Чтение онлайн

– Стэн, не отвлекайся.

– Есть не отвлекаться, шеф! Копнул чуть глубже и нашел один источник, согласно которому А, заключенная в круг, – символ Антихриста, высшего олицетворения анархии и апокалипсиса.

Маркус поднял руку, останавливая Стэна.

– Хорошо. Я хочу, чтобы ты вошел в базу данных каждой больницы, каждой психиатрической и психотерапевтической клиники в Чикаго и нашел связь с этим символом или человека, который считает себя Антихристом или действует от имени Антихриста. Дальше. Проверишь наличие любых связей буквы А в круге с любой группой сатанистов или сатанистом-одиночкой. А потом найди мне сведущего человека, который захочет с нами поговорить; человека, который знал бы, чем дышит местная субкультура.

Стэн затих, лишь рябило его изображение на экране. Наконец он поморщился и заявил:

– Босс, вы представляете, сколько психиатров и психологов работает в Чикаго?

Маркус скрестил руки на груди и без тени сомнения сообщил:

– Две тысячи четыреста девяносто.

– Черт, откуда вам это известно?

– Это было в статистических выкладках, которые ты готовил по моей просьбе.

– Я хочу сказать – как вы это запомнили?

Маркус на секунду задумался.

– На самом деле я не запоминаю цифры. Просто у меня в голове хранится зрительный образ каждой странички. Когда нужно, я вызываю его из памяти, как из каталога с цифровыми снимками на компьютере.

– Ученым стоило бы исследовать ваш мозг, босс.

– Им не понравится то, что они там найдут. – Маркус глянул на часы. – Ладно, тебе есть чем заняться, а мы пока отправимся на совещание в полицейский участок Джексонс-Гроув.

Стэн с сарказмом махнул им рукой и отключился.

– Мы идем на совещание? – удивился Аллен.

Маркус еще раз перетасовал оперативные заметки на мониторе, а Эндрю ответил:

– Да, нас вчера вечером пригласила агент Васкес из ФБР.

– Директор говорил, что вы вроде бы наладили контакт с Бюро?

– Можно и так сказать. Они с Маркусом поладили.

Маркус по-прежнему не отрывал взгляд от экрана и на подначку не поддался.

– Ни одно из подтвержденных убийств не произошло за границами штата. Все они случились в пределах юрисдикции одного полицейского управления. Как правило, картина места преступления и того места, где преступник оставлял труп, следует определенной пространственной модели, хотя для каждого преступника они разные. У каждого из них есть своя зона комфорта – как и у всех нас. Она охватывает их жилище и место работы. Статистически зона комфорта со временем растет, по мере того как убийца оттачивает свое мастерство. Однако к нашему парню все это отношения не имеет. Он пустил щупальца во все уголки Большого Чикаго, но дальше не пошел. Вот я и думаю – нет ли у него на это конкретной причины? Еще такая схема означает, что юридически ФБР не должно вмешиваться в это дело.

Аллен щелкнул пальцами, и Маркус и Эндрю повернулись к нему. Аллен поднял палец.

– Васкес… Знакомое имя. Васкес и Белакур руководили расследованием, когда мы занимались последней серией убийств.

– Мы не пересекались с полицией по тому делу, – заметил Эндрю. – Не вмешивались до последнего и начали действовать незадолго до того, как стало понятно, что пропали пять женщин, а убийца скрылся. К тому моменту на многое уже рассчитывать было нельзя.

– У меня привычка выяснять информацию о детективах, ведущих дело, к которому я подключаюсь. Васкес был хорошим копом, работал основательно. Я звонил в Чикаго через полгода после того, как следствие взяло паузу, хотел выяснить, есть ли новые зацепки. Оказалось, что Васкес погиб при пожаре. Дело Анархиста стало последним в его карьере.

– А вот это интересно, – пробормотал Маркус. – Значит, мне не зря показалось, что у Васкес есть какие-то личные мотивы. По-моему, к нам она относится с подозрением. У нее словно шило в заднице.

– Ты серьезно? – Эндрю недоверчиво уставился на напарника. – По-моему, неудивительно, что она нам не доверяет. Ты вел себя по отношению к ней как полный придурок.

– Ничего подобного.

– Нет, именно так!

Аллен поднял руки, успокаивая коллег.

– Ребята, сейчас это уже неважно. Давайте просто не будем ей мешать. Действуем скрытно, как всегда.

– Скрытность не самая сильная сторона Маркуса, – хмыкнул Эндрю.

Маркус нацелил палец в грудь напарника и заявил:

– За собой следи. Я не хуже других способен быть милашкой.

– Ладно, ладно, – поднял руки Эндрю.

Маркус снова посмотрел на часы.

– Похоже, нам пора, если не хотим опоздать на совещание.

– Где твой братик? Пора выходить, – обратился Шоуфилд к старшей дочери.

– На заднем дворе, наверное.

Шоуфилд поднял рюкзак сына с наклейкой Человека-паука.

– А вещи ему не нужны?

– Пап, я не могу следить за всем в этом доме, – раздраженно засопела Алисон.

– Спокойно, подрастающее поколение. Я не хотел тебя обидеть.

Дочь показала ему язык, и Шоуфилд подмигнул.

– Пап, а ты сегодня поедешь к бабушке?

Шоуфилд ощутил укол стыда, а в желудке возник твердый ком, стоило ему подумать о матери. Как бы она ни относилась к сыну в прошлом, какую бы боль она ему ни причинила, эта женщина дала ему жизнь. Несмотря ни на что, Шоуфилд, наверное, любил свою мать. Любил и в то же время ненавидел, не в силах ее простить.

– А что?

– Слышала, что вы говорили об этом с мамой. Просто подумала… может, возьмете меня с собой? Я ведь уже не маленькая, выдержу.

– Солнышко, боюсь, и меня маленьким не назовешь, однако даже мне с ней трудно. Знаешь что? Посмотрим, как она себя сегодня чувствует. Если все будет хорошо, в следующий раз поедешь с нами.

– Спасибо, пап!

Шоуфилд собрал завтраки для младших детей – бутерброды с арахисовым маслом и вареньем, нарезанное яблоко для Мелани и сэндвич с ветчиной и сыром для Бена и упаковал еду в коробки для ланча. У Бена – с кадром из «Людей Икс», у Мелани – из «Доры-путешественницы». Алисон, в отличие от брата с сестрой, считала себя слишком крутой, чтобы таскать в школу завтраки из дома.

Шоуфилд поторопил дочек, и они вместе вышли на задний двор. Где-то рядом засмеялся сын, однако Шоуфилд ощутил мгновенный приступ страха, услышав вторивший сыну мужской голос. Он бросился вперед и свернул за угол. Они стояли на лужайке между их и соседским домами. Бен в своей дутой голубой куртке остановился у сугроба и кинул мяч. Подачу принял старик с длинными седыми волосами и коротко подстриженной снежно-белой бородкой.

Бен заметил отца и закричал:

– Папа, смотри, мистер О’Мэлли вышел поиграть со мной!

Сосед Шоуфилдов бросил мяч в сторону Бена и сказал с сильным ирландским акцентом:

– У мальчика твердая рука, Харрисон. Не успеем оглянуться, как он попадет в НФЛ.

Бен захохотал, откинув голову. Все его маленькое тело дрожало от восторга.

– НФЛ – это футбол, мистер О’Мэлли! В баскетбол играют в НБА!

О’Мэлли засмеялся вместе с мальчиком, и Шоуфилд почувствовал ревность и гнев. Подумать только, как легко и непосредственно они тут смеются, точно двое старых друзей, обмениваются шутками.