Простая история
Шрифт:
— Что-о-о-о?! — визжит она так громко, что у Джозефа закладывает уши.
Ее щеки в мгновение становятся пунцовыми. Она испуганно отступает и воровато оглядывается, в поисках средства самообороны. Джозеф понимает, что сейчас в него полетит что-нибудь тяжелое — например, степлер, органайзер с кучей мелочей или принтер со стола Шейлы. Жаль останавливаться, но приходится. Нужный эффект достигнут. Хотя он почти оскорблен — нашла, блин, Кристиана Грея. Неужели Иви Грин на полном серьезе думала, что он выпорет ее ремнем?
Или именно этого она и добивалась?
Довольно опасные мысли. Джозеф пресекает их в зачатке.
— Это шутка, мисс Грин, — успокаивает он, — идите домой, подумайте о своем поведении.
Она нервно трясет головой и отводит взгляд. Вроде как, ей наконец-то стыдно. Не ясно, правда, за что — за енота или за беспочвенные подозрения в адрес Джозефа. Она же только и делает, что демонизирует его с первой их встречи. С маниакальным упорством.
— Эм… хорошо, — кое-как выдавливает Грин, и голос ее звучит сипло и как-то болезненно. Она суетливо собирает вещи, торопясь, пока он не передумал.
— И, пожалуйста, — добавляет Джозеф ей вслед, — больше не приносите сюда никаких животных.
— Хорошо.
Лишь когда за ней закрывается дверь, он позволяет себе рассмеяться.
Глава пятая
По дороге домой Иви заглядывает в супермаркет и покупает бутылку вина. И еще одну — для надежности. В ее корзинке туалетная бумага, гель для душа, детское питание и множество других мелочей из списка Карен. Теперь у Иви набор продуктов пьющей матери-одиночки. Но сама мать-одиночка не разделит с ней вино, ведь ей рано вставать, чтобы завести ребенка в садик перед работой. А Иви уже плевать. То, что ее не уволили, как она считает — вопрос времени. Она имеет полное право накидаться в дрова. С кем-то. Или одна.
Карен выуживает из пакета бутылки и настороженно косится на подругу. Они вместе снимают небольшой домик и привыкли друг к другу со времен колледжа. Карен отлично разбирается в полутонах настроения своей давней соседки. Она сразу понимает, что вино в их доме появилось не без причины.
— Что стряслось? — строго спрашивает она. Иви вынимает из заднего кармана джинсов отвертку и кладет рядом с вином. Карен это ничего не проясняет.
— Тебе же завтра на работу, — ворчливо напоминает она.
— Угу.
— Ладно, — сдается Карен, — я выпью с тобой бокальчик и сразу лягу. Расскажешь в двух словах, окей?
В итоге она выпивает три. Или пять. После второго Иви теряет счет. Сама она глушит вино, как воду, даже не притронувшись к ужину, приготовленному подругой. А обычно у нее нет проблем с аппетитом. Иви перестает лакать вино, только чтобы наконец-то написать ответ своему далекому другу. До того у нее не было ни сил, ни храбрости, чтобы поделиться с кем-то причиной своих душевных терзаний.
«Потому что я пиздец как накосячила. Я была уверена, что меня уволят. Но не уволили. Это странно. Теперь я не знаю, что и думать».
Похожую версию событий она рассказывает Карен, но с большим количеством подробностей. Услышав про енота, подруга смеется, радуется, что этот разбойник больше не будет раскидывать мусор по всей их лужайке, но после называет Иви сумасшедшей. Это опасно. И возмутительно. И, конечно, очень странно, что ее не уволили. Карен говорит, что начальник — святой человек, ведь она на его месте вышвырнула бы Иви вон сию же минуту. И обеспечила ей проблемы, чтоб не повадно было. Иви перегнула палку. Она и сама уже это поняла.
— Он еще мне это припомнит, — настаивает на своем Иви, — будет использовать против меня. Я еще пожалею…
— Почему ты так в этом уверена? — перебивает ее Карен.
— Нет, ты его просто не знаешь! — спорит Иви, — он полгода меня изводил, придирался к любой мелочи. Я один раз, всего один, опоздала на работу, и то не по своей вине, а он каждое утро об этом напоминает!
— Но ты и сама хороша. Поправь меня, если я ошибаюсь, но не ты ли ходила в офис в пижамных штанах, наплевав на дресс-код? И да… енот…
Про кофе, вылитое начальнику в лицо Карен не знает. И слава богу. Иногда Иви удается каким-то чудом удерживать язык за зубами.
— Хм.
Карен склоняет голову набок и испытующе смотрит на подругу. У нее слишком ясный взгляд для человека, на чью долю пришлась добрая половина бутылки вина. Иви становится неуютно. Она чувствует, что это не к добру, и ей не понравится то, что она услышит дальше. Все верно.
— Ты не думала … — Карен очень осторожно подбирает слова, — что ты ему просто нравишься? Но… ты окружила себя такими неприступными стенами, что к тебе никак не подступиться. Вот он тебя и провоцирует.
Карен не в курсе, что загадочный незнакомец из бара и омерзительный босс — одно и то же лицо. И не надо ей знать, а то она нафантазирует себе лишнего.
— Тьфу, — Иви шумно грохает бокалом о столешницу, и подруга грозит ей пальцем. Посуды у них не так уж и много, надо ее беречь. Но вино уже ударило Иви в голову. Она слишком пьяна, чтобы переживать еще и из-за бытовухи. Она сердито желает Карен "спокойной ночи", забирает вторую бутылку и ползет в свою комнату. Иви не хочет слушать всякие глупости. Лучше она будет напиваться в одиночестве или поищет другого собеседника. У нее есть кое-кто на примете.
Иви быстро находит всему объяснение. Карен начиталась глупых романчиков, у нее их целая коллекция. Все эти книжонки — вариации одной и той же истории про бедную золушку, простую девушку, на которую обратил внимание какой-нибудь смазливый миллиардер. Не просто обратил, а разглядел под неприметной внешностью и скромными шмотками богатый внутренний мир. А дальше все как в сказке: он вытаскивает девушку из бедности, катает на яхте, на своем ягуаре и, конечно, на своем члене. Они женятся и живут в шикарном особняке с целым выводком чудесных детишек. Вот он — предел мечтаний Карен. Но Иви мутит от подобного. Или от выпитого.
Она спихивает с кровати гору шмоток, книжек и разного мусора и устраивается там с бутылкой вина. Потолок в отсветах проезжающих машин с улицы лучше телевизора. Можно пролежать так и целую ночь, наблюдая за ним. Но у нее вибрирует телефон.
«Что ты такое натворила? Или это секрет?»
Нет! Не хватало еще, чтобы ее друг по переписке тоже назвал ее сумасшедшей. Она не намерена рассказывать ему про енота.
«Секрет»— пишет она, а следующее сообщение вырывается у нее против воли. В ней говорит выпитый алкоголь, уж точно не здравый смысл.