Чтение онлайн

Лориан, в свою очередь, рассказал Орлоглазке, что верит в божественную силу Ондрона и в существование Страны Живых Зверей. Но Орлоглазка оказалась на редкость умна и задавала острые вопросы.

— Твоя вера основывается на желании единства всех племен и народов. Но хотят ли они сами такого объедет-нения? Ты спрашивал?

Лориан даже поперхнулся от подобной проницательности. С умной женщиной всегда надо держать ухо востро. А когда она не только умна, но и красива, приятное знакомство превращается в постоянное балансирование на канате. Как бы не упасть в ее глазах!

Они беседовали, поглядывая на расстилавшиеся внизу травяные холмы и ложбины, заросшие густым кустарником. К зависти менее удачливых парней из племени веков, они провели вместе несколько часов. Затем юноша неторопливо спустился, переговариваясь с девушкой наверху. На следующий день Лориан принялся за привычные дела, внешне не придавая значения тому, что произошло. Нет, он не будет жениться на хозяйке каменного склепа. Он сделал то, что другим не удавалось, но ему ничего не нужно.

Верноруку такое поведение понравилось, однако Лориан в глубине души понимал: второй подъем неизбежен. Прошло несколько дней, и в племени веков забыли о том, что сделал чужак, пришедший из восточных степей. Но Лориан не забыл о красавице, заточенной в стене. Как-то поздним вечером, убедившись, что за ним не подглядывают, он подкрался к заветному месту у стены и тихонько свистнул. Орлоглазка выглянула из проема, и лицо ее вспыхнуло радостью. Лориан понял, что его ждали. Он вскарабкался на Оплот с помощью веревки, охотно спущенной из высокой бойницы.

Орлоглазка помогла юноше перебраться через парапет. Посреди комнаты висела занавеска, делившая ее на два уютных жилища. В той половине, что выходила прорезью на восток, девушка занималась делами и проводила большую часть дня.

Ласково встретив желанного гостя, она удалилась на дальнюю половину. Затаив дыхание, Лориан ловил шорохи, доносившиеся из-за полога. Догадавшись, что девушка снимает легкую одежду из лона, Лориан смутился. Занавеска из тростника раздвинулась, и Лориан увидел обнаженное девичье тело. На реке он видел десятки и сотни голых женщин. Но там грудей, животов и мускулистых ног было слишком много, и они были всегда в движении, а здесь перед юношей самая красивая девушка Перуники замерла неподвижно, как бы чего-то от него ожидая. Ее длинные ноги завораживали нежной белизной, острые груди могли бы заставить скрежетать во сне многих подростков, если бы последние догадывались о существовании такой удивительной красоты под одеждой девы, сбрасывавшей идолов со стены. При мысли о том, что эта девушка ему доступна, Лориан затрепетал. Такого совершенного тела ему видеть не доводилось. Горячая волна затопила его сознание. Он приблизился и поцеловал девушку в холодную щеку.

Тонкие руки обхватили шею Лориана, и Орлоглазка приникла к нему. Голова неискушенного в любви подростка закружилась. Ночь прошла незаметно. Юные любовники, увлеченные объятиями и поцелуями, не обращали внимания на солнце, поднимавшееся на востоке.

После они лежали на тростниковой подстилке и разговаривали обо всем на свете. Девушка нежно провела пальчиком по багровому пятну песочной чесотки, подхваченной в кикуровском плену. Язва, не до конца залеченная травами, расползлась по правой руке от локтя до плеча.

В смущении он спросил:

— Тебе неприятно прикасаться?

— Я люблю тебя таким, какой ты есть. Со всеми недостатками. Разве может женщина любить по-иному?

Он гладил ей волосы. Заглядывал в глаза.

— Разве ты не знаешь сказания народа веков? — спрашивала Орлоглазка. — Песочная чесотка — это особый хом. Так Китовлас помечает самых сильных людей. Тех, с кем врагу рода человеческого не удалось справиться в первую встречу. Такими язвами нужно гордиться. — Всматривалась в улыбающиеся глаза Лориана. — До встречи с тобой я не знала, что где-то существуют люди с синими глазами. Думала, я одна такая: В моей семье у всех были карие глаза.

