Чтение онлайн

***

– Никого не спас по пути? – спросил Лекс, увидев меня рассматривающим здоровенный стол с макетом крепости и солдатиками. – Будешь так продолжать – можешь сделать карьеру.

– Здравствуй, Саш, - повернулся я к нему и подал руку для пожатия. Он на рукопожатие ответил. – Завёз тебе продукты. Пока разгружают, решил немного прогуляться. – Планируешь захват власти?

– Я получил этот набор от отца в подарок, когда мне было девять.

– Классный подарок, - со значением кивнул я.

– Это не подарок, это стратегическое оружие! Мой отец приравнивает бизнес к войне…

– И он прав, вообще-то, - заметил я.

– Пожалуй, - не стал спорить Лютер.

– Но подарок всё равно классный! Похоже, твой отец сильно тебя любит.

– Любит? Мой отец? Ты наверное о ком-то другом. Мой отец не умеет любить…

– А ты умеешь? – заинтересовался я.

– В каком смысле? – осёкся Лютор.

– В том, что: вот ты знаешь, как надо любить? Что делать с тем тёплым чувством привязанности, что возникает вот здесь, - приложил я руку к груди. – Какими словами его выразить? Какими поступками? Как показать свою любовь? К девушке? К родителям? К сыну?

– Я… какие-то ты очень сложные вопросы задаёшь, Кларк. Как-то они тебе не по возрасту, не находишь? – ухмыльнулся Лекс.

– Пожалуй, - виновато развёл руками я. – Просто, они меня беспокоят. Вот и всё. Ведь у меня самого, когда-нибудь, надеюсь, тоже будет сын. Или дочь… Как правильно показать ей или ему свою любовь?

– Ну, не знаю, Кларк. Наверное, надо проводить с ним время, уделять ему внимание, дарить полезные подарки, которые помогут ему научиться важным вещам…

– Хороший подарок, всё же, - сделал вид, что полностью сосредоточился на игрушечной крепости. – Такие красивые солдатики в девять лет. Я был бы рад такому. Отец рассказал, что здесь за битва изображена, или ты сам вычитал? – поднял я взгляд на Лютера. Он расхохотался и погрозил мне пальцем. Я снова виновато развёл руками.

– А ты коварен, словно Змей Искуситель, Кларк, - заметил он, отсмеявшись. – И не скажешь сразу, что за этой невинной улыбкой и наивным взглядом скрывается изворотливый хищник. Я тебя недооценил, признаю.

– Такая оценка моим способностям лестна, конечно, - улыбнулся я. – Но в чём же моя «хищность»?

– Не скромничай, - ответно улыбнулся Лютер. – Здесь, кстати, изображена Троянская война. И да – рассказал мне про неё отец, проводя со мной время за игрой в эти «солдатики» и пытаясь вложить в мою девятилетнюю голову немного своего опыта… Она началась из-за того, что двое мужчин влюбились в одну женщину… Как ты и полузащитник. Это из-за неё он повесил тебя в поле?

– Если война и была…

– То ты её с блеском выиграл. Я разузнал, что за традиция такая местная «Пугало» - это унижение, бесчестие и метка лузера на всю оставшуюся школьную жизнь, а то и не только школьную, но ты позволил ему так с собой поступить: когда я тебя нашёл, то на тебе не было синяков и ссадин – ты не сопротивлялся. Вроде бы глупость, слабость, поражение… Но затем следует один точно выверенный и от того неотразимый удар в самый момент триумфа Фордмана. И что в итоге? Фордман унижен, сокрушён, растоптан, а ты – Герой. А уж после сегодняшнего так уж точно. Красивая комбинация, браво, Кларк! – поаплодировал мне Лютер. Мне оставалось лишь, скромно улыбаясь, почесать кончик носа. – Пожалуй, осталось добавить к ней всего одну деталь, финальный мазок кисти… удар мизерикордии, - достал он из своего стола красивую шкатулку из серого металла и раскрыл её передо мной.

Я непроизвольно отшатнулся, так как там оказался тот самый кулон из зелёного метеорита, но тут же попытался обыграть это движение.

– Оу! – воскликнул я. – И кто ещё из нас Змей Искуситель, Лекс!

