Чтение онлайн

– Трусы говорите, хотите носить... трусы будут позже... пока они вам не нужны.

Лучинский почувствовал, что у него закружилась голова, и пересохло во рту. Он стоял, как обезьяна перед удавом, не двигаясь. Руки его безвольно опустились по швам. Турнова медленно подошла к нему и, погладив сначала грудь, ее рука скользнула по брюкам.

– Размер, как раз в пору... но одежду надо снять... пока... не надо ее пока мять...
– Светлана настырно стянула с Кирилла сначала китель, а затем, медленно расстегнув пуговицы, помогла снять ему и рубашку.

Лучинский подчинялся.

Удары сердца отдавались в висках. Он зажмурил глаза. Ему вдруг стало как-то стыдно и неловко, (примерно такое чувство он испытывал когда будучи девственником впервые имел близость с девушкой) и в тоже время неудержимое и всеохватывающее желание прикоснуться к Турновой овладело всеми его мускулами.

Кирилл тихонько застонал.

В этот момент он почувствовал, как теплые и немного сладкие губы Светланы впились в его губы. Кирилл открыл глаза и непроизвольно обхватил женщину за талию. Та, ловким движением, толкнула его на кровать. Лучинский потерял устойчивость и рухнул на постель. Светлана навалилась на него сверху и требовательно обхватила его шею. Кирилл, вздрогнул и резким движением попытался перевернуться, но не смог. Турнова крепко держала его в объятиях. Кирилл закрыл глаза и решил не сопротивляться....

– Что это за буквы... вэ... вэ... пэ?
– успел шепнуть он.

– Верховная... власть... правителя...
– жарким и томным голосом ответила женщина.

Через пятнадцать минут, они лежали на кровати и как-то отрешенно смотрели в потолок. Она и он, словно сговорившись, не мигали и смотрели на бледно-серый бетон, покрытый специальной эмульсионной краской. В палате было напряженно тихо. Лишь изредка попискивали датчики аппаратуры. Где-то в углу хрюкал кондиционер, и едва слышно урчал вентилятор.

Двигаться не хотелось.

Женщина вяло провела рукой по лицу Кирилла и, нащупав губы, тихо сказала:

– Это было весьма приятно. Весьма.

– Ты, зачем это...
– выдавил из себя Кирилл.

– Ай, да брось ты... тебе же самому хотелось...
– фыркнула она.

– Я знаю, что вы мне какой-то возбудитель сыпали!
– буркнул он.

– Это для твоей же пользы... функции организма надо восстанавливать!

– Ты мне зубы не заговаривай, ты, что, тоже хотела что ли?! Не поверю!

– А зачем, ты заставил меня чачу пить?!

– Так это было в ней?

– Да...

Кирилл, вдруг почувствовал, что он пьяный. Голова вновь закружилась, как у первокурсника после первого в жизни стакана дешевого портвейна. Ему так захотелось ей нагрубить. Ему так захотелось сказать ей гадость...

– Ну и сука ты...
– выдавил он вновь из себя.

– А вот оскроблять не надо...
– женщина не обиделась, а сказала это как-то с издевкой в голосе.

– Все равно сука...
– усмехнулся он.

– Да, уж точно, не кабель!
– хохотнула она и, повернувшись, с напористостью и решительностью неожиданно вновь навалилась на него.

Он попытался сопротивляться, но тут же поймал себя на мысли, что это не надо делать и ему нравится все, что происходит с ним в эту секунду.

– Повторим урок первого общения с будущим!
– загадочно шепнула она.

Он тяжело дышал. Голова хоть и кружилась, но это была забавная и какая-то увлекательная карусель. Мысли отсутствовали лишь какое-то ощущение невыразимого блаженства.

Он прижался к ней и отключился...

***

Он где-то вдалеке услышал всхлипы. Нет, это точно был женский плач. Какой-то тихий. Приглушенный. Кто-то, сдерживая себя, рыдал.

Женщина, то и дело глубоко вздыхая, хлюпала носом. Плакать, так хотелось тоже заплакать. Чувство какого-то обреченного уныния и безысходности.

"Как давно я плакал? Когда я вообще плакал? В детстве? Нет, я плакал, когда напился после армии.... Нет, постой, я плакал, когда я.... Нет, не помню, когда я плакал. Может поплакать, как хочется поплакать. Это так здорово плакать. Рыдать. Станет легче, наверное очень станет легче. Нет, плакать, обязательно плакать" - Кирилл, вдруг очнулся от своих нелепых и каких-то бредовых не то, что мыслей, а утверждений.

Это был толи сон, толи забытье.

Рядом стояла девушка. Эта была Лиза. Кирилл почувствовал ее запах и слабо улыбнулся, не открывая глаз. Ему вдруг не захотелось вообще просыпаться, а вот так и лежать в забытье...

"А может это вообще сон! Сон, все, что вот так, со мной происходит! Я проснусь и все! Все кончится и я вновь там , я вновь тот!
– подумалось наивно и тягуче.

– Лиза... это вы?!
– выдавил из себя Лучинский.

Но в ответ он услышал лишь всхлипывание. Кирилл открыл глаза. Девушка стояла, потупив взгляд, и что-то писала в блокноте. Она смотрела на приборы и тихо плакала при этом.

Лучинский это не увидел, но почувствовал.

– Лиза, почему вы плачете? Что-то случилось?

В ответ опять лишь всхлип...

Лучинский тяжело вздохнул и подпрыгнул на кровати. Наконец-то сон отпустил его. Он вдруг ощутил, что у него ноет с похмелья голова...

"Какое забытое чувство! Как это здорово, хм, болеть с похмелья... я не болел уже давно!" - вдруг подумал он.

Пить! Хочется пить! Губы, как сухая губка. Кирилл, с трудом облизнулся. Он посмотрел на Лизу. Девушка словно не замечала его.

– Лиза, вы можете мне дать попить.

– Я вам не обслуга. Придет сиделка и даст, - сухо и грубо ответил девушка.

– Это что за немилость?
– удивился Кирилл.

Он вдруг поморщился. Он вдруг вспомнил. Он вдруг понял, что он совсем недавно тут, на кровати занимался любовью с той. Красивой гречанкой....

Голова загудела. Стало немного стыдно и неудобно, а что если она, она Лиза видела это, по какому ни будь монитору...

"Вот извращенцы! Они тут подсматривают друг за другом" - неожиданно разозлился Кирилл.

– А вот подсматривать нехорошо!
– бросил он ей.

– Подсматривать? Вы о чем?
– обиженно переспросила девушка.

Она наконец-то бросила на него взгляд. Глаза полные упрека и отчаянья.

– Вы ведь подсматривали за мной?
– Кирилл кивнул на мониторы и приборы.

– Хм, надо еще!
– хмыкнула она и задрала носик.
– Вы, просто пустой болтун! Вы обещали мне...

– Ну, простите. Простите. Она, она меня напоила...

– Вот-вот! Я же просила не пить! Я же просила не пить и не есть и не брать ничего от нее! А вы! Вы все испортили! Вы напились! Вы хоть помните что было? Что было, когда она тут вас напоила?