Чтение онлайн

— Спасибо, родная. Но я прошу тебя, не упорствуй. Потерпи. Всё, что эта семья сейчас делает для тебя — для твоего же блага. Я ведь могла упустить какие-то детали, я же не педагог.

— Но словесность, Вир!

— Перебор, согласна, но прояви немного терпения, хорошая моя. Пожалуйста. Вот увидишь, леди Форриль сама скоро убедится, что эти уроки тебе не требуются.

И Элге смирила природное упрямство.

— Ты само совершенство, любимая, — убеждал Мад, ласково перебирая огненные пряди. — А мама — это мама. Она и меня дрессировала с пелёнок. Даже отцу, Элге, даже моему отцу она нанимала педагога, представляешь! Папу тогда только избрали в Большой совет, и мама ужасно переживала, что его манеры недостаточно отшлифованы.

Элге на это осталось только улыбнуться.

— Ну что ж, раз даже папе…

По настоянию мужа для Элге выделили в саду отдельный участок, выбранный им же, где под его чутким руководством садовники в короткий срок поставили пару теплиц. Хозяйственная свекровь заикнулась было о неудобном размещении, но с сыном-магом, чуявшим как месторождения пород, так и самую благодатную почву, спорить не стала. От дальнейшей помощи прислуги девушка аккуратно отказалась, вместе с Мадом разбила грядки и далее самостоятельно занялась посадками. Благодаря магии в теплицах поддерживался определенный уровень температуры, влажности и прочих необходимых условий для того, чтобы растения могли расти круглый год, не опасаясь ни проливных осенних дождей, ни зимних морозов. Леди Бритта, недовольства которой Элге опасалась, наоборот, после неудавшегося спора с сыном выразила полное принятие скромного дара невестки и развитой ею деятельности.

— Ну и что, что не целительская магия? — с искренним недоумением отзывалась женщина. — У меня вообще магии нет, ни единого процента. А ваш дар, пусть и считается небольшим, но он редкий и его ценности нельзя отрицать. Я большая поклонница вашего чая, милочка. Да, не удивляйтесь так, мне приходилось заказывать у вас сборы, и чай в том числе. Вот уже два года как я избавилась от простуд благодаря вашим оздоровительным и укрепляющим добавкам. И в косметике ваши средства незаменимы. Вы же сотрудничаете с косметическими лавками?

— С некоторыми, — признала Элге.

Это оказалось очень приятно — получить похвалу от строгой женщины.

Несколько владельцев косметических лавок и даже двух крупных магазинов действительно приобретали у Элге её снадобья, которые далее добавляли в кремы и прочие нужные средства для поддержания красоты и молодости. Судя по состоянию кожи леди Форриль — старшей — магия работала. Лорд Тивис тоже как-то похвалил чай невестки, немного рассеянно и вскользь, не отрываясь от деловых бумаг, но и его скупые слова капнули бальзамом на её сердце. Всё-таки, несмотря ни на что, отношения потихонечку налаживаются и кто знает, со временем, может, и потеплеют.

— Милая, завтра у нас важный гость. Принять его надо как полагается: это важно для лорда Тивиса и для Мада. Я организую обед, но хотела бы, чтобы вы, Элге мне помогали как хозяйка, равная по статусу.

— Я постараюсь, леди Бритта. Сделаю всё возможное.

И Элге старалась. Смотрела во все глаза, наблюдала, как свекровь отдаёт распоряжения, какие именно, за чем следит лично, а что спокойно поручает прислуге. Помогала в подготовке, в составлении меню для стола, выборе сервировки и прочее, прочее. В целом, это было даже интересно, ведь им не удавалось поесть вдвоем с мужем — все трапезы проходили на половине Форрилей — старших, в их компании. А когда-нибудь настанет момент, и Элге будет распоряжаться всем самостоятельно, а не как вторая, младшая и незначительная хозяйка.

Важным гостем оказался директор Высшей Школы Магии, единственной в Леаворе. Учиться там считалось престижным и довольно дорогим удовольствием, зато за отличную учебу ученикам выплачивалась повышенная стипендия. Элге знала это, потому что эту Школу закончила Виррис. Дети с магическим даром начинали обучение в специализированных учебных заведениях преимущественно с шестнадцати лет, не ранее. Иногда и позже, если так складывались обстоятельства.

