Чтение онлайн

Люди по-разному реагируют на свои внутренние трудности, зачастую просто отрицая их существование, «забывают» о травмирующем событии, ищут выход в самооправдании и снисхождении к своим «слабостям». Искажение реальности защищает психику от болезненных напряжений. Для этого существуют защитные механизмы.

Явление психологической защиты в основном связывается с такими функциями психики, как приспособление, уравновешивание и регуляция. А. Фрейд первая дала развернутое определение психологическим защитам : «это средства, с помощью которых „Я“ обороняется против неудовольствия и страха и старается утвердить свое господство над импульсивным поведением, аффектами и влечениями» .

Большинство современных исследователей склонны рассматривать защиты как процесс внутри психической адаптации личности: психологическая защита снимает напряженность, уменьшает тревогу и страх. Однако для постоянного поддержания работы психологических защит на оптимальном уровне требуется постоянное расходование энергии. Эти затраты могут оказаться очень существенными и привести к появлению невротических симптомов и нарушению работоспособности.

Кроме того, проблема психологической защиты содержит в себе сущностное противоречие между стремлением человека сохранить психическое равновесие и потерями, к которым ведет избыточное вторжение защит. С одной стороны, безусловна польза от всех видов защит, призванных снижать накапливающуюся в душе напряженность путем искажения исходной информации или соответствующего изменения поведения. С другой стороны, их избыточное использование не позволяет осознавать объективную ситуацию, адекватно и творчески взаимодействовать с миром.

Рассмотрим более подробно, какие бывают психологические защиты и как они связаны со стратегиями совладания с трудными жизненными ситуациями, вызывающими стресс.

Вообще говоря, то, что мы у взрослых называем защитами, есть не что иное, как глобальные, закономерные, здоровые, адаптивные способы переживания мира у маленьких детей. Первым наблюдал некоторые из этих процессов и дал им названия З. Фрейд.

Выбор им термина «защита» отражает два аспекта его мышления. Во-первых, Фрейд восхищался военными метафорами. Стремясь сделать свои идеи приемлемыми для скептически настроенной публики, он часто в педагогических целях использовал аналогии, сравнивая психологические действия с армейскими тактическими маневрами, компромиссами при решении различных военных задач, сражениями, имеющими неоднозначные последствия. Во-вторых, когда Фрейд впервые столкнулся с наиболее драматическими и запоминающимися примерами того, что мы теперь называем защитами, он увидел их защитные функции. Изначально его привлекали люди с эмоциональными нарушениями, преобладанием истерических черт, люди, которые пытались избежать повторения предыдущего опыта, которое, как они опасались, могло принести им невыносимую боль.

Феномены защиты имеют множество полезных функций. Они появляются как здоровая, творческая адаптация и продолжают действовать на протяжении всей жизни. В тех случаях, когда их действие направлено на защиту собственного «Я» от какой-либо угрозы, их можно рассматривать как «защиты», и это название вполне оправдано. Личность, чье поведение демонстрирует защитный характер, бессознательно стремится выполнить одну или обе из следующих задач: (1) избежать или овладеть неким мощным угрожающим чувством – тревогой, иногда сильнейшим горем или другими угрожающими эмоциональными переживаниями; (2) сохранение самоуважения.

Считается, что каждый человек предпочитает определенные защиты, которые становятся неотъемлемой частью его индивидуального стиля борьбы с трудностями. Это предпочтительное автоматическое использование определенной защиты или набора защит является результатом сложного взаимодействия по меньшей мере четырех факторов. Во-первых, врожденного темперамента. Во-вторых, природы стрессов, пережитых в раннем детстве. В-третьих, защит, образцами для которых (а иногда и сознательными учителями) были родители или другие значимые фигуры. В-четвертых, усвоенных опытным путем последствий использования отдельных защит (на языке теории обучения – эффект подкрепления).

На сегодняшний день известно свыше 20 видов защитных механизмов, все они подразделяются на примитивные защиты и вторичные (высшего порядка) защитные механизмы. Как правило, к защитам первичным (защитам «низшего порядка») относятся те, что имеют дело с границей между собственным «Я» и внешним миром. Чтобы быть классифицированной как примитивная, защита должна иметь недостаточную связь с принципом реальности и недостаточный учет отделенности и постоянства объектов, находящихся вне собственного «Я». Необходимо понимать так называемые примитивные защиты – это просто способы, с помощью которых, как мы полагаем, ребенок естественным образом постигает мир.

Защиты вторичные («высшего порядка») – более зрелые и развитые. Они «работают» с внутренними границами – между наблюдающей и переживающей частями «Я» (Мак-Вильямс, 1998).

Выделено достаточно большое количество психологических защит. Среди них восемь основных, регулирующих восемь базисных эмоций. Это отрицание, проекция, замещение, подавление (вытеснение), интеллектуализация, реактивное образование, компенсация и регрессия. Некоторые из защитных механизмов выделяются как однозначные, другие представляют собой совокупность из нескольких вариантов защитных стратегий, близких по психологическому содержанию.

Рассмотрим эти защиты более подробно.

Отрицание, то есть отказ принять существование неприятностей, – один из ранних способов справляться с ними. Все мы автоматически отвечаем таким отрицанием на любую катастрофу. Первая реакция человека, которому сообщили о смерти близкого: «Нет!». Эта реакция – отзвук архаического процесса, уходящего корнями в детский эгоцентризм, когда познанием управляет убежденность: «Если я не признаю этого, значит, это не случилось».

Человек, для которого отрицание является основной защитой, всегда настаивает на том, что «все прекрасно и все к лучшему». Большинство из нас до некоторой степени прибегает к отрицанию, с достойной целью сделать жизнь менее неприятной, и у многих людей есть свои конкретные области, где эта защита преобладает над остальными. Например, когда чувства уязвлены, а плакать неуместно или неразумно, они более охотно откажутся от своих чувств, чем подавят слезы сознательным усилием.

В чрезвычайных обстоятельствах способность к отрицанию опасности для жизни на уровне эмоций может оказаться спасительной. Благодаря отрицанию мы можем реалистически предпринять самые эффективные, даже героические действия.

Хуже то, что отрицание может привести и к противоположному исходу. Жена, отрицающая, что избивающий ее муж опасен; алкоголик, настаивающий на том, что не имеет никаких проблем с алкоголем; пожилой человек, не помышляющий об отказе от вождения машины, несмотря на явное ослабление способностей к этому, – все это знакомые примеры отрицания в его худшем виде.

Проекция – приписывание человеком не признаваемых и не одобряемых собственных мыслей, чувств и мотивов другому человеку. В своих благоприятных и зрелых формах она служит основой эмпатии (греч. empatheia – сопереживание), то есть способности поставить себя на место другого человека, способности к сопереживанию. Поскольку никто не в состоянии проникнуть в чужую психику, для понимания субъективного мира другого человека мы должны опираться на способность проецировать собственный опыт. Интуиция, явления невербального синхронизма и интенсивные переживания мистического единства с другим человеком связаны с проекцией собственного «Я». При этом характерна мощная эмоциональная отдача для обеих сторон. Хорошо известно, что влюбленные воспринимают состояния друг друга способами, которые сами не могут логически объяснить.