Чтение онлайн

Глаза Велеслава затянулись чёрной поволокой, он с нечеловеческой быстротой оказался за спиной Яглы, выбив нож у неё из рук, заведя их за спину, и не отпуская. Велеслав оттолкнул нож ногой в дальний угол, наклонился к уху девушки, незаметно вдыхая запах её волос, и прошептал:

— Со мной опасно играть в такие игры, Яга. Чего ты добиваешься?

Ягла, оказавшись в ловушке сильных рук Чернобога, и не думала сдаваться, старалась она и страха не выказывать.

— В Навь хотела отправиться самолично, почто помешал?

— Не пришло время твоё ещё, Я-га.

— Ты пришёл убивать, а теперь о времени говоришь? — рассмеялась Ягла. — Купаве и Беломиру позволь уйти, а меня убей, коль руки крови требуют.

— У меня война с Белобогом, почто я должон его отпускать? — Велеслав потянул девушку за сцепленные сзади руки на себя, от чего её спина вплотную прижалась к его груди. — Может, для начала уговорку проведём, а уж потом поглядим?

— Хорошо.

Не такого ответа ожидал Чернобог, обозлился он ни на шутку. Свободной рукой он схватил Яглу за волосы, оттягивая их вниз, приблизился губами к её шее, замер и поглядел на Беломира, хотел увидеть его реакцию.

— Пусти её Чернобог! — Беломир не устоял на месте, кончилось его терпение.

Он налетел на Велеслава, оттолкнув Яглу, и, сбив того с ног, навалился на него всем телом.

Велеслав с недюжей силой оттолкнул брата от себя, тот отлетел прямо на стол, доломав его окончательно.

— Беломир! — закричала Купава, подбежав к нему.

— Уходите. — проговорил Беломир, поднимаясь и выискивая глазами брата.

Велеслав, не медля, снова схватил Яглу и приставил свой меч к её груди. Ягла замерла, готовясь к неминуемой погибели.

— Ты что творишь? Она тебя столько ждала для этого что-ли? — Купава вдруг вскочила, осмелев, по-видимому, сил ей придала злость и обида за Беломира. — Ты подлый и трусливый правитель! Ты даже Нави недостоин, а ещё и Явь захотел к рукам своим грязным прибрать?

— Купава, мы сами разберёмся, ступай к Ягле в избу. Уговорку потом сладим, как всё образуется. — Беломир решил успокоить девушку, подошёл к ней и принялся гладить по спине, волосам.

— Чернобог, будь ты проклят! Так и останусь старой девой, буду всю жизнь одна свой век коротать! — Купава совсем разошлась, не боясь гнева навьего князя. — Я уйду! Но сначала...

Купава кинулась на шею Беломиру, обвив её руками, и припала горячими устами к его губам. Тут-то Велеслав совсем опешил, ослабил он свою хватку, опустил меч, наблюдая за поцелуем новой знакомицы и брата. До него стало доходить, что не вяжется тут что-то. Вспомнился ему услышанный разговор Беломира и Яглы, срастил он в голове все их речи, и пришёл к дивному умозаключению: сегодня Беломир должен был посвататься к Купаве, уговорка должна была состояться меж ними двумя. С громким стуком упал тяжёлый меч из рук Чернобога на скрипучие половицы, расширились его глаза, поволока спала. Схватился он за голову, рухнув на колени, и сошёл с ума от того, что он натворил. Все присутствующие с недоумением уставились на навьего князя. Беломир тяжело дышал от жаркого поцелуя, Купава с раскрасневшимися щеками подправляла волосы, а Ягла безразлично смотрела на стоящего на коленях Велеслава.

— Уговорка с Купавой? — глухо проговорил он, не поднимая глаз.

— А ты что думал? — изумлённо прошептал Беломир, но потом до него дошло, из-за чего был весь сыр-бор. — Ты подумал... Ягла?