До шестнадцати, считалось, магический уровень постепенно развивается и растёт сам, не требует особого обучения, а всё, что нужно, это контроль со стороны старших. У Виррис способность к магии проснулась на пятнадцатом году жизни, довольно мирная и не травмоопасная; в шестнадцать планировалось отдать её в лучшую магическую школу Миаля, но — не сложилось. Виррис поступила учиться в девятнадцать, почти в двадцать, через четыре года после того, как девочки переехали в Леавор. Рассказывала, что педагоги её хвалили, и это было правдой: в домике сестёр хранились грамоты и благодарности за отличную учебу, да и повышенная стипендия сестре тоже полагалась и здорово выручала их обеих. В целях экономии, а так же из-за того, что за младшей сестрой требовался присмотр, Виррис не проживала в Школе, а посещала лишь дневное отделение, что в итоге сказывалось на размере оплаты — полный пансион обошёлся бы в разы дороже.

У самой Элге дар травницы начал пробуждаться ближе к семнадцати годам, довольно поздно, когда уже не ждали. Проявлялся он хаотично, но ущерба и разрушения не доставлял. Примерно через год младшая сестра научилась им более-менее сносно управлять, и дополнительное обучение не потребовалось вовсе. К тому же в Леаворской Школе травоведение не преподавалось, да и найдись нужные учителя — средств на два года учёбы у девушек не было. Виррис едва наскребла необходимую сумму для себя. В итоге же всё сложилось довольно удачно: магически одарёнными оказались обе девушки, и дар обеих нашел своё применение, с дипломом или без.

Гостя встречал старший Форриль, распахнув дверь перед господином в светлом костюме. В дом шагнул средних лет мужчина с непримечательным худощавым лицом и коротко остриженными русыми волосами. Элге вспомнила его фамилию ещё до того, как она была озвучена, а вот имя запамятовала, да и немудрено: Виррис не называла директора и остальной преподавательский состав по именам. К тому же когда это было-то, с момента окончания учёбы прошло лет пять.

— Бьорд Зоратт, — представился ей гость.

Улыбка преобразила его обыкновенное лицо: оно сразу сделалось выразительным. В отличие от старшего Форриля, эта улыбка затрагивала и глаза.

— Леди Элге, урождённая Адорейн, — представил жену Мадвик, приобнимая её за плечи.

Этот собственнический жест вопил о нарушении этикета, но блистательный сын не менее блистательной и строгой матери и бровью не повёл.

— Адорейн..? — нахмурился господин Зоратт, пристально вглядываясь в её лицо. — Знакомая фамилия. У вас случайно нет сестры..?

— Случайно есть, — улыбнулась Элге. — Виррис Адорейн, выпускница вашей Школы.

За столом завязалась непринуждённая беседа, пока слуги разносили блюда и выставляли их перед господами и дамами. Мадвика и Элге посадили рядом, и молодой муж не упускал случая под столом незаметно погладить то бедро жены, вызывая столь интимным жестом лёгкий румянец на её щечках, то слегка коснуться её локотка. Лорд Тивис делал вид, что ничего не видит, но изредка сам себе улыбался краешком губ. Сам гость время от времени бросал на младшую хозяйку задумчивые взгляды. Элге, поглощённая и тайком одариваемыми нескромными касаниями мужа, и его жаркими взглядами, от которых её кровь начинала бежать быстрее, и отслеживанием процесса подачи блюд, на переглядывания господина Зоратта внимания почти не обращала.

В ожидании перемены блюд, последней перед подачей десерта, лорд Тивис и господин Зоратт вели беседу, не приступая к основной интересующей теме, ради которой Форриль — старший и позвал гостя. Элге понимала, что того разговора, ради которого пригласили директора Леаворской Школы, сейчас не будет. Не при дамах. Он предстоит позже, за напитками и сигарами, в строгом и дорого обставленном кабинете старшего Форриля.

Девушка тихо переговаривалась с мужем, когда из-за закрытых дверей столовой раздался непонятного происхождения грохот. Хозяева и гость переглянулись, Форриль-старший нахмурился, на лице леди проступило досадливое недоумение. Элге торопливо поднялась.