Чтение онлайн

— Какой может быть разговор, товарищ начальник, куда прикажут, туда и поеду.

— Спасибо, Максим Максимович.

Туманов,. ознакомившись с оперативным положением Тахтинского района, ушел с работы поздно и немедленно отправился в один из ближайших домов, в свою квартиру, дверь которой открывалась прямо на улицу. Снег, шедший с утра, прекратился. На небе не было ни облачка.

Когда Туманов остановился перед входом, у которого набрался снег, кто-то показался на другом конце улицы. Это оказался Беков Муса. Он вежливо поздоровался, взявшись обеими руками за руку Туманова, и торопливо заговорил.

— Здесь есть мой старый знакомый. Его жена время от времени печет мне лепешки в тамдыре. Вчера и ей принес муку. После работы я дома вечером приготовил курочку. Сейчас иду, чтобы забрать хлеб. Смотри, какое у меня хорошее зрение. Среди ночи я узнал тебя издали и побежал. Вот удача, думаю, почаевничаем с тобой. Идем, родной мой, ко мне. Дома печь топится, обед готов. Ты постой минутку здесь. Я в два прыжка принесу три-четыре тепленьких лепешки.

Не ожидая ответа Туманова, Беков торопливо ушел и, как обещал, быстро вернулся. Под мышкой у него топырился белый мешок.

Кому понравится находиться в сырой холодной комнате и грызть черный хлеб?... Туманов, не говоря ни слова, последовал за Вековым.

Действительно, в комнате Бекова было тепло. Туманову понравилась домашняя обстановка, доставили удовольствие запах куриного супа и круглых лепешек с узорами на поверхности.

По натуре стеснительный, Туманов взял одну лепешку и стал ее рассматривать. Среди круглых узоров кое-где попадались продолговатые следы палочек, что придавало лепешке какой-то улыбающийся вид.

— Испечена лепешка, на которую можно только любоваться. Невозможно решиться съесть ее. Эту лепешку, наверное, испекла красивая женщина, — впервые со времени знакомства с Вековым Туманов первый заговорил с ним.

— Почему не съесть, эти вещи предназначены для человека, родной мой, — сказал Беков, разломил одну лепешку и кинул на скатерть. Потом налил Туманову чай из заварного чайника.

В комнате сильно и приятно запахло зеленым чаем. Туманов поднял пиалу цвета слоновой кости на кончиках пяти пальцев и стал с удовольствием пить чай. Все его тело освобождалось от усталости и успокаивалось.

— Родной мой, когда мы в прошлый раз встретились на дороге, ты сказал, что едешь в Тахту,—ска зал Беков и, подняв крышку чугунка, стоявшего на печке, посмотрел на обед. — Потом я хочу сказать, родной мой, не прошло и двух-трех дней после нашей встречи, меня направили в Тахту в командировку по делам нашей милиции. Ай, повезло, там буду вместе с тобой, — подумал я, и захватил принадлежности для плова. Приехал, где ты, где я! Спросил, никто ничего не знал. Оказывается, так случается, когда расположишься к кому-нибудь всей душой. Поверь, если даже вижу тебя каждый день, мне кажется, виделся раз в год.

Туманов, слушавший его невнимательно, ответил:

— Я был в Тахте мало. Несколько дней объезжал села. Потом уехал в соседний район. Правда, в центре района не был.

— Э... теперь все понятно. А я-то тебя искал в центре, — согласился Беков.

— Оказывается, меня послали в Тахту не просто так,—сказал Туманов и посмотрел на него, прищурив глаза.

— Благополучно ли хоть там, родной мой?

— О, да. Меня посылают на работу в Тахту.

— Ба, скажи-ка, родной мой. А я радовался, что нашел хорошего друга. Опять не получилось.

— Будем встречаться во время приездов. Туманов, проведя ночь у Бекова, утром ушел на работу. Беков его проводил.

— Родной мой, я сегодня отдыхаю. Я сам провожу тебя в Тахту.

Ехать из Ташауза в Тахтинский район было не на чем, в отделе не было транспорта. Туманов вышел из городского базара на дорогу, ведущую в Тахту, с провожающим его Вековым.

С наступлением часа, когда солнце поднимается на высоту птичьего полета, со стороны базара показалась запряженная ослом двухколесная арба, на которой кто-то сидел. Человек, одетый в серый ватник, был очень крепко сложен. Кольца овечьей папахи ниспадали на его плечи и шевелились соответственно тряске арбы. Весь груз на арбе составляли пять-шесть охапок сена и слегка наполненная переметная сума,

—Я немного знаю этого человека. Если попросим, он наверняка возьмет тебя, — сказал Беков и вышел на середину дороги.

Туманов, оглядев два кривых колеса арбы и осла, с трудом тянувшего арбу, покачал головой.

— Если я и сяду на эту арбу, бедняга осел не сможет повернуть два больших колеса и одного раза в час.

Увидя стоящего перед ним человека, осел несколько раз заревел и пошел взбрыкивая. Возница еле сдерживал осла за недоуздок.

— Вот способности у бедняги, которого ты пожалел, родной мой,— засмеялся Беков.

— Действительно, осел, оказывается, очень вынос» Я иное животное, — сказал Туманов н вспомнил, как он садился именно на такого же маленького ослика в стоянке Мукым сердара.

Человек на арбе, сделав вид, что не знает Бекова, попытался проехать мимо.

— Пальван-ага, здравствуйте, — сказал ему Беков.

— Здравствуй, — безразличным тоном поздоровался Пальван-ага, но арбу не придержал.

— Пальван-ага, приостановите арбу. Что мы плохого вам сделали? Или не узнали?

Пальван-ага придержал арбу и обменялся рукопожатиями с подошедшими к нему.

— Все ли благополучно, Муса? Здоров ли? Как здоровье, молодой человек? — спросил Пальван-ага а посмотрел на Бекова и Туманова.

— Что, Пальван-ага, стареем, думал сначала» ее узнали, — попытался пошутить Беков.

Пальван-ага шутки не принял. Он, задумавшись, смотрел на дорогу. Через некоторое время ответила

— Эх, Муса, узнать-то узнал. Ай, ну это так... Зачем спрашивать.

— Скажите правду, Пальван-ага. Вас знает весь народ. Поэтому вам не идет изворачиваться. Если атак поступаете вы, то другим тем более не будет стыдно.

— Народ меня знал и уважал. Но те времена прошли. Вот теперь из-за того, что я с вами встретился, сегодня меня могут перехватить басмачи с одиннадцати» зарядными наганами и обрушат мой дом на мою же голову. Если бы орудовать только кривой саблей, я смог бы справиться с пятью-десятъю басмачами. Но нынче времена винтовок. Чтобы нажать аа курки, большой силы не надо. Будет трах! — и ни одной души. Сейчас лучше быть нейтральным.

— Хорошо, хорошо, Пальван-ага, счастливого пути! Простите, — сказал Туманов я потянул Бекова за рукав. Пальван-ага встряхнул недоуздок и двинулся в путь.