Чтение онлайн

Эмили отмокала в ванне. Мысли в голове ворочались медленно и тяжело. Сейчас у неё творческое затишье, она никому не нужна. Быть может поэтому, ситуация с мамой не попала в газеты. Она была на грани психического срыва, а газетчики, сломали бы эту грань, не задумываясь. И спас её, и мать, Ник. Этот не понятный Ник, из России. Когда она приехала домой от матери, она попробовала заняться домашними делами, но из головы не выходили слова Ника, о якобы состоявшемся разговоре, в котором он ей всё сказал, что хотел. Да, она признаёт, что была не в состоянии воспринимать его слова адекватно, но чтобы не помнить, это вряд ли. У неё хорошо развитая, актёрская память и она до сих пор её не подводила. Оставив дела, поудобней разместившись на диване, она стала вспоминать всё, что они говорили друг другу, с момента его звонка в домофон. Она вспомнила единственный момент, который мог оправдать его появление здесь, но назвать этот момент "разговором" можно с большой натяжкой. Она назвала его придурком, а он сказал, что тоже её любит. Ладно, он признался ей в любви, таким странным способом, но она то, не признавалась. А он сказал "тоже". Или у них, назвав человека придурком, признаёшься ему в любви?

Она погрузилась в пучины интернета, в поисках информации о России и её обычаях. Когда её голова отказалась воспринимать информацию, Эмили приготовила себе ванну и теперь пытается анализировать произошедшее с ней, исходя из полученных фактов. Например, к ситуации, о признании в любви, подходит выражение: милые бранятся, только тешатся. Бранятся, значит, ругаются, но ругаются не всерьёз, потому что тешатся. То есть, когда она назвала его придурком, он не воспринял это в серьёз, потому что считал её своей милой. А когда он принес маму, то назвал её - Эмили, родной. Да уж. На этот случай у них тоже есть выражение: без меня, меня женили. Выходит, он считает своё к ней чувство взаимным и может распоряжаться ею, как своей женой. И его безвозмездная помощь, тому подтверждение. Ему ни чего не надо, от близкого ему человека, человека принадлежащего ему. Получается, он всё за неё решил. Да это варварство какое-то. Пришёл, схватил и утащил в пещеру. Её вяло текущие мысли, подхватила волна негодования и возмущения, но ненадолго. Ведь это только её выводы, что считает по этому поводу Ник, она не знает. И самоё главное, не может знать. Память услужливо напомнила выражение: умом Россию не понять... Эта фраза её добила. День прошёл в пустую. Все её искания и терзания были бесполезной тратой времени. Вместе с этим печальным выводом, пришло спокойствие и умиротворение. Она наконец-то расслабилась. После ванны, приводя себя в порядок у зеркала, она решила вызвать Ника и вместе разобраться с чувствами. То, что рядом с ним опасно, понятно без каких либо размышлений.

Клиника "им. генерала Макколина", кабинет лейтенанта Кроу, звонок телефона, высвечивается номер шефа.

– Господин майор, на объекте без происшествий.

– Это хорошо, Кроу. Твоими сведениями заинтересовалось высшее руководство. К тебе уже вылетела оперативная группа в составе 15 человек, плюс руководитель группы. Разместятся они в клинике, её руководство предупреждено. Транспорт и аппаратуру выделит местное отделение ФБР, их руководство предупреждено. С тебя, только всесторонняя помощь. Я тебя понимаю, но пусть работает опер. группа. Своим докладом, ты уже отметился, тебя заметили и даже если операция не выгорит, ты пойдёшь на повышение. На передовую не лезь, сиди в своей клинике и помогай оттуда. Это тебе мой приказ. Если ты его нарушишь, можешь попрощаться со службой. Всё понятно?

– Так точно.

– Хорошо. До связи.

К приезду оперативной группы, Кроу, в отдельном флигеле клиники, подготовил условия для проживания и питания 16 человек. Связался с ФБР, договорился о количестве аппаратуры и транспорта, а так же об их доставке в клинику. Подготовил отдельные досье на доктора Свифта, мать и дочь Джонс. Раздобыл спутниковые карты Лос-Анджелеса и окрестностей. На картах обозначил: отдел ФБР, отделы полиции, клиники, места жительства фигурантов, места подключения к телефонам фигурантов. А так же подготовил номера служб, с которыми уже взаимодействуют или могут взаимодействовать. Руководитель прибывшей группы, оценил, проведённую Кроу, подготовку на "отлично". Во многом благодаря его действиям, ещё до наступления темноты, наблюдательные группы заняли позиции.

Эмили вышла на крыльцо своего дома, когда уже стемнело. Но темнота в Лос-Анджелесе, явление условное. Что бы увидеть звёздное небо, надо выезжать за город, настолько в нём много света. Ник, где то рядом, следит за ней. Иначе как он услышит, что она его зовёт. Она стояла, прислонившись плечом к закрытой двери. Решившись, она спустилась до первой ступеньки и достаточно громко, произнесла условную фразу и ... Ни чего не произошло. Чуда не случилось, а она почти поверила.