— Одна теперь тебе дорога, Чернобог — в Навь ступай, кощем навеки заточи себя там! — закричала Ягла, вцепившись себе в волосы. — Предал ты наше доверие на веки вечные! Убирайся прочь! И не смей больше никогда наведываться в Явь!

Велеслав, молча, поднялся с колен, поднял с полу свой тяжёлый меч, попытался приблизиться к Ягле, но та не давала. Девушка принялась колотить кулаками в его широкую грудь, сбивая руки в кровь о твёрдую броню, и продолжала громко кричать.

— Будьте вы прокляты вместе с Мореной! Избу поставлю меж мирами, и попробуйте только ещё раз ступить своими погаными ногами в Явь! Караулить буду! Всех со свету сживу, попомните моё слово!

Глаза Яглы налились кровью, волосы растрепались, руки саднило от ран, но она, не останавливаясь, продолжала нападать на Чернобога. Он с жалостью смотрел на девушку и понимал, что это он сделал её такой, не простит его Яга никогда. Да и что нужно сделать, чтобы заслужить её прощение он не знал. Змея Морена обвела его вокруг пальца, как какого-то мальца.

— Прости меня, моя Яга. — прошептал Велеслав и направился к выходу.

Но Ягла его услышала и прокричала вслед:

— Никогда не прощу, Чернобог проклятый! Не знаю, кем тебе нужно стать, чтобы я тебя простила!? Велеслав был с Мореной, Чернобог с Мореной сейчас!

Кто уподобляется человеку, который живёт лишь своими желаниями и деяниями порочными, тот губит свою Душу и не исполняет долга перед Родом. И неудивительно, что прибежищем таких людей становится пекельное царство Нави.

Чернобог, гордо подняв голову, проходил меж дворов, глядя строго перед собой, и, мысленно, призывал своё тёмное войско. Он ощущал на себе множество взглядов, которые жарким огнём жгли его спину. Святогор и Василиса всполошили всю деревню, но никто не осмелился напрямую встречаться с Чернобогом, люд лишь выглядывал из низких окошек изб, да из-за высоких калиток, провожая навьего князя глазами. Чернобог покинул деревню, даже не оглянувшись. Найдя своего коня в чистом поле, он вскочил на него, мечтая поскорее вернуться в Навь, дабы поквитаться с Мореной. Въехав на пригорок, на котором, кажись, совсем недавно он оглядывал деревню, Чернобог спешился. Кинулся он в высокие пожелтевшие травы и принялся ощупывать землю под ними, пытаясь отыскать выброшенный науз, но тот всё никак не находился, точно в воду канул. Опостылело всё в миг Чернобогу, вскинул он свои крепкие, перепачканные землёй, руки к небу и закричал во весь голос:

— Не хочу быть повелителем Нави! Не желаю! Род, верни всё, как было!

Поднялся сильный ветер, лес громко зашумел, закачался, скидывая свою оставшуюся листву. К Чернобогу отовсюду стало стекаться его тёмное войско. Окружили его прислужники чёрным плотным кольцом, и стояли безмолвно, пока не получили приказа:

— Землю зубами грызите, травы к земле гните, но отыщите мне узелок красный!

Долго Чернобог сидел на земле, пока его прислужники губили природу. Живого места не осталось за версту. Вытоптанное поле Чернобог покидал в смешанных чувствах, спрятав заветного неразлучника поближе к холодному сердцу.

Ягла пришла в себя уже в своей избе. Она лежала на больших полатях, раскинув руки, раны на которых горели огнём, в стороны, тёмные волосы её разметались по тяжёлой пуховой подушке. Девушка была опустошена, ей не хотелось даже ни о чём думать, а уж, чтобы подняться, об этом и речи не было. Так и лежала она, глядя пустым взглядом в дощатый потолок, пока не услышала любопытный разговор.

— Он всё не так понял, да?

— Похоже на то, теперь и носа сюда не покажет. Ведь он виниться ни перед кем не привык.