Чтение онлайн

Разговор теперь пошел на интерес, и я, сев на крючок, согласился на его условия.

– И какими же они были? – насторожился Пашка.

– На удивление, самыми простыми, – развел руками банкир. – По требованию, но не раньше двадцати лет с даты заключения сделки, я обязан был выдать моему благодетелю двадцать процентов от моего общего финансового состояния на момент обращения. Не перевод, не банковский вексель, не электронный вариант, а твердые наличные в местной валюте.

Тогда мне это показалось пустяком, да и сейчас, наверное, я бы не задумываясь отдал ему деньги, так как он бесспорно их заслужил, если бы не одно «но».

– Как всегда, существует «но», – подал голос Пашка.

– И это «но», – не обратив внимания на восклицание Кочеткова, продолжил олигарх, – нам растолкует любезный Антон Денисович.

Бодигарды на входе в комнату расступились, и внутрь, осторожно, будто идя по горящим углям, шагнул старик Градский. Вид у него был более чем растерянный, да и одет он был в непривычную для Пашки одежду. Если раньше Кочетков привык видеть старика-ученого в неизменном белом халате, накинутом на старомодный костюм, то теперь Антон Денисович был облачен в толстовку с капюшоном, потертые джинсы и кеды на босу ногу.

– Добрый день, – поздоровался профессор.

– Антон Денисович! – взревел, не удержавшись, Танк и игнорируя охрану Митина, ринулся к старику. – Вы-то тут как!

– Да все так же, мой друг, все так же, – попытался успокоить Градский здоровяка. Сухие старческие ладошки взметнулись, призывая великана остановиться, и тот застыл перед ним, нависнув всем своим немалым весом.

– Антон Денисович…

– Знаю, голубчик, знаю. – Градский поморщился и обвел виноватым взглядом комнату. – Но заработок есть заработок, да и на пользу все было, вы не поверите, на пользу.

– Господин Градский, – Митин развернулся на каблуках и смерил старика холодным взглядом, – возьмите себя в руки и перестаньте блеять, аки коза, да и вы, как вас там, «Танк», успокойтесь и сядьте на место. В следующий раз моя охрана просто прострелит вам колено.

Танк грозно рыкнул и злобно покосился на банкира, однако совету внял и поспешно опустился на свое место, очевидно щадя собственные колени. Однако пришлось потратить еще несколько минут на то, чтобы все успокоились и вновь расселись по местам. Дождавшись тишины, банкир продолжил:

– Говорите, Градский. Теперь мы все в одной лодке, и требуется начать действовать, так что если вы будете неубедительны, то я просто прекращу ваше финансирование.

– Да будет вам. – Ученый уже пришел в себя, и теперь, вольготно расположившись в предложенном кресле, скрестил руки на груди и с интересом поглядывал на собравшуюся публику. – Не ожидал я, право слово не ожидал, однако сразу замечу, что никакой противоправной деятельности я не вел. История моя такова. Десять лет назад ко мне обратился представитель некоего некоммерческого фонда с просьбой разобраться в обстоятельствах аварии пассажирского самолета. Воздушное судно потерпело крушение в Тихом океане, в живых осталась жалкая горстка людей, однако это не самое страшное. Катастрофа должна была случиться в любом случае, только тут она были инициирована преднамеренно и несколько раньше. Возглавив штат ученых и потратив немалую сумму, я сумел установить, что самолет был испорчен, и испорчен дважды. Первые повреждения были в навигационной аппаратуре. Была устранена система защиты от внешних наводок, и при желании, любой умелец, имеющий узконаправленный сканер помех, работающий на расстоянии до десятка километров, мог воздействовать на аппаратуру, как ему заблагорассудится. Вторая неисправность была в системе подачи топлива и спровоцирована наноботами, попавшими в топливные баки вместе с горючим. Данные крохотные роботы тоже активировались дистанционно.

– Но разве у нас есть такие технологии? – воскликнул Кочетков и получил довольный кивок старика.

