Чтение онлайн

Не понимаю, как такая туша умудряется держаться за потолок и не сваливаться с него. Демон толстый, жирный, у него четыре лысых человеческих фиолетовых головы, одна из которых утоплена в животе и три руки, одна из них на спине. Всюду когти, всюду узкие острые смертельно опасные клыки. Его кожа сквозь рваную одежду пузырится, шевелится, будто под ней не вены, а черви. Меня начинает подташнивать от его вида. Потому что только больной разум может создать такое. Или… разум, зараженный хаосом.

Демон отцепляется от потолка и падает на нас.

И что мне остается? Я обхватываю Рафаэля и прежде чем он умудряется выкрикнуть мне “нет” - утаскиваю нас в Мертвые Земли.

— Дура! — его высказывание обрывается, и он хватается за горло. — Верни меня обратно… его надо убить, — хрипит Рафаэль.

— Он тебя растерзает! — возражаю я, Рафаэль отворачивается, сбрасывает с себя мои руки, пытаясь отползти, чтобы не задеть меня, потому что начинает кашлять и у него рот горит. Выглядит это жутко. Переворачиваюсь и хватаю его за плечо, — Он тебя убьет, Рафаэль.

Но он мотает головой. Из-под его рук земля расходится горящими красными трещинами, даже Мертвые Земли не могут его удержать. У Рафаэля, в отличие от меня, почти вся сила Алого Древа. Чувствую, как злится на меня моё Синее Древо Геррии. Конечно, он же разрушает её мир…

— Верни меня… Там остались люди, дура, — выдыхает он через силу. — Он меня не убьет. Фаола, верни меня назад.

Делаю, что он просит. Кого я пытаюсь защитить… Просто смешно. И больно, не знаю почему.

— Не встревай, тебе его ещё запирать… — слова Рафаэля опять обрываются, потому что демон будто ждал нас и тут же сносит его. Успеваю увернуться от огромной раздутой человеческой ступни, под которой трещит мраморный пол.

Вскакиваю на ноги. Демон бросает Рафаэля через весь зал. И ревет клокочущим ревом четырех человеческих голов. И этот звук до того ужасен, что у меня мурашки бегут по спине. А ведь я оживляю мертвых животных и людей. Но эти звуки… это что-то совсем потустороннее.

Рафаэль невозмутимо приземляется на обе ноги, и я понимаю, что мне и правда лучше не встревать, потому что вспоминаю, что он сделал, когда дрался с людьми Вердера с катаной в руках… Один взмах и тогда он смял машины в труху.

Оглянулась в ужасе, ведь до меня дошло, что Рафаэль сказал “остались люди” - зал ведь был полон, когда мы свалили в Мертвые Земли. Ищу глазами трупы, но не нахожу. Неужели успели сбежать за то время пока нас не было?

Не успеваю додумать, потому что бросаюсь вправо, стол летит щепками. Рафаэль откидывает демона от себя. Все щепки вдруг становятся галдящими рыжими птицами, которые тут же едва пискнув замертво падают на пол. Отползаю в сторону. Демон медленно встает. Его рука падает на пол, во все стороны брызжет пурпурно-фиолетовая яркая кровь.

Черное пальто Рафаэля с моим стилетом в кармане валяется на полу, я хватаю его и отбрасываю подальше, чтобы забрать стилет позже, главное, чтобы Рафаэль не сжег всё, вместе с этим клинком. Сама замираю, чтобы демон не обратил на меня внимания. Сердце бьется где-то в горле, поджилки позорно дрожат.

На демона идет Рафаэль, его плечо горит ярким огнем, он встряхивает катаной, с клинка капает фиолетовая кровь. Мрамор под ней тут же распускается каменным цветком. Я присматриваюсь… это не цветок, это будто раскрытая человеческая ладонь. Нервно оборачиваюсь… везде, где капает его кровь, появляется… это.

Человеческая голова, утопленная в пурпурно-фиолетовой плоти, обращает измененные глаза на меня, зрачки у него расплывшиеся, словно неровные лужи.

Рафаэль набирает полные легкие воздуха и я, понимая, что он сейчас сделает, кидаюсь прочь, подальше, чтобы не попасть под его удар.

Демон рывком отталкивается от стены, разбрасывая столы и стулья, тарелки, скатерти во все стороны. Какой же он быстрый для такого мерзкого жирдяя! Рафаэль поливает его огнем и отскакивает в сторону. Демон горит, от него отваливаются куски плоти. И Рафаэль тут же начинает его замораживать и тут же превращает лед и острые шипы, пронзающие это чудовище. Пурпурная кровь стекает по белому прозрачному льду, и он трещит, трескается.

— Шипы… — хрипло замогильным голосом говорит демон, единственной свободной головой.

— Рафаэль сзади! — ору я. Не сразу заметила, что чертова рука демона заползла по стене Рафаэлю за спину. Эта дрянь отрастила маленькие руки, словно многоножка.

Рафаэль взмахивает катаной и одновременно с этим лед вокруг демона лопается целиком и он падает с грохотом, ползет к Рафаэлю. А мне хочется взвыть - почему эта мерзость не умирает?! Зал наполняется запахом горелой плоти.

Рафаэль оборачивается, разрубает в полете пурпурную руку, но обе её части тут же оживают, отращивают фиолетовые стрекозиные крылья и тут же вцепляются ему в предплечье.

И не просто вцепляются, а мгновенно вгрызаются ему в плоть, будто даже не чувствуя преграды. Рафаэль отшатывается, пытается их снять свободной рукой, но не успевает, вспыхивает пламенем, когда его лицо, грудь, руки и спину пронзают десятки темных пурпурных шипов.

А я вскрикиваю осипшим от ужаса голосом.

Рафаэль вздрагивает, выгибается и падает на одно колено, он горит огнем везде, где шипы пронзили тело, но я вижу, что катану он не выпускает, наоборот белые пальцы сжимаются на ней крепче. Вижу, что он содрогается будто спазмом, но ни единого звука. Неужели не чувствует ничего? Присматриваюсь и понимаю, почему. Шея, горло пронзены шипами, если он горит и изнутри — голосовые связки скорее всего либо поражены хаосом, либо сожжены огнем. Если ему больно, он неспособен сейчас даже выругаться. Меня в холодный пот бросает от этого осознания.

Вдохнуть не могу. Хочется броситься ему на помощь. Копье… у меня и копья нет, голыми руками я бы могла ему помочь, и не уверена, что останутся потом силы, чтобы успокоить такую махину. Четыре головы… уж не четыре ли души там.

Но смотреть на это больно. Смотреть и бездействовать невыносимо. Рафаэль дергается, упирается другой рукой в пол. А я закусываю губу, испугавшись, что это всё… Что ему конец.

— Буду… рвать тебя, Рафаэль… вечно… пока твой демон не истощит тебя, — пророкотал монстр жуткими голосами.

Рафаэль поднимается ему навстречу. Рука его не дрожит. Зато дрожу я от этого вида. Рубашка на нем превратилась просто в труху. На голой белой коже раны всё ещё горят, горит и рваная рана на его левом глазу. По вздымающейся груди видно, что дышит он неровно, будто через раз, хватает ртом воздух. Рафаэль взмахивает свободной рукой и меня ледяным ветром сдувает в сторону, я успеваю схватить пальто, прижимаю к груди, больно ударившись о стену. Потом понимаю, зачем он это делает. Убрать меня с линии удара.