— У веков синие глаза — редкость. — соглашался Лориан.

— Знаешь, как мне бывает холодно по утрам? — спросила она, прижимаясь к его груди.

Из многочисленных рассказов Лориана ее заинтересовало описание племени, для наречия которого были характерны слова, составленные из слогов. Заливисто смеялась она, когда он изображал речь этих людей: «Ко-ко-чои чо-чо-кои ро-по-по ша-те-те». Ей нравилось, когда он в лицах изображал тех, с кем встретился в дороге к Оплоту.

— Я могу предсказывать будущее, — сказала Орло-глазка. — Я вижу твое будущее. За каменным занавесом мироздания, Огромным Оплотом, от тебя скрывается непредсказуемый Запад. Мое окно смотрит на восток, но ты рожден для того, чтобы о могуществе племени веков рассказать западным народам. Я вижу.

Многое про будущее и прошлое мог бы узнать Лориан, останься он с Орлоглазкой. Но высокое предназначение вело его прочь от любви.

— Я постараюсь достать железные ободья для твоего самоката. — Орлоглазка погрустнела при мысли, что добровольно приближает разлуку. — Не уходи, любимый… — жалобно пробормотала девушка.

— Я должен попасть в Язочу, — ответил Лориан, а про себя подумал, что поиск ответа на сложный вопрос сродни поиску хорошей жены. Верные ответы встречаются не чаще верных жен.

— Племя, умеющее читать по-писанному, живет по соседству, — объясняла ему молодая женщина. — По ту сторону Стены.

Когда последние лучи солнца отразились на бегущих облаках, оба ощутили, что близок час расставания.

Случайно заглянув за занавеску, Лориан заметил на полу знакомый короткий плащ. Значит, это все-таки была девушка!

— Этот перстень помогает тебе проходить сквозь камень? — спросил он, пытаясь скрыть волнение в голосе.

Орлоглазка встрепенулась:

— Так ты из-за перстня сюда поднялся? Ради него целовал меня? Ну так смотри!

Орлоглазка взмахнула рукой и с размаху швырнула перстень вниз через парапет. С удивительной легкостью женщина выбросила волшебный перстень.

— Надеюсь, он никого не убьет, — пошутил Лориан. Орлоглазка глядела на него недоверчиво.

— Глупая, что общего между нашими чувствами и перстнем? При чем здесь перстень?

От таких слов молодая женщина сразу смягчилась.

— Родной ты мой, — прошептала Орлоглазка, бросившись Лориану на грудь.

При возобновившихся объятиях она покачнулась, и роскошная медно-рыжая коса перелетела с девичьей спины на мужское плечо. Туго заплетенные волосы смешались с белобрысыми прядями Лориана. Любовное приключение продолжалось. Оно стоило перстня!

Орлоглазка шептала:

— Заставь меня поверить в то, что, когда вожди племен будут просить тебя стать мужем безобразной женщины ради блага их народов, ты им откажешь, обещаешь? Все больше рождается уродливых детей, потому что внутри Оплота живет чудовище Гомаледон. От него исходит жар, который, проникая сквозь камень, вредно действует на беременных женщин. Ты не задумывался о том, как спасти народ веков?

Лориан молчал.

— Глупый, волшебные перстни придуманы обманутыми людьми. Ты сможешь сотворить волшебство и без помощи перстня.

Орлоглазка молчала, пока он перебирался через парапет в темноту ночи. Лориан спустился и сразу принялся шарить в траве, не подозревая о том, что за ним наблюдает Вернорук.

Со стороны казалось, что озерный юноша собирает рассыпавшиеся зацепы и деревянные когти.

— Что ищем?

— Перстень, — односложно ответил Лориан, отряхивая росу с колен.

Меньше чем когда-либо он был склонен к разговору.

— Прости, но я тебе не помощник. Женщина и перстень — не слишком ли много для одного чужака?