– В точку, молодой человек. Подобное есть в проекте, но в начальной стадии разработок. Там же был опытный образец. Сначала я подозревал, что это происки спецслужб иностранных государств, однако потом, в ходе исследований обломков самолета, были выявлены некоторые узлы и агрегаты, от которых шел интересный фон. Позже мы локализовали данные запчасти как не принадлежащие к нашей реальности, что вызвало мой живой интерес, а также новый приток финансовых вложений со стороны некоммерческого фонда.

Поначалу я хотел обратиться в службу безопасности площадки переброса, предупредить о том, что некие злоумышленники из параллельной вселенной устраивают премерзкие пакости, но почему-то на все мои увещевания руководство отвечало простыми отписками, а фонд, спонсировавший мои исследования, вовсе запретил делать подобное впредь. Нет, они не были вселенским злом. Более того, в одни момент кто-то из финансовой элиты лоббировал появление в органах внутренних дел отдельного подразделения, занимающегося подобными вещами, но мне уже тогда было понятно, что это нарушители реальности, с которыми надо будет бороться. Отдел сталкивался с шалопаями, мелким криминальным элементом, негодяями, отравителями и контрабандистами. Работа сложная, неблагодарная и, разумеется, опасная, однако в случае с моими исследования, происшествия разрабатывались и разворачивались по иной, совершенно порочной схеме.

– С чего вы это взяли, профессор? – хмуро поинтересовался Пашка.

– Все просто, как божий день, – улыбнулся Градский. – Первые действовали в угоду собственной наживе, в то время как те, чьи действия я изучал, работали бескорыстно. Взрывы на энергетических подстанциях, утечки с химпроизводств, сошедшие с рельс скоростные поезда – все это делалось без каких-либо оговорок. Сначала я думал, что это дело рук террористов-параллельщиков, однако требований от них не поступало, денег они не просили, выпустить из тюрьмы политических заключенных не требовали. Они просто уничтожали, планомерно, расчетливо, беспринципно.

Естественно, о своих наблюдениях я счел нужным сообщить своим покровителям, и те не нашли ничего лучше, как захватить одного такого подрывника. Случилось это неожиданно. Просто в один прекрасный момент за мной заехал автомобиль, и меня попросили проехать без лишних вопросов. Беседа с человеком с тысячей лиц произошла в подвале частного дома. Там, в темноте, закованный по рукам и ногам, под прицелом автоматов, он не потерял ни присутствия духа, ни уверенности в себе. Позже мне рассказали, как происходил арест диверсанта. Его снимали с движущегося экспресса одной точечной операцией, в процессе которой погибло двенадцать человек. Еще семь были тяжело ранены и скончались, не доехав до больницы. На человеке в железных браслетах не было даже царапины.

Когда машина подкатила к нужному дому, уже стемнело. Меня провели по гравийной дорожке мимо блокпоста, а также сквозь несколько сканеров, в создании которых принимал участие и ваш покорный слуга. Все они в той или иной мере были предназначены для выявления сторонних излучений и нехарактерных электромагнитных явлений, свойственных объекту без базовой привязки к реальности, а иными словами, для выявления чужака-параллельщика.

Человек в подвале, впрочем, меня удивил. Он не был озлоблен или напуган, разговаривал доброжелательно и вежливо, однако на вопросы мои отвечать не спешил. В предстоящем крушении поезда, который он собирался пустить под откос, параллельщик признался, однако отметил, что так было необходимо и сопутствующий ущерб лишь компенсация.

Я попросил пояснить его слова, однако он ушел от ответа. Битый час мы разговаривали с ним на разные темы, поднимали вопросы политики, искусства, вскрывали набухшие гнойники общественной жизни и клеймили малодушных политиков, и чем больше я с ним общался, тем симпатичнее мне казался этот террорист.

Градский замолчал. Казалось, все, даже охрана банкира, затаили дыхание, слушая старика. Однако чуда не произошло, а уж скорее наоборот, старик выплеснул на них ушат помойной реальности.

– Потом он каким-то чудом освободился, – печально улыбнулся ученый, – и прежде чем его остановили, убил еще десять человек.