вам поныне не видать. Лишь запах крови будет в воздухе витать. Все ваши воины сгорят дотла, и прахом по ветру развеются их бренные тела. Эрния д’Арль, выходи против меня. Пылает яростно моя душа!

Простые слова, но, казалось, что они были заклинанием, срывающим оковы с мощи этого микирийца, выпуская наружу всю неимоверную силу, способную всё живое обратить в прах. Тело могучего мага охватило пламя, которое тут же стало выжигать землю вокруг своим жаром. Эрния сложила руки в замок, и в тот же миг из-под ног микирийца вырвались цепи и опутали его, но уже через мгновение развеялись от столь могучего огня.

В ответ Повелитель пламени сложил ладони так, что указательный и средний пальцы обеих рук были сомкнуты и вытянуты вверх, на них загорелся огонёк, а затем Дорн набрал полную грудь воздуха и резковыдохнул, раздувая огромное пламя. Эрния в свою очередь выстроила трёхслойный барьер перед собой, и пусть он в мгновенье ока был разбит, но цель свою всё же выполнил, вражеская атака была остановлена.

Эрния сделала ещё несколько жестов руками и хлопнула в ладони, Дорна тут же окружила блокирующая энергия, а затем его тело сковали цепи. Казалось, что ему уже не вырваться из мёртвой хватки магических пут, стремящихся разорвать врага империи, но микириец с силой топнул ногой, и от удара пошла волна пламени, что взрывала и выжигала землю, поднимая куски почвы в воздух. Огонь уничтожил барьер, а мощные руки Дорна разорвали цепи, но стоило ему приготовиться к атаке, как Эрния опередила его, создав ещё больше магических пут и слоёв блокирующей энергии, которые вновь сковали тело микирийца. Но как бы Повелительница цепей ни пыталась запечатать силу Дорна, сколько бы она ни опутывала его тело, безумное пламя Повелителя огня продолжало вырываться, сжигая всё на своём пути.