Прощай, гвардия!
Шрифт:
Однако я почувствовал, что в истории связи деревенской вдовушки и предполагаемого Балагура есть второе дно, и потому в этом направлении стоило копать гораздо глубже.
Поскольку ни о каких портретах в полный рост речи не шло, кузнец описал женщину на словах, и довольно детально. Подробно упомянул все ее достоинства, выпуклости и округлости, причем с доскональным знанием предмета.
Чем больше он говорил, тем сильнее внутри зрело чувство, что Грунины приметы начинают все больше напоминать мне одну во всех смыслах незаурядную личность. Догадка оказалась столь ошеломительной, что я чуть язык не прикусил.
Балагур, если это действительно был он, намеревался провернуть поистине фантастическую вещь, и что самое страшное – возможностей осуществить задуманное у него хватало. По сути, он оказался в числе тех немногих, кому это было реально по силам.
– Пустили козла в огород! – сквозь зубы процедил я.
В какой-то степени возвышение этого человека было и моей виной. Однако я восстанавливал справедливость, а он приближался к намеченной цели, и была она отнюдь не благородной.
Если Балагур добьется успеха, то…
– Лучше бы я не свергал с престола Лизку-самозванку! – невольно произнес я.
Михайлов с кузнецом покосились на меня, но ничего не сказали.
В город мы возвращались, нещадно гоня лошадей. Назревало нечто страшное, чему нужно было помешать во что бы то ни стало. Но для этого необходимо оказаться там, куда мне с недавних пор вход заказан. Впрочем, когда настоящего гвардейца останавливали подобные пустяки?
Маленькое совещание состоялось на прежнем месте утром следующего дня. Все были в сборе.
Сразу в мои предположения не поверили. Даже Карл, дотоле глядевший мне в рот, засомневался. Я понимал, насколько диким для них казалось то, что замыслил наш противник. Не привыкли они к такому. Восемнадцатый век знал много авантюр, но и тогда существовали моральные границы, переступить которые никто не посмел бы.
Убеждать мою команду пришлось долго.
– Без Ушакова нам таперича не обойтись, – резюмировал за всех Чижиков, который первым встал на мою сторону.
Я кивнул. События приняли такой оборот, что волей-неволей требовалось задействовать Андрея Ивановича. Правда, в таком случае мне придется выдать Машу. Несколько минут я боролся с угрызениями совести, но чувство долга победило.
А неподалеку от нашего столика расположился господин, в котором все – от кончиков волос и до пяток – выдавало полицейского, переодетого в гражданское платье. Вид у господина был отчужденно-нейтральный. Но я поставил бы сто к одному, что он старательно прислушивается к отголоскам нашей беседы.
Чего и следовало ожидать – генерал-полицмейстер начал закручивать гайки. К парочке дежурных у ворот моего дома добавилась еще и крайне непрофессиональная (не удивительно, если так и было задумано) слежка.
Я знаками обрисовал ситуацию. Мы резко сменили тему, перешли на обсуждение абсолютно нейтральных вопросов, надеясь, что соглядатай позеленеет от скуки. Тот и впрямь скоро начал клевать носом. Немного погодя мы разбежались.
Господин в штатском плелся за мной до самого дома, делая все, чтобы окончательно намозолить мне глаза.
Теперь у меня не осталось сомнений: шпик действовал строго по инструкциям своего начальства.
Передав меня коллегам у ворот, тип убрался. Как только он растворился на уличных просторах, я вышел через черный ход и направился в Тайную канцелярию Ушаков славился невероятной работоспособностью. Все знали, что со службы он уходит глубокой ночью и возвращается с первыми петухами.
Вопрос заключался в следующем: сумею ли я его убедить, не сболтнув лишнего?
Глава 24
Призрак императрицы в Тронной зале [13] . Во многих научных и литературных трудах встречается эта мистическая история. Писатели и ученые пересказывают ее на свой лад, добавляя новые нюансы и смыслы.
Правление Анны Иоанновны началось с мистического происшествия, им же и закончилось. Так было в моей реальности. По-своему завораживающе и красиво.
