Чтение онлайн

После двух недель отпуска, который устроил себе Варяжко, принялся за намеченное им дело. Возвращаться к налаженному производству часов не стал, да и не манило оно к себе. Новые проекты занимали думы, но прежде, чем переходить к ним, взялся за другое - убирать своих недругов. Не столько из-за мстительности, хотя и оно имело значение, сколько предвидя будущее. Не вызывало сомнения, что скоро, может быть, в следующем году, для Новгорода вновь наступят трудные времена. Набравший уже силу Владимир вряд ли смирится с вольностью города и присоединившихся к нему земель - Варяжко с полным основанием предполагал, что тот, справившись с вятичами, под каким-либо предлогом поведет войско сюда. Воевать же с ним, будучи связанным волей рутинных старейшин и завистливыми ратными мужами, стоящими над ним, считал безнадежной затеей.

Определил круг тех мужей города, с которыми придется разобраться - выходило едва ли не с десяток. Прежний способ, со сбором компромата и взбросом в народ, который применил против двух из них, мог не дать нужного результата - слишком многих он задевал, практически всю городскую верхушку. Да и нес угрозу прежде всего ему самому - почуяв опасность и от кого она идет, те непременно постараются расправиться с ним. Удар для недругов должен стать неожиданным и эффективным, не дающим возможности им оправиться и ответить тем же. Из этого условия исходил Варяжко, планируя свою операцию. Пришедший первым в голову вариант - устроить заговор и уничтожить важных мужей - отмел сразу, как ненадежный, да и новгородский народ не стерпит злодеяния, непременно вызнает и казнит причастных, как татей.

Оставалось одно - справиться самому, не привлекая кого-либо в помощь. Притом не со всеми выбранными вначале, а с ключевыми, самыми влиятельными после Росслава старейшинами - без них остальные выступят уже не так рьяно против него. Тысяцкого и командира дружины Варяжко решил пока не трогать - если с ними приключится несчастье, то первым подозреваемым будет именно он. Да и со старшими мужами намеревался представить как случайность, чтобы комар носа не подточил - в своих планах готов был пойти до конца, даже на убийство недругов, если не оставалось бы иного пути. После недолгих раздумий остановился на троих старейшинах - купеческого и кузнечного сословий, Людина гнезда, отнесшихся к нему враждебно больше других. Проводить акции наметил с перерывами между ними - сразу три несчастных случая могли вызвать у людей лишние толки.

Первым объектом выбрал главу купеческого сословия Путислава - его прочили на смену Росславу, слабевшему с каждым годом от преклонных лет. Сравнительно молодой - ему перевалило едва за сорок, он завоевал в совете несомненный вес, с ним считались все, даже Росслав. Варяжко подозревал, что именно под давлением Путислава и сторонников того глава старейшин снял его с командования полком. Собрал осторожно, обиняком, информацию о нем - состоянии, торговых делах, привычках и наклонностях, - после недолгого обдумывания решил наведаться в торговый дом жертвы, куда тот заявлялся каждое утро, возможно, устроить там засаду. Пару раз прошел мимо него, разглядывая краем глаза само строение и подходы к нему, а затем, подготовив необходимое снаряжение, отправился ночью на более детальную разведку.

Торговый дом Путислава занимал лучшее место в Великом ряду - так называли выстроенные вдоль главной улицы одна подле другой лавки купцов, - прямо напротив торга. Громадный, в два этажа, с просторным амбаром позади, он заметно выделялся среди соседних лавок, выглядевших по сравнению с ним скромными и неказистыми. Варяжко подобрался к нему со стороны амбара, встал под прикрытием его тени от лунного света. Вслушался - вокруг стояла тишина, только со стороны торга от сторожки раздавался лай собак, скоро замолкших. Снял кожух, оставшись в не стесняющем движения кафтане, взял из вещевого мешка моток прочной веревки с привязанным грузилом, небольшой ломик, клещи и самодельную отмычку из проволоки.

