Чтение онлайн

– Кон.

То, как он произнес мое имя, заставило меня покачать головой.

– Нет. Мы не будем делать этого здесь и сейчас, - четко сказал я. Мне многое нужно было сказать Кингу по поводу всей этой истории с Лексом, но мне нужно было дать этой ране немного затянуться, прежде чем я буду готов.

Пока Кинг поигрывал оружием, мой взгляд снова скользнул к дому. Последние несколько дней я наблюдал за ним часами, но Мики все еще не было видно. Впрочем, это не имело значения, потому что я увидел достаточно.

Я не ожидал, что этот молодой человек будет жить во дворце, но никогда бы в жизни не подумал, что Мика и его брат окажутся в такой дыре.

Несколько окон в доме были разбиты и закрыты брезентом, пластиковой пленкой или деревянными досками. Обшивка прогнила, а краска в большинстве мест облупилась. Все крыльцо было завалено бутылками, банками и мешками с мусором. На подъездной дорожке стоял проржавевший автомобиль, оставляя место только для одной машины. За последний час это место занималось не менее чем полудюжиной автомобилей. Постоянные приезды и отъезды разных мужчин и женщин рассказали все, что мне нужно было знать.

Это был притон наркоторговцев.

Я все отчетливее ощущал присутствие Кинга. Как бы сильно я ни хотел, чтобы он ушел, знал, что он может дать мне необходимую информацию.

– Что тебе известно о вдове?
– спросил я.

Кинг, казалось, не удивился этому вопросу.

– Клара Фокс, тридцать четыре года, безработная. Ранее ее арестовывали за проституцию и хранение наркотиков. Последние несколько лет встречается с Рикки Робертсом, сорока двух лет. Сам по себе он не очень-то подходит на роль гражданина года.

Я закрыл глаза, чувствуя, как бурлит в животе.

– Ты не знал?
– Спросил Кинг нехарактерно мягким голосом.

Я хотел выставить его. Хотел приказать ему уйти, чтобы я мог погрязнуть в своей вине в одиночестве.

– Что насчет Мики?
– услышал я свой вопрос.

Кинг, казалось, понял, о чем я спрашиваю, потому что сказал:

– На него ничего нет. Никаких уголовных обвинений, ничего особенного, когда речь заходит о кредитной истории. Этот парень - призрак.

– Блядь, - прошептал я.

– Кто он?
– Спросил Кинг.
– Поговори со мной, Кон.

Я поймал себя на том, что сжимаю пальцами руль машины. Кожа под моими пальцами была гладкой и чистой. Я ненавидел это. Я ненавидел каждый роскошный элемент автомобиля, о котором мечтал с детства. Я снова взглянул на этот дерьмовый дом, и меня пронзило чувство вины.

– Я уложил в могилу его брата.

Кинг не ответил, чему я был рад. Мне нужно было время, чтобы взять себя в руки.

– Я познакомился с Брэйди пятнадцать лет назад.
– Я покачал головой и рассмеялся.
– Думаю, «познакомился» - не совсем подходящее слово.

Я снова взглянул на дом и сказал:

– Он был голоден, как и я. Думаю, мы все были голодны. Когда я вышел на ринг, то не собирался проигрывать. У меня было слишком много причин победить.

На мгновение воцарилась тишина, затем Кинг вздохнул и пробормотал:

– Лекс.

Я кивнул, не глядя на него.

Это то, о чем мы с Кингом никогда не говорили. Мы молча согласились на это, когда были детьми. Лекс был болезненным ребенком, который превратился в еще более болезненного подростка. К тому времени, когда ему исполнилось семнадцать, он практически жил в больнице, поскольку его организм стал отказывать. Из-за того, что у него отказали обе почки, врачи не ожидали, что Лекс доживет до восемнадцати.

Но они также не ожидали, что у Лекса есть два брата, отказавшиеся смотреть, как он умирает. Как ни удивительно, я оказался подходящим донором, когда мы с Кингом сдали анализы. Поскольку мне было уже далеко за восемнадцать, не возникло проблем с согласием пожертвовать одну из своих почек Лексу. Но система усыновления означала массу бюрократических проволочек, особенно для ребенка, который, скорее всего, все равно не пережил бы операцию.

Мы с Кингом беспомощно наблюдали, как система медлила, и, в конце концов, начали строить собственные планы. К тому времени, когда приемная семья согласилась на трансплантацию, состояние Лекса ухудшилось настолько, что государственная страховка не покрывала дорогостоящую операцию.

Лекс смирился со своей судьбой.

Мы с Кингом - нет.

С того момента, как узнали, насколько тяжелым было состояние Лекса, мы с Кингом начали экономить каждый доллар, который попадал нам в руки, но, поскольку за плечами у нас были только дипломы об окончании школы и пара случайных подработок с минимальной зарплатой, этих долларов было немного. Мы были вынуждены проявить творческий подход.

– Я получил свою половину денег, сражаясь, - сказал я.
– Поначалу призы были дерьмовыми, но чем больше парней я побеждал, тем больше начинал зарабатывать.

– Я так и думал, что именно поэтому ты все время был избит до полусмерти, - пробормотал Кинг. В его голосе звучала злость, но я знал, что она направлена не на меня. Зная моего брата, он сделал бы все, что в его силах, чтобы я был в безопасности.

Я взглянул на Кинга и в очередной раз задался вопросом, что он сделал, чтобы получить свою часть денег. Я вспомнил те дни, когда мы жили в дерьмовой однокомнатной квартирке в Хантс-Пойнте. За месяц, который у нас ушел на сбор денег, мы ни разу не говорили о том, что делает другой, чтобы получить наличные. Мы не хотели об этом говорить.

– Последний бой стоил десять тысяч. Этого как раз хватало, чтобы собрать свою половину.

– Твоим противником был Брэйди Фокс, - тихо сказал Кинг.

Возможно, я кивнул, но не был в этом уверен. Я мысленно вернулся в тот момент, когда вышел на ринг, уверенный в своей победе.

– Могу сказать, он хотел этого так же сильно, как и я, - начал я.
– Мне было все равно, какие у него были причины. Мне было все равно, что он привел с собой восьмилетнего брата. Меня не интересовали синяки на его лице... или на лице его младшего брата. Я не мог...
– Сказал я, покачав головой.
– Мне было наплевать на все это.

– Нет, ты не мог, - согласился Кинг.

Если кто-то и понял бы, то только Кинг. Именно поэтому мы никогда не говорили о том, что сделали, чтобы получить деньги на операцию Лекса.

Потому что у нас не было выбора.

В детстве мы не всегда следовали прямому пути, но и не использовали свое детство для оправдания тех мужчин, которыми мы становились. Мы не были ангелами, но и никогда не делали ничего такого, что могло бы заставить нашего младшего брата стыдиться нас. Но, столкнувшись с перспективой потерять Лекса, ставки были сделаны.