Чтение онлайн

А когда они поднялись по узенькой лестнице на крышу - широкую площадку, которую и называли палубой, - со всех сторон открылась красота. Холмы поражали своими плавными линиями, море - могучим спокойствием, горы глубиной причудливого цвета, который и назвать было невозможо, столько всяких красок было перемешано и выплеснуто вверх, к небу.

– Я всегда здесь умолкаю, - сказал Коля.
– Перед этой красотой мои слова бессильны.
– Он показал рукой на склон Карадага.
– А вот и хозяин Коктебеля. Максимилиан Волошин смотрит в небо со склона Карадага.

Ребята взглянули и ахнули. Склон горы был... профилем Волошина! Точь-в-точь таким, каким они только что видели его на фотографиях и портретах.

– Это удивительное совпадение, - сказал Коля.
– Когда Волошин приехал сюда впервые и увидел этот профиль, он понял, что сама судьба привела его в Коктебель. А ведь тогда, сто лет назад, здесь был пустынный берег. Поразительное соединение вечности, пространства, человеческой жизни...

Коля замолчал. Он смотрел куда-то вдаль, в горы.

Иван Сергеевич, словно боясь помешать ему, шепнул:

– А отсюда можно увидеть и профиль Пушкина. Вон там, смотрите, зубчатый край скалы Сюрю-Кая, видите? Как будто Пушкин смотрит в небо.

И в этом профиле было поразительное сходство.

– Какое-то волшебное место, - прошептала Аня.

Коля услышал эти слова и улыбнулся.

– Здесь, на этой площадке, - сказал он, - мне не со всеми так спокойно и приятно. Бывают люди, рядом с которыми почему-то тревожно. А с вами хорошо. И я просто счастлив поделиться с вами самой большой моей за последнее время радостью!

Коля заговорщицки подмигнул и поднял вверх палец. Таким жестом всегда предваряют какой-нибудь сюрприз. Все спустились за ним по лестнице в огромную, с высокими окнами, мастерскую Волошина.

Коля поднырнул под веревочное ограждение, за которое нельзя заходить посетителям, подошел к какому-то шкафчику...

– Только мы с коллегами пока спорим, - обернулся он, словно специально разжигая нетерпение в своих спутниках, - где должна стоять моя находка. Дело в том, что ни на одной фотографии, на которой можно рассмотреть интерьеры дома, её нет. А в волошинских письмах упоминание о ней я нашел. Как потом нашел, между прочим, и её саму...

– Коля, а ведь это издевательство!
– воскликнул Иван Сергеевич. Посмотри, ребята просто прыгают на месте от нетерпения. Да покажи наконец, что ты от нас прячешь!

Коля улыбнулся, выставил вперед ладони жестом фокусника - мол, сейчас вы все увидите, - и открыл шкафчик.

– Вот!
– торжественно произнес он и взглянул на присутствующих.

– Ой!
– воскликнула Аська.
– Кошечка... Бедненькая! А почему без головы?

Коля мгновенно повернулся к шкафу. Несколько секунд он стоял молча, потом заметался вдоль веревочки, как пойманный зверь, и забормотал:

– Но... зачем? Зачем? Она же ненастоящая...

– Коля, возьми себя в руки!
– отчетливо и громко произнес Иван Сергеевич.
– От первых минут многое зависит, поверь мне. Ты должен успокоиться и собраться с мыслями. Что пропало?

– Кошачий глаз. То есть... голова. Тьфу ты, и объяснить не умею толком!

И, словно собравшись с силами, Коля произнес на одном дыхании:

– У этой статуэтки вместо головы был большой камень - кошачий глаз. Он исчез.

Казалось, это простое сообщение отняло у Коли все силы. Он просто рухнул на музейный диван, к счастью, оказавшийся за его спиной.

Глава VII

ЛЮБИМАЯ ПОСЛОВИЦА ШЕРЛОКА ХОЛМСА

Сложные чувства испытывали ребята. Особенно Филя. С одной стороны, он как нормальный человек расстроился из-за пропажи. Что и говорить, любая кража неприятна - у тебя уворовали, у твоего друга или у совершенно незнакомого человека. А тем более, если кража совершена из музея. Да ещё из-под самого твоего носа!

Но с другой стороны... Филя как будто дождался наконец события, которое он предчувствовал. И даже более того - предсказывал!

Вечером ребята сидели у моря и по очереди неторопливо бросали в воду камешки. Похоже, это становилось их привычкой: перед сном сидеть вот так у воды, разговаривая или думая - каждый о своем. И вот тут-то Даня так прямо и сказал:

– Это все, Филя, твои дурацкие предсказания сбылись! Накликал беду, можно сказать. Так хотелось тебе приключений! Столько времени ждал - и дождался...

– Что я, в сговоре с преступником, что ли?
– обиделся Филя.
– Втайне ото всех уговорил его совершить кражу? Чтобы не скучно нам было, да?

Даня вздохнул:

– Не болтай ерунды. И без этого голова кругом идет. У нас получается какой-то детектив наоборот. Сначала мы выискиваем подозрительых типов и ты убеждаешь нас, что затевается какое-то нехорошее дельце, а потом, как по заказу, совершается эта кража. Фантастика какая-то. Согласись, Филя, ты в музее сразу же вспомнил про этих Гулливеров! Не зря же ты стал расспрашивать Колю, какие подозрительые личности приходили в последнее время на экскурсию. И даже начал описывать их внешность. Хорошо, что я вовремя тебя остановил. А то твоя мама та-ак на тебя посмотрела при этом!

– Какой молодец, что остановил!
– хмыкнул Филя.
– Только на ногу не надо было так больно наступать. До сих пор мизинец болит.

– Мизи-инец!
– передразнил Даня и задумался.

Но Филя в своих размышлениях был торопливее:

– Ты вот привык к обычному ходу вещей, - горячо заговорил он. Начитался всяких книжек, где писатели читателей за нос водят. Сначала все неизвестно и только в конце понятно. А в жизни бывает все по-другому! Совпадения бывают самые невероятные. Поэтому жизненные, непридуманные истории - ничуть не менее интересные.

– При чем здесь книжки?
– отмахнулся Даня.
– Согласись, что расследование надо начинать не с конца, а с начала. С пустого места. И искать связь между различными событиями. А пока между нашей слежкой за теми типами и пропажей в музее нет никакой связи. Ни-ка-кой!

Для пущей убедительности последнее слово Даня произнес раздельно, по слогам. Филя пожал плечами, будто соглашаясь, но не очень охотно. Мол, ладно, чего уж там...

"На всякий случай все надо иметь в виду", - думал он про себя.