Прощание
Шрифт:
Этот месяц пролетел как в сказке. Никаких ссор. Только незабываемые встречи с Дэном. Точнее прекрасные ночи, которые дарил ей Дэн. Но кроме обоюдной страсти и желанного секса она не испытывала к парню ничего. Просто использовала его как марионетку. А теперь понимала, что Дэн ускользает от нее. И не в ее сила теперь менять все к лучшему. Что ж, она проведет с Дэном последние денечки его свободы, прежде чем он уедет. А потом порвет с ним. Правда, не сразу, а постепенно, чтоб не травмировать его нежные чувства к ней. Тем более что в армии не так долго служить.
Дэн думал же совсем по-другому. Ему не хотелось покидать свою девушку. И думал, что Виктория тоже этого не хочет. Он не подозревал, какие планы хочет сорвать ей, думая о том, что если как-то сможет договориться об отсрочки армии. Верил, что она его поймет. Верил, что она любит его также сильно, как и он ее. Ему и в голову не могло прийти, что она сдала все свои позиции и поняла, что этот раунд она проиграла. Он молился Богу, чтоб все обошлось. Что его брат не такой как все. Что он исправит свою ошибку. Что Виктория поможет ему. Но это были лишь его несбывшиеся фантазии и неосуществившиеся мечты.
ГЛАВА 6
Армия
Дэн молча смотрел в окно. Погрузившись в свои мрачные мысли, и не замечал ничего вокруг. Она проводила его как того, и требовалось от любимой девушки. Поцеловала на прощание и сказала, что будет писать. Но прошло уже много времени, а от нее все еще не было обещанных писем. Хотя он исправно, почти каждый день писал ей, чуть ли не пачками. Его сослуживцы и командиры иронизировали по этому поводу. А в их части ходили все возможные анекдоты про парня, который ждал вестей от своей девушки. Он был не первый, и не последний парень, ушедший в армию на два года, и которого бросала девушка.
Поначалу Дэн психовал, и кто осмеливался над ним пошутить, грозился быть побитым. И не только потому, что он был простым парнем, но и потому, что он мог сам постоять за себя. А с недавних пор он заслужил уважение у всей военной части. Поэтому никто не осмеливался перечить молодому парню. Но со временем он свыкся к мысли, что так оно и должно быть. Однако своих привычек писать Виктории и брату он не изменил. Время шло быстро и незаметно. То в окопах, то в нарядах. Однообразие каждого дня убивало его веру и надежду. Дэн стал понимать, что глупо было с его стороны верить, что, что-то может измениться в лучшую сторону. Что его брат был прав в отношении Виктории. Но он не хотел в это верить. Хотя где-то в глубине своей души он все чувствовал и знал.
Полгода спустя
За все это время он получил от Виктории три письма, в которых она рассказывала о своих успехах, о новых встречах и интересных людях. Но, ни разу, ни в одно из писем не было сказано о любви, о том, что она его ждет и скучает. Дэн, молча, скомкал бумагу, исписанную красивым и аккуратным почерком девушки. Его друг и сослуживец Макс сочувственно похлопал товарища по плечу. Он не мог понять, что Дэн нашел в этой богачке, что сходит с ума от любви к ней. И лишь пожал плечами. В эти минуту Дэна лучше всего было оставить в покое. Парень сам все поймет и без его помощи. Думал Макс. И тихо отошел от друга.
Она любила перечитывать его письма, но слишком много слов о любви раздражали ее. Все шло, так как она и планировала. Дэн ей не мешал своим присутствием. И все было хорошо. А все, что было хорошо, то было в порядке вещей. Но было все ж одно «но». Иногда его письма были настолько трогательны, что она терялась в своих чувствах и мыслях. Она полагала, что ей будет лучше, если между ней и Дэном будут только дружеские отношения. Но правильно ли так думать…
ВТОРАЯ ЧАСТЬ
ГЛАВА 1
Армия
Наступил день призыва. Виктория простояла возле здания военкомата под пронизывающим, иногда смешивающимся с дождем ветром почти полдня. Дэн находился внутри здания. На часах было уже 15.00, когда офицер, наконец, начал озвучивать фамилии призывников, сообщая далее номера команд, к которым те были приписаны, откуда, куда и во сколько, будет производиться отправление к местам несения службы. Среди прочих был назван и Дэн. Его команда должна быть отправлена с железнодорожного вокзала через пять часов. Но это до отправления. Значит, они выйдут как минимум на час раньше, чтобы добраться до вокзала. Еще только три часа.
Виктория стояла и хмурилась. Может, ей стоит съездить домой и переодеться? И тут же она отогнала эту мысль. А вдруг что изменится? Там, в военкомате. И Дэна отправят раньше? А вдруг он сможет отпроситься и выйти к ней, чтоб проститься, а ее не будет? Нет. Ей стоит подождать. Она озябла. Обняла себя руками, пытаясь согреться. Тяжело вздохнула и осталась стоять на месте, среди высоких берез, которых тут, перед зданием, было полным полно. И росли они выстроенные ровными армейскими рядами, словно по команде. А она стояла и, хмурясь, смотрела на здание военкомата. Пора бы им уже выходить…
Они задержались в военкомате. На вокзал они с сопровождением добирались бегом. Поэтому на прощание времени с родными у них практически не оставалось. Но Дэн смог незаметно выскользнуть из строя. Тяжело дыша, он подошел к девушки обнял ее, согревая своим теплым телом. Крепко поцеловал на прощание. И заглянул в ее прекрасные глаза. Он хотел запомнить ее именно в минуту прощания. И тут же резко развернувшись, побежал за своим отрядом. А вдогон к нему мчалось ее громкое:
— Я буду писать!
Их состав подошел с небольшим опозданием. И посадку сократили лишь на десять минут, которых хватило только на посадку. Но Дэну все ж удалось попрощаться с Викторией. Но это вызвало ноющую боль в его груди, будто их прощание могло как-то предопределить их дальнейшую судьбу.
Два сержанта, под командованием офицера распределили призывников по местам, разделив весь состав поровну. Одна группа выходила рано утром, а второй, в которой оказался Дэн, предстояло ехать еще почти полдня. И только после этого они ушли в передний отсек вагона. И весь личный состав молодых солдат был предоставлен самому себе.
Где-то заиграла плохо настроенная гитара. И хрипловатый голос запел грустную песню о неразделенной любви афганца, которого война оставила на всю жизнь калекой. А так же, тут и там, из пакетов и сумок новоизбранных солдат на столы стали выставляться продукты, которые родители пацанов собрали в дорогу. Появились и бутылки с самогоном, водкой и пивом. Все эти приготовления обещали им веселую, но бессонную ночь.
К Дэну подсел один из новоявленных призывников.
— Здорова! — и он стал, так же как и другие, выкладывать на стол все, что было у него в сумке. — Угощайся!