Чтение онлайн

Известно, что на востоке и, в частности, в Египте существовал особый класс женщин, которые, подобно баядерам Индии, представляли собой корпорацию певиц, танцовщиц и музыкантш. Это были алмеи, от арабского Almeh, что значит «ученый». Песни их были, большей частью, эротического содержания и хотя они допускались на семейные торжества, но были, в сущности, куртизанками высшего полета. Те из них, которые показывались народу, назывались Cawasi. Жениться на них можно было без всякого стыда; против этого не протестовала ни мораль, ни, тем более, религия. Никакие празднества не обходились без них, не было пиров, которых они не украшали бы своим присутствием. Савари [18] пишет:

«Гибкость их тела была удивительна. Поразительно подвижны были черты их лица, которым они умели по произволу придавать то выражение, какое соответствовало исполняемой ими роли. Непристойность их поз иногда переходила всякие границы, их взгляды, их жесты были так выразительны, что не понять их было нельзя. Едва начинается танец, они сбрасывают вместе со своим плащом и стыдливость своего пола. Длинное платье из очень легкого шелка спадает к их ногам; роскошный пояс мягко охватывает их талию; длинные заплетенные черные полосы, надушенные ароматными благовониями, спадают с их плеч; прозрачная, точно газовая, сорочка едва прикрывает грудь. Вместе с началом танца формы и контуры их тел выделяются особенно ярко. Звуки флейты, тамбура и кимвалов замедляют или ускоряют темп их движений. Подходящие к случаю слова еще больше воодушевляют их, они пьянеют, точно обезумевшие вакханки и, отбросив всякую сдержанность, всецело отдаются разгулу чувственности».

Были алмеи у евреев, которые, в силу своего долгого пребывания в земле Misraim, вполне усвоили себе вкусы египтян; кажется даже, что в Иерусалиме, как и в Каире, алмеи давали уроки женщинам. Св. Марк сообщает факт, показывающий, как сильно восточная пляска овладела сердцами сынов Израиля:

Ирод праздновал день своего рождения пышным пиром, на который созвал вождей народа, трибунов и правителей Галилеи. Когда гости сидели за столом, дочь Иродиады, Соломея вошла в зал и исполнила перед гостями восточный танец. Все аплодировали искусству Соломеи. Очарованный царь поклялся, что он даст ей все, чего она пожелает, хотя бы она потребовала половину его царства. По наущению своей матери, Саломея потребовала головы Иоанна Крестителя и действительно получила ее [19] . Алмеи еще в настоящее время присутствуют на брачных обрядах. Они с музыкой проходят шествием мимо новобрачных. Более известные алмеи живут только у правителей и богачей и свою благосклонность оценивают очень дорого. Один поэт посвятил им следующие стихи, являющиеся вольным переводом одной восточной оды:

Воспитывали алмей сообразно той роли, какую они играли в обществе. Их выбирали из числа красивейших и знатнейших девушек страны. Соломея была родная племянница Ирода, и все же у нее не было другого имени, как Соломея-танцовщица. Эти куртизанки получали широкое образование: в основе их образования были положены пение, музыка и литература. Они импровизировали стихи, — настоящие песни любви, дышавшие страстью и чувственностью, — единственные, кажется, вещи, которые незачем было вводить в программу их обучения: они и без выучки были учеными в искусстве Венеры!

Совершенно справедливо замечает Бэро, что проституция восходит ко времени возникновения мира, и что она связана с самыми древними религиозными обрядами. В Книге Бытия мы читаем об Агари, которая была наложницей Авраама уже женатого на своей сестре по отцу, Сарре; последняя с согласия мужа, отдавалась с корыстной целью фараону; две дочери Лота напоили своего отца пьяным и разделили с ним ложе; Лия и Рахиль отдали своих служанок в наложницы Якову; Бала, одна из жен Якова, отдалась своему сыну, Рувиму [20] , Тамара — своему тестю Иуде, и т. д. Патриархи примитивной простотой своих нравов первые подали своим потомкам пример разврата и сладострастия.

И, опьяняемый небом востока и теми течениями, какие приходили из Азии, побуждаемый примером своих предков, народ Израиля быстро направился к искушениям плоти, ко всем чарам физических радостей. Последние сделались единственной целью и смыслом его жизни. И вопреки слову пророков, говоривших именем Иеговы, вопреки заповедям священной скрижали, таинственная сила роковым образом влекла избранный Богом народ в страшную пропасть ненасытных страстей и извращений, перед которыми философ в бессилии немеет, ожидая их объяснения от науки. Быть может, это объяснение следует искать в фаллическом культе, который распространялся здесь тем быстрее, что у семитов не было никакого литературного или художественного идеала, который бы поглощал их энергию. Инстинкт деторождения господствовал над всеми сторонами их души и приводил их к самым чудовищным извращениям. Разнузданные божества прославляли безумие плоти и безпрерывное сладострастие.

