Чтение онлайн

Я все еще извергал проклятья, когда раздался стук в дверь. Тот начальственный стук, когда хочется открыть дверь на пару дюймов, запустить в физиономию нахала сочную ягоду и снова захлопнуть дверь.

Я открыл немного пошире, чем на дюйм. Передо мной стоял лейтенант Рандэлл в темном габардиновом костюме, в мягкой шляпе с загнутыми кверху полями, очень чистый и изящный, с важным видом и недоброжелательным взглядом.

Он слегка толкнул дверь, и я отступил в сторону. Он вошел, закрыл за собой дверь и огляделся по сторонам.

– Я ищу вас уже два дня, - сказал он, не глядя на меня. Его глаза оценивали комнату.

– Я был болен.

Он обошел комнату легкими пружинящими шагами. Его светлые волосы сияли, руки были в карманах, а шляпа под рукой. Для полицейского он был не очень крупного телосложения.

– Не здесь?
– спросил он, вытащил руку из кармана и положил шляпу на журналы.

– В больнице.

– В какой больнице?

– В ветеринарной.

Он дернулся, как будто я залепил ему пощечину, и слегка смутился.

– Немного рановато для острот, не так ли? Я ничего не ответил, а закурил, затянувшись, и снова сел на кровать.

– Таких, как вы, нельзя вылечить, - сказал он.
– Разве что бросить в каталажку.

– Я очень болен и еще не выпил кофе. Вы не можете ожидать от меня ума высокой пробы.

– Я говорил вам, чтобы вы не работали по делу об убийстве.

– Вы не Бог, - я затянулся еще раз.

– Вы бы удивились, если бы узнали, сколько неприятностей я могу вам принести.

– Возможно.

– А вы знаете, почему я до сих пор ничего не предпринял в этом направлении?

– Да.

– Почему?
– он аж согнулся, наклонившись вперед, зоркий, как терьер, с тем холодным выражением лица, которое рано или поздно должно было появиться.

– Вы не могли найти меня.

Он выпрямился и покачался на пятках. Его лицо слегка сияло.

– Я думал, вы скажете еще что-нибудь, и собрался двинуть вам в подбородок.

– Двадцать миллионов долларов не испугают вас. Но, наверное, вы получаете приказы.

Он тяжело дышал, рот был приоткрыт. Очень медленно он достал из кармана пачку сигарет и разорвал обертку.

Пальцы немного дрожали. Он взял с журнального столика спички, закурил, хотел бросить спичку на пол, но направил ее в пепельницу и затянулся.

– На днях я вам кое-что советовал по телефону, - сухо сказал он.
– В четверг.

– В пятницу.

– Да, в пятницу. Вы не послушались. Я понимаю почему. Но я не знал этого, когда вы свидетельствовали. Я просто предполагал линию действий, которая мне тогда показалась удачной.

– А что я свидетельствовал? Он молча посмотрел на меня.

– Не хотите ли кофе?
– спросил я.
– Он может сделать вас гуманнее.

– Нет.

– А я хочу, - я встал и направился в маленькую кухоньку.

– Сядьте, - выпалил Рандэлл.
– Я еще далеко не все сказал.

Я все-таки пошел в кухню, налил воды в кофейник и поставил его на плиту. Затем выпил два стакана холодной воды из-под крана. Вернулся со стаканом в руке, остановился в дверях и посмотрел на Рандэлла. Он не пошевелился. Завеса дыма, как твердый предме - В чем я был неправ, когда поехал к миссис Грейл по ее же приглашению?

– Я сейчас говорил не об этом.

– Да, но говорили немного раньше.

– Она не посылала за вами, - он поднял глаза. В них все еще было холодное выражение, а свет из окна оттеняла его острые скулы, - Вы навязались ей и практически влезли в это дело.

– Смешно. Насколько я помню, мы о деле даже не заикнулись. И не думайте, что в ее рассказе было что-то ценное. Заговаривание зубов, не за что зацепиться. И, конечно же, я предположил, что она с вами предварительно переговорила.

– Да, она сказала мне, что эта пивнушка на Санта Моника - укрытие негодяев. Но это ничего не значит. Ни там, ни в отеле напротив для нас ничего нет. Дешевые подонки.

– Она вам сказала, что я ей навязался? Он опустил глаза:

– Нет.

Я снова ушел на кухню и приготовил кофе. На этот раз Рандэлл пошел за мной и остановился в дверях.

– Насколько я знаю, эта ювелирная банда работает в Голливуде добрых десять лет, - сказал он, - На этот раз они зашли слишком далеко - они убили человека, и я, кажется, знаю зачем.

– Ну, если это действительно работа банды и вы ее накроете, то это будет первое расследованное убийство, совершенное бандой, за все время, пока я здесь живу. Я бы смог вспомнить и описать не менее дюжины.

– Это хорошо с вашей стороны, что вы так говорите.

– Исправьте меня, если я ошибаюсь.

– Черт побери, - сказал он.
– Вы правы. Пару дел на бумаге распутали, но только на бумаге, по ложным свидетельствам. Какой-то подонок теперь подкладывает эти дела под подушку, чтобы выше была.

– Да. Кофе?

– Если я его выпью, вы со мной поговорите по-человечески, с глазу на глаз, без головоломок?

– Я попробую. Не обещаю излить все свои соображения.

– Я обойдусь без некоторых, - едко сказал он.

– У вас отличный костюм.

Краска смущения появилась на его лице.

– О, господи, чувствительный полицейский, - сказал я и подошел к плите.

– Хорошо пахнет. Как вы его делаете? Я наливал кофе.

– Французский способ. Грубо помолотый кофе, никаких фильтровальных бумажек.

Я достал сахар из шкафчика и сливки из холодильника. Мы сели.

– Вы шутили о том, что были в больнице?

– Нет. Я попал в историю в Бэй Сити. Меня туда увезли. Частное лечение наркотиками и выпивкой.

– Бэй Сити, а? Вам нравится работа с трудностями, Марлоу?

– Нет, мне не нравится. Я просто попал в эти трудности. Меня дважды огрели по голове. Второй раз меня бил полицейский или просто человек, заявивший, что он полицейский. Меня били моим собственным пистолетом, меня душил индеец. Меня в бессознательном - В Бэй Сити, - задумчиво произнес он.