Чтение онлайн

– Пива?

– Да, - сказал Кинг.

Я взял два пива и повел Кинга на заднее крыльцо. Я передал ему пиво и сел на верхнюю ступеньку.

– У пилота были проблемы с изменением плана полета?
– спросил я.

Кинг хмыкнул.

– За те деньги, что Лука платит парню и его второму пилоту за полеты на первоклассном частном самолете по всему миру?

В то время как Лука и Вон пришли к богатству благодаря деньгам, Лекс, Кинг и я - нет, и хотя мы с Лексом сами обрели богатство, Кинг ненавидел деньги. Всегда ненавидел. Черт возьми, если бы мы знали, что Лука и Вон были «богатеями» - термин, который придумал Кинг, когда мы были моложе, - когда мы впервые встретились с братьями, мы бы никогда не пригласили их на тот единственный баскетбольный матч, изменивший все.

Кинг спустился по ступенькам и остановился внизу, прислонившись к перилам. Я чувствовал на себе его взгляд, но не мог поднять на него глаза. Я пытался сосредоточиться на стрекотании сверчков, нарушавших тишину темноты вокруг нас, но их ритмичные переклички никак не облегчали боль в душе.

– Я должен был доверять тебе, - сказал я.

Неудивительно, что Кинг не ответил, но я знал, что все его внимание было сосредоточено на мне и на том, что я говорил. Именно по этой причине Лекс решил довериться ему, а не мне. Теперь я это понял. Хотя Кинг защищал Лекса так же, как и я, он был более склонен выслушать всю происходящую ситуацию, прежде чем действовать, в то время как я только услышав, что что-то не так, автоматически пытался понять, как это исправить.

– Ты был в безвыходном положении, - продолжил я.
– Ты пытался уважать личную жизнь Лекса, точно так же, как пытался защитить меня от осознания того, что на этот раз я не смогу ничего для него исправить. Что я был беспомощен. Что мы все были беспомощны.

Я немного помолчал, прежде чем продолжить:

– Я доверял тебе с того момента, как мы встретились. По правде говоря, я боготворил тебя. Ты был таким сильным и уверенным в себе. Все то дерьмо, что мы видели, когда были детьми, было похоже, что ты был... неприкасаемым. Не имело значения, кто попадал тебе в лицо или пытался на тебя наехать, ты смотрел им всем прямо в глаза и говорил, чтобы они старались изо всех сил. Ты не позволил ничему сломить тебя.

Кинг молчал. Если бы я не знал его лучше, то сказал бы, что мои слова его не тронули, но я знал его. Я знал, что, когда он делал глоток пива и осматривал лес вокруг нас, делал это не только потому, что был готов к любой возможной угрозе. Мои слова заставили его почувствовать себя неуютно. Но я не мог сказать, было ли это потому, что ему не нравилась идея быть на каком-то пьедестале, или потому, что он знал, что я веду к тому, что ему не понравится слышать.

Я сделал глубокий вдох и заставил себя продолжить.

– Мы обещали, что никогда не будем лгать друг другу. Помнишь?

Кинг кивнул. Один из его пальцев стал непрерывно постукивать по горлышку бутылки пива. От этого нервного жеста защемило сердце.

– Но у нас все получилось, не так ли?
– спросил я. Кинг по-прежнему не сводил глаз с деревьев.
– Ложь через умолчание ничем не отличается от правды, так ведь?

– Нет. Нет, не так, - наконец, сказал Кинг. То, как звучно он произнес эти слова, подтвердило мои подозрения.

У Кинга было столько же секретов, сколько и у меня. Возможно, даже больше.

– Мика сказал мне, что есть вещи, о которых мы имеем право рассказывать или нет. Он прав, но я не поэтому так долго скрывал это от тебя. Мне было стыдно и унизительно. Я считал, что это моя вина, и не хотел, чтобы ты разочаровался во мне.

– Кон, - покачал головой Кинг.

Я знал, что он хотел сделать. Он хотел дать мне выход. Он, вероятно, хотел выпить, потому что я видел, что он уже был на взводе.