«Вакханка с распущенными волосами, — говорит Бенье, — входит взад и вперед, и пьет и поет перед лицом Израиля, охраняемого священным ковчегом и пророками. Но, увы! В стене внезапно образуется брешь, и оргия врывается внутрь храма. Астарта напивается допьяна из чаши Иеговы, Ассера превращает скинию в альков. Пришедшая из Индии Кемош, подобно Вакху, поет свои гимны во славу плоти в святилище. Народ Божий сгорает подобно факелу, нечестивый культ врывается всюду: в галереях святилища выдалбливают ниши; словно мадонны, сидят там красивые девушки, это — Iukkoth Benoth. В другом месте водружают гнусные эмблемы. Похоть богини Bahhal-Pehhor удовлетворяется только длинным рядом изнасилований. В чаще лесов раздаются нечеловеческие крики бьющихся в судорогах женщин. Камни, дерево, пещера, гора, — все служит самому необузданному приапизму».

Ничего нет удивительного в том, что эти люди предались противоестественным инстинктам: ведь закон не запрещал этого, а боязнь Иеговы была бессильна против этих обитателей азиатского Пантеона, перенесенных в Иудею вместе с их символами, мужским и женским детородным началом. Прочтите, например, это место из книги Бытия XXIV 2: «Клянусь, возлагая мои руки на твои половые органы (Iereki)», сказал Элиэзеру Авраам, уезжая для исполнения важного поручения. Здесь божество взято в свидетели торжественного обещания, здесь патриарх пользуется им для клятвы. Что касается принесения в жертву крайней плоти, которая всегда носила у евреев чисто религиозный характер, то это, быть может, одна из тех многих жертв, какие посвящались Гению-Производителю, Elohim; так, по крайней мере, думает Бенье, (Archeologie medicale), судя по следующим словам Иезекииля, в которых раскрываются таинства Bahhal Pehhor:

XVI 17. Ты взяла мои дорогие перстни, мое золото, мое серебро, которое я тебе дал; потом ты сделала себе «искусственный член», tzelem-zakar, и ты блудодействовала с ним.

Этот tzelem-zakar — не что иное, как драгоценный фаллус римских куртизанок. Это «золотая шпора» (L'eperon), какую греческие гетеры посвящали Венере; — это, наконец, тот же лингам из смолистой камеди, какие уже целое тысячелетие приготовляются в Индии для нимфоманов; их с необыкновенным цинизмом изображали индийцы на барельефах своих античных храмов [21] . Иеремия, свидетель этих бесчинств, относится к народу Израиля с глубоким отвращением, обрушиваясь на него за то, что он «блудодействует с деревом и с камнем».

Есть и много других доказательств того, что проституция у евреев не считалась позором. Главнокомандующий израильскими войсками, Иефте, был сын куртизанки и он мог, не вредя своим интересам, посвятить девственность своей дочери богине Bahhal.

Историки с полным правом утверждают, что язва проституции была постоянной болезнью иудейского народа. Исторические факты показывают, какой степени бесстыдства достигла у них проституция. Пророчества Иезекииля полны упоминаний о «местах публичного разврата, о домах терпимости, о палатках сладострастия, разбросанных по всем направлениям; только и встречаешь куртизанок, разодетых в шелк и вышитые ткани, сверкающих драгоценностями и надушенных благовониями; только и видишь, что сцены блуда»… (Дювур). Уже тогда, когда Моисей вывел евреев из Египта, они были развращены общением с поклонниками Изиды и Озириса. В течение сорокалетнего странствования по пустыне они находились в общении с другими народами, еще гораздо более развращенными, чем египтяне: все это были поклонники азиатских культов Bahhal и Милитты. Тогда Моисей понял, как трудно положить предел дурным инстинктам Израиля. Во имя своих диктаторских и религиозных прав, которые он получил от самого Бога, он принимал все меры к тому, чтобы положить предел этому росту распутства, которое прививал евреям культ идолов. На горе Синай он сказал им: «Не прелюбы сотвори, не желай жены ближнего своего». Но вместе с тем он был вынужден сказать им и следующее:

Левит ХVIII, 22. Ты не должен лежать с мужчиной, как лежат с женщиной, ибо это позорно. Ты не должен возлежать с каким-нибудь животным для того, чтобы осквернить себя с ним, и женщина не должна прелюбодействовать с животным, ибо это thesel (кровосмешение), противоестественный акт. Не оскверняйте свое тело никаким предметом, как это делают другие народы. 27. Люди, которые занимали эту сторону до вас, делали все эти гнусности и осквернили ими землю. 28. Чтобы земля не извергла вас за это осквернение, как она извергла народ, живший здесь до вас.