Чтение онлайн

– Ясно, - погрустнел экскаваторщик. Он нашел дальше, вверх по руслу небольшую рощу, где росли местные съедобные грибы. Вот и хотел сегодня полазить вдоль небольшого ручья с лукошком, точнее, с пластиковым ведром.

– Ладно, давайте поедим, - Леонид начал выкладывать на большое эмалированное блюдо куски мяса. Выложил на доску пару свежих, утренних чуреков, спеченных Самвелом.
– На ужин суп сварю, с галушками. А вообще, у меня скоро день рождения, так я вам борщ сварю. Настоящий мудрый борщ, самая мужская еда!

Двадцать седьмой год, шестой месяц, 21. 03-40. Воскресенье. Карьер "Глухомань".

Леонид, позевывая, поправил винтовку, прислоненную к стене небольшого ДЗОТа , встроенного в наблюдательную вышку в углу огражденной территории. Сверху была открытая наблюдательная площадка, а ниже, под ней, был сделан этот самый ДЗОТ, по иному у Панфилова язык не поворачивался назвать это помещение. Набор из досок какого-то местного дерева держал винтовочную пулю, имел бойницы по периметру, чтобы можно было вести огонь в любую сторону. Сейчас Панфилов не мог не признать, что эта идея была весьма неплоха. Тем более, что вышка была привезена на трейлере и установлена за час. Хоть на момент установки он слегка посмеялся на паранойей начальства. В углу стоял на сошках М60 с заправленной лентой, оставалось только затвор передернуть. Леониду было несколько непривычно, что в американском пулемете необходимо было затвор обратно возвращать рукой, но так пулемет был довольно удобен. Впрочем так же возвращать затвор нужно и в ПКМ, просто на службе Леонид общался в основном с РПК.

Сверху в лестничный проем отбрасывал тень под лунным светом Молчаливый Джек. Старый-престарый манекен, одетый в заношенный камуфляж и держащий приклеенную к рукам разбитую винтовку М-16. Где его мужики откопали, Леонид не знал, но подшутили над ним здорово, установив эту куклу на третий день здешней жизни. Он решил было, что караул заснул, и взбежал наверх устроить разгон. А его осветили снизу, и из громкоговорителя спросили, как ему новый охранник. Смеялись над ним пару дней, но беззлобно, розыгрыши среди своих разбавляли довольно скучную и тяжелую жизнь дорожников. Куклу так и оставили наверху, она никому не мешала.

Леонид еще раз было потянулся, хрустя позвонками, как манекен наверху , на наблюдательной площадке дернулся от звучного удара, и упал, грохнув винтовкой по полу. А чуть позже со стороны неглубокого оврага метрах в ста от вышки донесся тихий щелчок.

– Твою мать!- Леонид подавил в себе желание дергаться и тихонько присел под укрытие крепких стен.
– Это что же?

На полусогнутых Панфилов шагнул к амбразуре и выглянул краем глаза. От оврага к лагерю бежало несколько теней. Сто метров пробежать даже пригнувшись недолго, поэтому Ленька зажмурился и включил освещение периметра. Даже сквозь веки посветлело, и когда Леонид через секунду открыл глаза, то все было залито ярким светом. А ведь все благодаря инструкциям компании. Согласно им, периметр лагеря оснащался дюжиной посадочных фар от самолетов, которые подключались к аккумуляторным батареям. Конечно, мощные фары хоть и были почему-то на двадцать восемь вольт, но сажали батарею быстро, за несколько минут. Но эти несколько минут были очень яркими.

Вот и сейчас, ослепленные фигуры даже притормозили. И Леонид начал отстрел с той, что была самой ближней и держала ПКМ, про который он недавно думал. Все по уставу - первой поражается наиболее опасная цель.

Леонид плавно провел винтовкой, мерно выстрелив пять раз, и повел ей обратно, повторно поражая мишени. Когда он отстрелял девятый патрон, то одна цель крутилась на земле и выла совсем не по человечески. Тот, пятый, которому прилетело последнему из первой серии, успел слегка отпрыгнуть назад, и пуля долбанула ему в ногу, куда то в район бедра. Панфилов потому его и добивать не стал, про "языка" с чего-то подумал, если бандит жив останется. А пока Леонид схватил пулемет, рванул затвор и перебросив ленту себе на руку и оперев пулемет на амбразуру, высадил длиннющую очередь по темнеющему оврагу, откуда выскочили эти тени. Потом еще одну, превратил ближний склон в небольшую пыльную бурю. Подхватил пулемет за ручку на стволе, в другую руку схватил винтовку и бросился вниз по лестнице из вышки. ДЗОТ он хоть и держит винтовочную пулю, но от гранатомета близко не защитит.