– Такое чувство, что внутри меня дыры, Кинг, - прошептал я.
– И я так долго строил свою жизнь вокруг этих ебаных дыр, что просто… Я больше не хочу этого делать. Та, что из-за Брэйди и Мики… никогда полностью не заживет. Я знаю это. И то, что произошло с моей мамой, я ничего не мог изменить, поэтому мне нужно придумать, как просто забыть об этом. Но остальные… те, в которых не было моей вины...
– Я резко замолчал, потому что горло сдавило так, что я был уверен, что не смогу дышать.

– Скажи мне, брат, - услышал я голос Кинга. Его голос был тверд, но это не было требованием. Скорее мольбой.

Мне удалось на мгновение поднять глаза. По тому, как Кинг держался, я понял, что он уже догадывался о том, что я собираюсь сказать. Его пальцы крепко сжимали бутылку пива, настолько крепко, что я был уверен: она может лопнуть в любой момент.

– Я всегда был настороже. Не имело значения, в детском доме или в приемной семье, у меня всегда были глаза на затылке. Но в тот день... Я не знаю, что произошло. Может, из-за того, что я был на улице, а может, из-за того, что все еще думал о последней передышке, которая позволила мне, наконец-то, надрать тебе задницу. Не знаю, - сказал я, покачав головой.
– Только что был только я, а в следующую секунду он оказался рядом.

Я почувствовал, как давление в груди усилилось, и попытался представить, что Мика сидит рядом со мной, его пальцы обхватывают мои.

Я закрыл глаза и сказал:

– У него был нож. От него пахло сигаретами, машинным маслом и лимонами. Я не видел его лица. Я не знаю, сколько ему было лет. Но помню каждый звук, который он издавал, я до сих пор чувствую, как его пальцы впиваются в кожу, а горячее дыхание касается уха. Он назвал меня своим маленьким педиком. Я не сопротивлялся. Я даже не сказал ему «нет». Я не мог пошевелиться из-за этого чертова ножа.

Я заметил, что Кинг пошевелился, но не мог найти в себе сил поднять на него глаза. Я скорее почувствовал, чем увидел, как Кинг расхаживает туда-сюда у подножия лестницы.

– Когда он закончил, то сказал, что знает, где я живу, и что, если я кому-нибудь расскажу, он придет за мной. Я поверил ему. Даже после того, как переехал в новый дом, я все еще думал, что у него есть какой-то способ найти меня. После этого я никогда не переставал оглядываться через плечо. Даже сегодня я продолжаю оглядываться, ожидая увидеть его.
– Я издал мерзкий смешок.
– Я ожидаю увидеть его, хотя понятия не имею, как он выглядит. Даже спустя столько лет меня тошнит от запаха лимонов, а если я вижу нож в чьей-то руке...

Я покачал головой и поднял глаза. Как и ожидалось, Кинг выглядел более чем взбешенным. Даже в темноте я мог сказать, что его переполняет ярость.

– Почему ты мне не сказал?
– спросил он, его голос был почти неузнаваем.

– По той же причине, по которой ты никогда не рассказывал мне, что на самом деле произошло, когда ты был ребенком, из-за чего попал в систему. По той же причине ты не хочешь рассказывать мне, что сделал, чтобы получить свою половину денег для Лекса. Я думал, ты будешь относиться ко мне по-другому. Думал, ты сочтешь меня слабым и глупым из-за того, что я позволил себе попасть в такую ситуацию и не смог из нее выбраться. Я не хотел, чтобы ты смотрел на меня и видел кого-то, кто недостаточно силен, чтобы дать отпор...

– Я никогда бы так не подумал!
– проворчал Кинг.

Однако я знал, что его гнев направлен не на меня.

– Ты был таким охуенно сильным парнем, Кон. И то, что ты сделал для Лекса...
– Кинг замолчал и уставился в лес, стоя спиной ко мне. – Я, блядь, горжусь тем, что могу называть тебя своим братом.

Сердце болезненно забилось в груди. Я пошел на это, зная, что это не изменит моих отношений с Кингом, но, услышав его слова, на глаза снова навернулись чертовы слезы. Я поставил бутылку на ступеньку и поднялся на ноги. Когда остановился рядом с Кингом и тоже уставился на лес, я увидел, как он поднес руку к глазам.