Поступил сигнал:-"Условная фраза произнесена". Я на пути к выходу, меня догоняет сообщение, что дом под наблюдением. Мысленно обращаюсь к старпому: - "Возможно ли, отключить свет во всём районе?". Я уже на улице, приходит ответ: - "Возможно". Эмили поворачивается к дому, я забегаю вперёд и подаю команду: - "Выключай. И, у нас будет гостья ".

Я уже повернулась, что бы идти домой, как почувствовала движение воздуха возле меня. Не успев ни чего понять, я оказалась в темноте. Ко мне кто-то прижался и прикрыл рот ладонью. В тот же момент я ощутила горячее дыхание у своего правого уха и этот кто-то прошептал: - "За домом наблюдают, я приглашаю к себе в гости, отказ не принимается". Это Ник, пришла догадка. Он подхватил меня на руки и вот мы уже в каком-то помещении. Опустив меня с рук, он стал видимым.

– Привет. Нам немного помешали, но теперь мы можем поговорить. Присаживайся. Налить, что ни будь попить?

– Воды, если можно.

– Конечно можно.

Он подошёл к какому-то ящику и просто достал из него стакан с водой, потом поставил его передо мной на стол. Я выпила его до дна. Кое-как успокоилась и перевела дух.

– Ты хотела поговорить со мной.

– А ты не хочешь?

– Нет. Есть способ получше. Пока ты разберёшься в полученной информации, я выясню, кто за тобой следит. Как закончишь, просто позови меня по имени.

А сейчас расслабься и доверься мне, ни чего страшного не случится.

Так же как и отцу, я передал ей свою историю и усыпил на часок. Теперь надо заняться делами и я пошёл в рубку.

– Лом?

– Да, капитан.

– Они уже доложили, что она пропала?

– Нет, сейчас они ищут её в доме.

– Обязательно надо отследить, кому по цепочке, придёт доклад в конце.

– Хорошо.

– И расскажи, пожалуйста, всё что выяснил.

– Клиника, что мы присмотрели за городом, она для военных, но и гражданских они принимают. Поэтому лечащий врач миссис Кэтрин согласился её туда отправить. А за клиникой присматривает разведка. И всё было бы нормально, но на следующий день, туда звонил доктор Свифт и справлялся о здоровье миссис Кэтрин. Скорее всего, это миссис Кэтрин вместе с доктором выясняли, где же она лечилась. А разведка плотно держит всё под контролем, они сложили два и два. Уже через пару часов, из клиники, ушёл доклад непосредственному руководителю. Даже с фотографией миссис Кэтрин после выздоровления. Начальство отреагировало быстро. Результат перед нами. Они за доктором и миссис Кэтрин тоже наблюдают.

– Что там, доклад пошёл?

– Да. Они сделали мисс Эмили главным фигурантом. Её наблюдателям передают резервную группу для усиления. Наши действия, капитан?

– Никаких действий, пока не поговорю с Эмили. Отслеживай ситуацию. Я к ней, по времени пора.

Когда я проснулась, а я, почему то именно спала, Ник сидел напротив и смотрел на меня. Я всё про него знаю, промелькнула у меня мысль. Он самый обычный русский, не богатый, не знаменитый. С одной оговоркой "был". Пока не случилось то, что случилось. В обычной жизни у него не было шансов даже увидеть меня, а уж о том, что бы поговорить, речи и вовсе быть не могло. Но вот у него появился шанс и он, не задумываясь, им воспользовался. С его стороны всё по-настоящему. И он прав, он тогда всё сказал. Теперь его судьба в её руках.

– Ты знаешь, кто за мной следит и почему?

– Почему? Конечно из-за меня. А кто? ЦРУ.

– "Пипец".

– Интересный вывод, из которого тоже можно сделать вывод. Ладно. Твоя мама провела собственное расследование своего выздоровления. Единственным результатом, которого, стал интерес со стороны ЦРУ. Сейчас за доктором Свифтом, твоей мамой и тобой ведут слежку. А с момента моего приглашения тебя, к себе в гости, за тобой ведут усиленную слежку и даже дома у тебя уже побывали.

– Да же так.

– Да. Они не поверили своим глазам, когда ты исчезла. Поэтому пошли проверять.

– И что теперь?

– Это я хотел у тебя спросить Эмили, что теперь? Ты знаешь, что я прилетел за тобой и мне обязательно надо вернуться. У ЦРУ на вас ничего нет, одни догадки. Твоей маме проведут обследование, но, ни каких следов чужого вмешательства не найдут. Доктор вообще про процесс выздоровления ни чего не знает. Он видел только меня. Твоя мама видела меня. Ты видела меня. И искать будут только меня. На вопрос где ты была сегодня ночью, можешь сказать, что была у соседки. В доме, слева от твоего, живёт старенькая леди и когда выключили свет, ты за неё испугалась и побежала к ней. Она подтвердит. А ещё, я могу предоставить тебе запись незаконного проникновения в твой дом каких-то людей. Видео камеры будут стоять так, как будто всегда там стояли, а ЦРУ их не заметили. Скандал раздувать они не захотят, ты всё-таки известная личность. Да, какое-то время за вами ещё будут присматривать, но уже не так активно. А можем прямо сейчас полететь к твоему нотариусу, переписать твоё имущество на маму, потом зарегистрируем брак. И вперёд, на поиски приключений. Это будет наше свадебное путешествие длинною в жизнь.