13
Привожу эту историю с некоторыми купюрами из дневника графини А. Д. Блудовой:
«Караул стоял в комнате подле тронной залы в Летнем дворце; часовой был у открытых дверей. Императрица удалилась во внутренние покои. Все стихло. Было уже за полночь, и офицер удалился, чтобы вздремнуть. Вдруг часовой зовет на караул, солдаты вскочили на ноги, офицер вынул шпагу, чтобы отдать честь. Он видит, что императрица Анна Иоанновна ходит по тронной зале взад и вперед, склоняя задумчиво голову, закинув назад руки, не обращая внимания ни на кого. Часовой стоит как вкопанный, рука на прикладе, весь взвод стоит в ожидании; но что-то необычайное в лице императрицы, и эта странность ночной прогулки по тронной зале начинает всех смущать. Офицер, не смея слишком приближаться к дверям, дерзает наконец пройти другим ходом в дежурную женскую и спросить, не знают ли они намерения императрицы. Тут он встречает Бирона и рапортует ему, что случилось.
– Не может быть, – говорит герцог. – Я сейчас от императрицы; она ушла в спальню ложиться.
– Взгляните сами: она в тронной зале.
Бирон идет и тоже видит ее.
– Это какая-нибудь интрига, обман, какой-нибудь заговор, чтобы подействовать на солдат! – вскричал он, кинулся к императрице и уговорил ее выйти, чтобы в глазах караула изобличить самозванку, какую-то женщину, пользующуюся некоторым сходством с ней, чтобы морочить людей, вероятно, с дурным намерением. Императрица решилась выйти, какая была, в пудермантеле. Бирон пошел с нею. Он увидел женщину, поразительно похожую на императрицу, которая нимало не смутилась.
– Дерзкая! – вскричал Бирон и вызвал весь караул.
Молодой офицер, товарищ моего деда, своими глазами увидел две Анны Иоанновны, из которых настоящую, живую, можно было отличить от другой только по наряду и по тому, что она взошла с Бироном из другой двери. Императрица, постояв минуту в удивлении, выступила вперед к этой женщине и спросила:
– Кто ты? Зачем пришла?
Не отвечая ни слова, та стала пятиться, не сводя глаз с императрицы, отступая в направлении к трону, и наконец, стала подниматься по ступенькам под балдахин.
– Это дерзкая обманщица! Вот – императрица! Она приказывает вам: стреляйте в эту женщину! – крикнул Бирон наряду. Солдаты прицелились. Женщина, стоявшая на ступеньках у самого трона, обратила глаза еще раз на императрицу и исчезла. Анна Иоанновна повернулась к Бирону и сказала: „Это моя смерть!“ Поклонилась остолбеневшим солдатам и ушла к себе».
Скорее всего, это не более чем легенда. Люди падки до всего иррационального, загадочного и непонятного. Любят искать знаки, и, что самое интересное, находят. Особенно в переломные моменты.
Я не специалист в области потустороннего. Мир полон необъяснимого, почему бы ему не проявлять себя неожиданным образом?
Мистика в происшествии с двойником Анны Иоанновны хлещет через край, что вполне соответствует духу времени. Эпоха Сен-Жермена и графа Калиостро еще не началась, но почва для будущего повального увлечения оккультизмом, магнетизмом и прочими таинствами природы уже подготовлена. Осталось только уронить семя, и дурной ажиотаж обеспечен.
До потомков эта история дошла в виде семейного предания, запечатленного в мемуарах графини Блудовой.
Следователи знают правоту горького утверждения. «Врет как очевидец». Я, подобно создателям «Секретных материалов», считаю: «истина где-то рядом».
Мой перенос в прошлое внес коррективы в массу исторических событий. Где-то по собственной воле, где-то случайно я вмешивался и менял то, к чему вы успели привыкнуть. Попала она и в воспоминания других людей, и это свидетельствует об одном: что-то действительно случилось, но что именно?
Так происшествие с призраком Анны Иоанновны получило новую трактовку.
Сейчас я поведаю вам обстоятельства этого драматичного события, ибо кому, как не мне, знать его истинную подоплеку.
Вот оно, начало «предания старины далекой».
Подлинная история призрака императрицы, в котором на самом деле ничего мистического не было.
На часах полночь. Истинные христиане давно изволят почивать или готовятся к отдыху после трудов праведных. В Летнем дворце ея императорского величества не спят только те, кому это положено по долгу службы.
Секунд-майор Круглов обходил с проверкой посты, на которых стояли солдаты дворцовой роты. Все было тихо и спокойно.
В окнах темень, не видно ни зги.
Посты были расставлены во всех коридорах и на лестницах, солдат в полной амуниции охранял открытую дверь, ведущую в Тронную залу.
– Все в порядке, братец? – спросил майор.
– Так точно, – тихо, чтобы не разбудить обитателей дворца, ответил караульный.
Круглов поднес ко рту руку в перчатке, прикрывая зевок. Глаза у майора были красные от недосыпа.