Чтение онлайн

Сейчас в комнате, кроме самого Саттаха, находились Фаррух, один из его многочисленных потомков, и совсем молодой человек, почти мальчишка, с совершенно бесстрастным лицом в бедной, но опрятной одежде. Подобную личность близко не подпустили к правителю, если бы не небольшая пластинка, висящая на шее с выгравированным силуэтом какого-то зверя. Носитель подобной пайцзы мгновенно допускался к любому из таджикских правителей, а к его словам прислушивались с уважением. Этот знак носили посланцы таинственного Ирбиса, его «язык, глаза и уши». Подделать пластинку давно уже никому даже в голову не приходило: в мире существовало множество способов менее мучительно уйти из жизни.

— Сарыбек ничего не говорил о степенях родства. Шах готов встретиться в назначенном тобой месте и на предложенных тобой условиях. Например, он может приехать в Пенджикент без собственной охраны, если ты обеспечишь безопасный проезд.

— Смело, — произнес Саттах и посмотрел на внука, — что скажешь?

— Не только смело, но и умно, — откликнулся тот. — Шах понимает, что не увидит от нас зла. Причем независимо от гарантий, данных посредником. Только войны с узбеками нам и не хватает для полного счастья. А будет ими руководить при этом Сарыбек или Умид — никакой разницы. Нам хватит любого.

— А что бы ты ответил, внук?

— Я бы предложил шаху приехать к нам в гости со свитой, достойной его величия. Не стоит заранее оскорблять того, кто готов стать союзником.

— Логично, — сказал бек, и обратился к посреднику, — передай уважаемому шаху, что мы согласны на встречу и готовы принять правителя узбеков в нашем доме. Никаких условий выдвигаться не будет, Сарыбек-джан будет дорогим гостем на нашей земле. Но, — голос Саттаха стал жесток. — Мы приглашаем в гости будущего брата, а не отца. И не отчима. Думаю, ваши люди смогут подобрать более точные слова, чтобы донести до ушей Сарыбека наше решение.

— Безусловно, уважаемый бек, — поклонился посланец, — всё будет сказано точно и в срок. Есть ли еще слова, которые стоит вложить в чьи-либо уши?

— Нет. Детали и финансовые вопросы обсудите с Фаррухом. Передай Леопарду Гор пожелания здоровья и счастья. И глубокое уважение…

— Санаторий «Зеленая Роща», — прочитал Боря вывеску на воротах. — Запомнить надо, а то чего доброго, вернуться не сможем.

— Сможем, — ответил Димка Поляков, — ты выведешь.

Вера сержанта в Борины ориентировочные способности была безграничной. Если из лесов вывел, то уж из увольнения… «Моё первое увольнение за двенадцать лет службы, надо же»…

— Лучше запомнить, — сказал Юринов, — пошли.

Идти по мирному городу было непривычно. Шли по широкому проспекту. Чистые фасады домов, витрины магазинов, таблички с названиями улиц. Боря весь в цивильном, причесанный. Одел шмотки, в которых играл в Новосибирске последний турнир, благо термобелье тянется, а куртку подбирали просторную, а то могло бы и не налезть, сильно изменилась фигура… Если бы не автомат на плече… Нет, конечно, слышали: по Уфе можно ходить безоружным. Но с «калашом» как-то привычней…

Пару раз подходили патрули, проверяли документы. Прочитав выданные мандаты, извинялись, уважительно козыряли и уходили. Боря, бывавший раньше в Уфе, только в этих патрулях разницу и видел. Точнее, в их форме. Да в том, что тогда у него документы никто не проверял. Впрочем, тогда он ходил по городу без «пушки». Гуляли уже часа два. Вышли к какому-то памятнику. На постаменте стоял огромный восьмиколесный вездеход. На его стальной хребет были навьючены четыре ребристых трубы. Каждая во всю длину кузова. Возле постамента лежали цветы. Много цветов.

— Забавная штука, — сказал Борис, — Интересно, что это?

— Хрен его знает, нутром чую, что с ПВО связано, но не более. — ответил Димка, — Сейчас нам капитан по наряду влупил бы. За незнание техники собственной армии. — он неожиданно толкнул Юринова — Смотри!

В арке длинного девятиэтажного дома происходила какая-то непонятная возня.

— Помогите, — донесся женский крик.

Оба рванули на помощь, на ходу сдергивая автоматы.

— Стоять! Не двигаться! Руки в гору, мордой в пол!

Боря ожидал увидеть что угодно, но только не целующуюся парочку. Впрочем, уже не целующуюся. Парень с девчонкой лет шестнадцати на вид отпрянули друг от друга и испуганно задрали руки. Не подняли, а вытянули до упора вверх.

— Что здесь происходит? — спрашивать должен сержант, как старший по званию, но Димка только удивленно хлопал глазами, и Юринову пришлось брать инициативу на себя.

— Ничего… — дрожащим голосом произнес парень. — Мы это… Гуляем…

— Не тебя спрашиваю! Девушка, всё нормально?

— Да… — голос дрожит еще больше.

— А кричал кто?

— Мы… это… в шутку…

Юринов зло сплюнул и повесил автомат на плечо.

— Шуточки у вас!..

Вышли обратно на проспект. Присели на лавочку. Тут же подошел очередной патруль:

— Здравия желаю, комендантский патруль. Ваши документы!

Посмотрели, вернули.

— Криков подозрительных не слышали? — спросил пожилой старшина.

— Женских?

— Да.

— Молодежь в арке дурью маялась. Мы рванули, как на пожар. Слава богу, хоть, стрелять не начали. В наших краях такие игры и в голову не приходят. За попытку изнасилования — расстрел. Могут на месте кончить.

— У нас тоже. Правда, давно уже не было такого…

Борис ухмыльнулся:

— А еще хорошо, что вы опоздали. Картинка бы была: вы влетаете в арку, а там мы детей под прицелом держим!

— Ага!.. Точно!.. — ухмыльнулся старший. — Обхохочешься! Только ни разу не хочется выяснять, кто бы кого перехохотал… С перепугу-то.

— А что за памятник? — собственно, ответ Борю уже не интересовал. Хотелось перевести разговор со скользкой темы.

— Это, ребята, счастливое будущее Башкирии. Или прошлое.

— То есть?

— Зенитно-ракетный комплекс С-300. Из того дивизиона, что в Войну Уфу спас. Только вместо ракет — муляж. А так — тот самый. Который американскую ракету перехватил.

— Это как?

— А вот так. Когда всё началось, комплекс этот на марше был. То ли передислоцировались, то ли с учений ехали. И почему-то тормознули на трассе. Причина тоже не понятна. По официальной версии — мелкая неисправность одной из машин. Злые языки поговаривают, что командиру живот прихватило. А по мне, так хоть и живот, ничего позорного не вижу в болезни, которая столько жизней спасла. Потому как когда пришел сигнал тревоги, они прямо там, где стояли, и развернулись. И опять же по фиг мне, кто приказ этот отдал, командир с пониманием дела, или его заместитель с перепугу, как утверждают сторонники «желудочной версии». Место оказалось идеальным для стрельбы по баллистическим целям. Это ведь не свойственная для данного комплекса функция. В общем, сбили они американский подарочек. В итоге вместо радиоактивного пепелища — вот этот памятник. И город живой. Парочки влюбленные ходят. — старшина кивнул на недавнюю парочку, что в обнимку вывалилась на улицу.