– Лекс? Не Саша? – с победоносно-хитрой полуулыбкой на лице изогнул бровь он.

– Нет, не Саша, - преувеличенно серьёзно покачал головой я. – «Саша» для тебя слишком просто и по-домашнему. Ты именно «Лекс». Опасный, как тот самый удар мизерикордии, о котором ты говорил.

– Пожалуй, - кивнул он. – Приму это, как комплимент, - и закрыл шкатулку. Дурнота мгновенно исчезла. Я приблизился и осторожно коснулся шкатулки. Дурноты по прежнему не было.

– Я могу взять его? – уточнил я.

– Бери, - протянул он мне всю шкатулку.

– Это действительно Царский Подарок, Лекс, - восхитился я. – Ты-таки смог подобрать «ключик». Тяжёлая… Из чего она?

– Из свинца. Мама купила её на базаре в Марокко. Торговец сказал ей, что она сделана из доспехов Святого Георгия, покровителя бой-скаутов. Она отдала её мне перед смертью, считала, что она принесёт мне удачу.

– Эм… Лекс, ты уверен? – осторожно, уже безо всякой наигранности, уточнил я. – Это ведь на самом деле важная вещь для тебя. Я понимаю, что такое память о родителях и её настоящую ценность. Может, подберёшь упаковочку попроще? Золото там, или платина, например? – всё же добавил немножко шутки в конце.

– Уверен, Кларк, - почти удачно подавил вздох Лютор. – Я ещё знаю слово «отпускать». И мне давно пора «отпустить» её. А через твои руки она принесёт капельку радости одной девочке, которой тоже стоило бы «отпустить»… А ты ей в этом поможешь.

– Пожалуй, - хмыкнул я и вздохнул. – Не стану тебя обижать вторым отказом. Я приму её.

– Кстати… - хитро взглянул на меня он. – Кларк, а что бы ты делал, если бы вода не сработала с Джереми?

– Бросил бы ему в голову огнетушитель из твоей машины… или воспользовался багром с пожарного щита.

– То есть, в любом случае не позволил бы шерифу просто пристрелить его? – подмигнул мне Лекс.

Что ж, мне оставалось только беззащитно улыбнуться и пожать плечами.

***

Лекс даже не догадывается, что на самом деле подарил мне. Он подарил мне мою слабость «на блюдечке». И тут же защиту, от неё же. Действительно, Царский Подарок.

Глупо будет им не воспользоваться.

В том смысле, что не шкатулкой, а знанием о свинце и метеоритах. Помню, вроде бы свинцом защищаются от радиации и рентгеновского излучения. И даже есть специальная «свинцованная» резина, из которой делают защитные фартуки в рентгеновских кабинетах. Что ж, я знаю теперь, на что потратить следующие деньги, что заработаю кодингом.

Но всё же… метеорит – это больно. Очень больно. Когда я открывал шкатулку и подносил к кулону руку, он действительно начинал немного светиться, а на руке начинали вздуваться и бугриться зелёные «вены», меня же простреливало болью и слабостью. Очень неприятное ощущение. Но, стоило захлопнуть крышку, как боль пропадала, а рука приходила в нормальное состояние. Странно. Пока не могу даже гипотезу выдвинуть, почему и каким образом это работает. Но то, что работает, это несомненно.

Погружённый в свои мысли, я вернулся в свой амбар. И понял, что не один в нём.

На верхней площадке, рядом с компьютером стояла Лана Лэнг. И глядела в мой телескоп… настроенный на веранду её дома.

Эм, очень неловко быть пойманным за подглядыванием в замочную скважину. Однако… как меня назвал Лекс? Змеем Искусителем? Возможно стоит хоть немножко посоответствовать столь громкому титулу...

– Лана, - поприветствовал её я, поднимаясь по лестнице, держа шкатулку в руках.

– Твоя мама сказала мне подождать тебя здесь. Ты не возражаешь? Удивительное место, - оторвавшись от окуляра телескопа, заговорила девочка, незнающая, куда деть руки. Она нервничает. И смущена. Хм, «Высшая степень смущения – встреча двух взглядов в замочной скважине»? Да?