Аккуратно, стараясь не шуметь излишне, перекинул веревку через выступающую стреху амбара и взобрался по ней на крышу. Пригнувшись, прошел по самому краешку к основному зданию, стоящему вплотную, перебрался на узкий карниз, идущий по верху второго этажа. Уже по нему, рискуя сорваться вниз, добрался до чердачного окна. С ним провозился долго, пока снял примерзшую раму, не раз чертыхаясь про себя, однажды чуть не уронил ломик. Дальше пошло легче - пролез на чердак, ломиком открыл люк, ведущий вниз. Нашел кабинет хозяина в служебном крыле - он оказался единственным, запиравшимся на два замка - накладной и висячий, притом оба из металла, а не дерева, какие чаще применялись в Руси в это время. Один из них открыл отмычкой, второй пришлось снять с петлями.

При слабом чадящем свете сальной свечи обошел комнату, не столь большую, как предполагал для хозяина столь солидного заведения. Присматривался к скудной мебели - у окна стол и кресло, вдоль стены лавки, еще пара сундуков в углу. Добротная, из темного дуба, сразу привлекла внимание - если уж хранить ценное, то почти наверняка в ней. Подступил к сундукам, окованным железными полосами, с навесным замком. Справился скорее, чем с дверными замками, но к удивлению и разочарованию оба ларя оказались почти пустыми, если не считать пару мешочков с серебром и какие-то грамоты на пергаменте, часть на бересте. Уже собрался закрыть обратно, оставив все как есть, но что-то подспудно задержало его - стал просматривать записи.

Ничего особого, представляющего интерес, в грамотах не нашел - обычные деловые документы и переписка с поставщиками и клиентами. Сложил аккуратно, как было, положил обратно, но потом все же решил проверить сундуки внимательнее, прислушавшись к своему наитию. Заметных глазу отличий, выдающих тайник, не увидел, после принялся полегоньку постукивать стенки и днище. В одном сундуке на боковой стенке не столько услышал, а почувствовал, что там что-то есть. После одного из касаний, которыми проверял загадочное место, сдвинулась перегородка на стенке, открыв проем - по-видимому, попал случайно на запор. В неглубокой нише тайника лежали еще несколько грамот, свернутых свитком.
– вытащил их осторожно, стараясь не повредить восковую печать.

Вскрыл первый свитка, после того, как прочитал его, с остальными не осторожничал - бегло просмотрел все. Информация в них стоила всех приложенных трудов - Путислав за спиной новгородцев затевал заговор с князем Владимиром. Большая часть грамот составляли письма от наместника Борислава, но одна из них от самого князя, в котором тот уведомил о своем плане на следующий год прийти с войском к Новгороду и давал подробную инструкцию предателю.

Путиславу поручалось убрать исподтишка Росслава, самому занять его место и вместе со своими подельниками уломать совет старейшин пойти под руку Владимира. Князь обещал поддержку новому главе города, а городу оставить какие-то вольности, но под прямым своим правлением. Упоминался в грамоте Варяжко, князь предлагал переманить его на свою сторону, если же тот заупрямится, то предписывал убрать с командования или вообще лишить жизни - решение о том отдавалось на откуп будущему главе. Для того Путиславу в помощь давалась дружина наместника и все намеченное следовало исполнить до весны.

Варяжко сложил найденные в тайнике грамоты в свою сумку, после тщательно прибрал за собой и тем же путем отправился обратно. Пришлось только задержаться на крыше амбара - нелегкая принесла сторожа идти с обходом торгового ряда именно в это время, да еще со своим псом. Тот что-то почуял, потянул было хозяина за угол амбара, где Варяжко оставил свой кожух, но обошлось - сторож, прикрикнув на кобеля, отправился дальше. Вернулся домой почти на рассвете. Не стал идти в спальню и беспокоить Румяну, прошел в свой кабинет. Здесь еще раз, уже более внимательно, прочитал грамоты, а потом задумался - дело уже становилось не столько личным, а важным городу, многое из намеченного придется менять.

Те двое из старейшины, которых он собирался убрать, еще несколько в совете, также и тысяцкий и командир дружины, упоминались в одном из писем княжеского наместника, как сообщники Путислава, так что теперь Варяжко мог рассчитаться с ними чужими руками - того же Росслава и Велимудра. Вряд ли оба мужа оставили бы безнаказанными заговорщиков, собиравшихся сдать город на милость князю, а их самих изничтожить. Оставаться в стороне не собирался - расправиться с недругами следовало в любом случае, но теперь уже сообща. Враги представляли немалую опасность, на их стороне оказались большая часть самых влиятельных мужей города, да и новгородская дружина - многие ее командиры также оказались втянуты в заговор.