Выскочив из вышки, он отшвырнул пулемет и согнувшись, пробежал пять метров до ближайшего погрузчика, упав за его внушительное колесо, а потом прополз мимо него, к бульдозеру. Тяжеленный сорока семи тонный "Шантуй" должен был быть погружен завтра на трейлер, и увезен из карьера, где он свою работу сделал, своротив два склона и открыв более легким машинам месторождение ровного гравия. И уже за ним , сев на землю и прислонившись спиной к катку, вытащил опустевший магазин из винтовки, заменив его на полный. Многотонная машина за спиной внушала относительное спокойствие.

Из вагончика выметнулись Хиггинс и Климов, плохо различимые в полутьме лагеря. Залегли за сложенный из камней очаг, выставив АКМ и М-14 с разных сторон.

Леонид коротко свистнул, и махнул рукой, привлекая к себе внимание. Потом вспомнил про ходи-болтайку на плече, и вызвал Климова. Рации у всех были на разгрузках, и должны были быть в режиме приема.

– Ром - Леньке. Я за "Шантуем". Пятерых перед вышкой уложил, сколько еще - неизвестно,- Панфилов говорил по-русски, предполагая, что в здешних местах русских бандюков встретить тяжеловато. А уж чтобы они банк в американском городке брали - вообще маловероятно.

Ромка крутнул головой, нашел Леонида в тени экскаватора. Что-то сказал Майклу, и ползком двинулся ко нему. Вроде все серьезно, но вид грозно ползущего в семейных труселях вооруженного до зубов ( автомат, пистолет на поясном ремне, разгрузка, битком набитая магазинами и гранатами) экскаваторщика заставил Панфилова истерически хихикнуть.

– Ну ты даешь! Устроил оборону Сталинграда, - запыхавшись, заметил Климов, усаживаясь рядом в Ленькой.- Поменьше экскаватор найти не мог, за которым в прятки играть?
– Климов глянул поверх капота, прикрываясь кабиной.

– К твоему " Каматсу" далековато бежать было. Смотри, за проволокой, метрах в пятидесяти от вышки крутится один, видишь? А вон еще трое лежат, и четвертого ногу видать, - Леонид положил винтовку на каток, и взял на прицел раненого бандита.- Блин, фары тухнут, сейчас батарея сдохнет.

– Ничего, Луна вон какая, и вот еще, - Климов протянул Леньке здоровенный одноствольный пистоль с пятью бумажными толстыми патронами.
– Осветительные, белые. Как чуял, что понадобятся.

Сзади подполз Майкл, в отличии от Климова бывший в штанах и ботинках.

– Где пулемет?- первым делом поинтересовался он, поглядев на лежащие тела перед вышкой.

– Где-то там, - Леонид показал на тень, падающую от караулки.- Бросил его, когда спустился сверху, все равно от ленты огрызок остался. Патронов двадцать, не больше.

– Ясно,- кивнул морпех, вешая на винтовку ночник.
– Тогда помолчите пока. Погляжу вокруг, - и негр, найдя в механизмах экскаватора достаточно большой просвет, начал медленный осмотр потемневших окрестностей.
– Вроде никого нет, кроме этого недобитка.

– Эй, вы! Сволочи! Перевяжите, фашисты!- из-за вышки раздался истерический вопль.
– Смотрите, с вас за беспредел спросят!

– Это еще что?
– Леонид и Роман удивленно переглянулись. Кто-то орал по-русски. Охрипшим голосом, с надрывом, и вполне себе на языке Пушкина.

– Слушай, урод, ты один?
– в ответ крикнул Леонид с молчаливого согласия Хиггинса.- Не ты в меня из бесшумки метил? Смотри, гад, сейчас гранату тебе переброшу!

– Не я, зуб даю! Перевяжите, потом вам у братвы зачтется. И базар есть, нужно перетереть!